— А что Леонид Ильич писал, как он там воюет?
— О боях особенно не писал. Знали, что на Четвертом Украинском фронте в последнее время, у командующего генерала Петрова. А до этого — на Малой Земле, там тоже Иван Ефимович Петров командовал.
На Малой Земле, как мы позднее узнали, настоящий ад был, но Леня об этом — ни слова. Что взрыв был на корабле, что едва не погиб — тоже скрыл.
Иногда и месяц, и два не было писем. А потом сразу несколько. Мы все ему писали — и я, и мама, и дети. У нас была однообразная трудовая жизнь, но мы не жаловались, не хотели его расстраивать, понимали — им, фронтовикам, труднее. Мы не писали, что килограмм масла стоит тысячу рублей, хлеб — триста».
Вот так жила семья высокой сталинской номенклатуры. Кстати, единственная и любимая дочь самого Сталина, когда ее эвакуировали в Куйбышев, жила получше, конечно, но не намного. Здесь необходимо добавить, что в конце правления Брежнева номенклатура распустилась — по его немалой вине! Это так. Но ее прегрешения той поры, о которых потом так страстно вопили тогдашние «борцы с привилегиями» и будущие «приватизаторы», не идут ни в какое сравнение с тем кошмаром, который начался в нашей несчастной стране при последнем Генсеке и первом Президенте. События не повернешь вспять, но опыт из прошлого извлекать необходимо всем.
Южный фронт, упираясь своим левым флангом на Черное и Азовское моря, все лето и осень медленно отступал. Однако соединениям фронта удалось избежать грандиозных «котлов», куда порой попадали целые армии вместе со своим командованием. Деятельность фронтовых политотделов была, прямо скажем, бюрократически-рутинной: прием в партию (и наказание провинившихся в партийном порядке), выпуск дивизионных газет и иных пропагандистских материалов и доставка их в части, оформление наградных документов и выдача наград, митинги, собрания личного состава и бумаги, бумаги… Этим и занимался тогда Брежнев. Конечно, случались бомбежки и обстрелы, особенно при выездах в передовые подразделения, перенес холод землянок и блиндажей, суровый быт, нехватку всего необходимого. Никаких подробностей о его деятельности тогда не известно, но лямку он свою тянул.
В декабре 1941 года командующим Южфронтом стал Р.Я. Малиновский, будущий Маршал и Министр обороны. Нет сомнений, что они тогда познакомились и общались (и это знакомство тоже впоследствии пригодилось обаятельному полковнику, а по тем временам — бригадному комиссару). 12 мая 1942 года Южфронт совместно с Юго-Западным начал неудачное наступление (роль свою сыграл и тут авантюрный Хрущев). Войска Юго-Западного были окружены, части Южного сумели этого избежать, но отступили, оставив Ростов и Приазовье.
Сталин наказал некоторых командующих неудачного наступления, хотя и не слишком сурово. В июле 1942-го Малиновский оставил пост комфронта и был назначен командующим 66-й армией. Ясно, что бригадный комиссар Брежнев ответственности за провал операции не понес, но реорганизация штаба фронта коснулась и его. Осенью того же года его направляют на Кавказ, должность — заместитель начальника политуправления Черноморской группы войск Закавказского фронта. Ну, это не то чтобы понижение, но пост все же «поменьше». Командовал этой группой знаменитый военачальник генерал-лейтенант И.Е. Петров, герой обороны Одессы и Севастополя, служить с таким командующим было весьма почетно. Кстати уж, в том же году за участие в войсковых операциях Брежнев получил свой первый орден — Боевого Красного знамени (вручили ему награду еще до неудачного наступления).
Осенью и зимой 1942–1943 годов на Кавказе шли ожесточенные и затяжные бои. Наши войска зацепились за Черноморское побережье у Туапсе, дальше врага вдоль Черного моря не пропустили. Во всех этих боях довелось участвовать и Брежневу, но опять же — нет никаких подробностей. В январе 1943-го в Красной армии ввели погоны и изменились воинские звания политсостава. Вот тогда Брежнев стал, так сказать, «настоящим» полковником. А за бои на Тамани он позже среди 500 тысяч солдат и офицеров получил медаль «За оборону Кавказа». Среди иных подобного рода наград эта почиталась весьма почетной.
