замерла: как Ян отреагирует? Скажет, что она вечно строит воздушные замки; свое дело – это сложно, какая из Лизаветы бизнесвумен?
Она внутренне ощетинилась, приготовилась обороняться и защищать свою слабенькую и ранимую новорожденную идею. Но Ян ничего подобного не сказал.
– Я тебе давно собирался предложить подумать об этом, – спокойно ответил он. – Ты талантливая, к тебе очереди всегда стояли, заказов полно было. Зачем от кого-то зависеть? Уверен, все получится. Помогу, чем смогу.
Лизавета подумала: «Как же я его люблю», но сказать ничего не смогла от полноты чувств. А потом все же выдавила:
– Вот за то, что ты у меня такой хороший, я двадцать километров готова пройти и не жаловаться, никогда с тобой не спорить и во всем слушаться.
Он тихонько засмеялся.
– Никто тебя за язык не тянул. Слушаться – это хорошо, это тешит мое мужское эго. А идти столько не потребуется, мы почти на месте.
Ян уткнулся в навигатор.
Лизавета была погружена в счастливые мысли о том, как все сложится, если у нее получится (а почему бы и не получиться?), поэтому не сразу заметила, что Ян хмурится и возит пальцем по экрану.
– Что случилось? – спросила она.
– Не показывает ничего, зараза.
– Попробуй перезагрузить.
– Два раза уже. Не помогло.
Вот так новости. Радужное настроение померкло.
Лизавета вынула мобильник.
– Попробуем тут координаты ввести.
– Сотовой связи нет. Меня сразу предупредили. Видимо, вышка далеко. И вообще – лес.
Ян произнес слово «лес» так, словно это все объясняло. Или будто они забрались в несусветную глушь. А ведь мобильная связь в той же Липнице отличная, и Ян с Лизаветой не очень далеко оттуда.
Или все же критично далеко? Еще ведь и на машине ехали…
– Сотовые не ловят, навигатор отрубился, а ты не знаешь, куда нам идти, так? – ровным голосом, плохо скрывающим досаду, спросила Лизавета, позабыв о своем обещании не спорить и слушаться.
Ян сердито посмотрел на жену.
– Не нагнетай, будь добра. Мы в двух шагах от дороги и машины. Прошли всего ничего. Направление я примерно помню, не заблудимся. Нужно только идти туда же, куда шли. Тут близко.
«А может, лучше плюнуть на эту затею и вернуться обратно?» – чуть не сказала Лизавета, но представила себя огорченное лицо Яна и промолчала.
Двинулись дальше. Если раньше Лизавета не смотрела по сторонам, то теперь старалась на всякий случай приглядываться, запоминать дорогу. Ян шел вперед уверенно (или делал вид, что прекрасно осведомлен, куда идти).
Лизавета старалась ступать осторожно, чтобы не подвернуть ногу. Кажется, лес стал еще гуще, еще непролазнее.
То, что они бредут куда-то не туда, стало понятно примерно минут через сорок.
Ян остановился и сказал:
– По-моему, мы уже должны были прийти. Уж очень долго идем.
Голос мужа был таким несчастным, что Лизавета передумала его пилить.
– Ты уверен, что направление было правильное?
– Да… Поначалу. Я и тропинку видел, не мы первые идем к Кузнечику. Но потом тропинка пропала.
Они постояли, озираясь по сторонам, и вынуждены были признать: никакой тропинки. Все кругом выглядело одинаково нехоженым.
«Дикий лес, а в центре – мы. И где-то поблизости – заброшенный поселок. Надеюсь, все-таки не очень близко», – подумала Лиза.
– Выход один. Пока мы окончательно не забрели в чащу, надо вернуться назад к машине.
Ян прикусил губу.
– Похоже, ты права.
Только это оказалось не так просто сделать. Словно по волшебству, лес сомкнулся вокруг них, закружил молодых людей в хороводе. Словно живое существо, он старался запутать Лизавету и Яна: примятая кроссовками трава распрямлялась, скрывая их следы, кусты вставали плотными рядами, как пехотинцы, идущие в атаку.
Ян и Лизавета, растерянные и уставшие, шли и шли, боясь остановиться, но ни он, ни она не могли с точностью сказать, с какой стороны пришли и куда теперь идут.
Глава пятая
До поселка они шли несколько часов. Катя думала, что будет быстрее, но точно знать не могла, только предполагала. Роман уже пожалел, что сагитировал сестренку, но деваться было некуда. Не признаваться же в том, что идея была кретинская. Вдобавок Катя подумает, чего доброго, что он воспринял всерьез ее слова про проклятие поселка, испугался.
Вышли рано, восьми не было. Позавтракали и двинули. На улице им никто не встретился, и это хорошо: озеро в другой стороне, выезд из поселка и автобусная остановка – тоже. Могли возникнуть вопросы, куда они намылились с утра пораньше, еще и с поклажей, а объясняться ни с кем не хотелось.
Катя шла налегке, Роман нес старенький дедовский рюкзак, в который они положили воду, бутерброды, яблоки, печенье, фонарик, веревку, пачку влажных салфеток и складной ножик. Что еще полагается брать, когда идешь в заброшку, Роман не знал. В последний момент Катя спрей от комаров засунула (как быстро выяснилось, правильно сделала), йод и зачем-то аспирин. Роман не стал спорить: не тяжело же, запас карман не тянет.
Телефоны зарядили под завязку, Рома собирался много снимать. На всякий случай взяли пауэрбанк: вдруг зарядки не хватит?
День еще не разгорелся, но уже чувствовалось, что к полудню будет жарко. Однако ребята углубились в лес, а там оказалось прохладно и почему-то влажно, как в тропиках, хотя дождей уже несколько дней не было.
Шли молча: экономили силы. Дорога была заросшая, лес напирал на нее справа и слева, но она все равно не желала окончательно исчезать, бежала вглубь леса.
– Видать, ездят туда, – ревниво сказал Роман, – а иначе за столько лет колея пропала бы.
Он начал подозревать, что ничего интересного в поселке не ждет: самое крутое давно растащили, на их долю останется пара убогих развалин да горы мусора. Но Катя его успокоила.
– Говорю же, не суется в поселок никто. Местные боятся, чужие про него не знают. Ты вот не знал, хотя твоя мама отсюда родом! А другие и подавно. Дорога осталась потому, что люди по ней ездят и ходят к водопаду. Он Кузнечиком называется. Здесь недалеко.
– Кузнечик, – хохотнул Роман.
– Симпатичный водопадик. Не Ниагара, но всем нравится. Там мило, скамеечки даже есть.
Если скамеечки, тогда конечно. Ладно, бог с ним, с Кузнечиком.
Брат с сестрой опять умолкли и в тишине добрались до толстенного дерева, возле которого дорога если и не обрывалась совсем, то вырождалась в едва заметную тропу.
– Ого, вот это баобаб! – присвистнул Роман.
– Сам ты баобаб, – отозвалась Катя и ткнула пальцем вбок: – Если вот сюда свернуть, попадаешь к водопаду. А поселок – прямо. Видишь, нету нормального пути, кончился. Убедился теперь?
Они перекусили, попили