Весной 1943 года полковник Брежнев получил важное в своей карьере повышение: он стал начальником политотдела славной 18-й армии, командовал ею тогда боевой генерал К.Н. Леселидзе, до конца войны не доживший. Теперь скажем вполне объективно, и к личной характеристике Брежнева это никак не относится, что должность начальника политотдела была в армейском штабе (не только в 18-й, разумеется) второстепенной. «Комиссаром» армии был так называемый член Военного совета, как правило, из крупных партийных работников (сам член Политбюро Хрущев таковым побывал). В совете принимали участие заместители командарма, командующие родами войск, но начальник политотдела в это строго ограниченное число не входил. Так что должность Брежнева была высокой, но никак не решающей.
Ныне, по данным военных архивов, точно установлено, что Брежнев прослужил на своем посту в 18-й армии с 1 апреля 1943-го по 9 мая 1944 года. Войска армии участвовали в десантной операции в Крыму, освобождая Керчь, с боями прошли по Правобережной Украине, затем через Венгрию и Польшу вошли в Чехословакию, где и встретили День Победы. Брежнев вместе со штабом армии передвигался на запад. Служба его тянулась так же однообразно, как, впрочем, и других политотделах: собрания, заседания, награждения, перемещения по служебной лестнице подчиненных, многочисленные отчеты. С начальством он как всегда ладил, с подчиненными оставался доброжелательным, не кричал, как иные, все шло у него благополучно. И вот 2 ноября 1944 года он получает звание генерал-майора.
Повторим, что это самая общая картина его военно-политический деятельности. Однако въедливый Волкогонов, направив своих помощников в архив, разыскал и опубликовал любопытный документ. Вот он:
«Полковой комиссар ПУРККА Верхорубов, проверяя политработу в 18-й армии, написал в составленной им характеристике: «Черновой работы чурается. Военные знания т. Брежнева — весьма слабые. Многие вопросы решает как хозяйственник, а не как политработник. К людям относится не одинаково ровно. Склонен иметь любимчиков».
Выразительная характеристика, ничего не скажешь! Явно хорошо разбирался в людях этот самый неведомый истории Верхорубов. И что Брежнев прежде всего «хозяйственник», а не политический деятель, и что не любит «черновой работы» — в точку попал: даже служебные документы читать затруднялся, позже ему их зачитывали вслух, а он, бывало, подремывал. И совсем уж точно про «любимчиков». Одна история со Щелоковым-металлургом, а потом министром, доктором экономических наук и ворюгой, одна эта долголетняя брежневская любовь чего стоит. И таких «любимчиков», большого или малого масштаба, за долгую жизнь Брежнева было множество, к ним еще не раз вернемся.
После самого окончания войны Брежневу опять крупно повезло — 12 мая 1945 года он назначен начальником политотдела 4-го Украинского фронта, поистине легкая рука у него была! Случилось это так: прежний начальник фронтового политотдела получил крупное повышение, на радостях назначили на его место обаятельного и покладистого Леонида Ильича. Он, разумеется, по должности принимал деятельное участие в формировании сводного полка фронта, как же не включить в его состав начальника политотдела. Это было не только законно, но и логично, и в долгом пути, и в столице личный состав сводного полка требовал немалых забот. А так как эти заботы были отнюдь не «черновыми», то Брежнев старался вовсю. И преуспел.
…Есть знаменитая фотография: парадное знамя 4-го Украинского фронта, возле него — группа офицеров и генералов, среди них Брежнев, молодой, статный, красивый. Что ж, сколько бы не потешались позже над престарелым и косноязычным Генсеком, но эту свою честь сорокалетний политработник заслужил. Да, в атаку ему ходить не довелось, но ведь все штабные во всех армиях мира в атаку не ходили. Это во времена Александра Македонского или Вильгельма Завоевателя полководцы шли в атаку впереди своих шеренг. Потом настали иные времена. Не Брежнев придумал в Советской армии политические отделы для коммунистического воспитания личного состава. Но поручили ему это дело, он его и выполнял. И не хуже иных прочих. И чтобы закончить повествование об армейском периоде жизни Брежнева, сообщим, что он был награжден еще одним орденом Красного Знамени и весьма почетным орденом Богдана Хмельницкого — за освобождение своей родной Украины. Теперь «незалежные» бандеровцы проклинают там и Богдана, и недавних освободителей. Ну, новых оккупантов на свою разоренную землю они накликать могут, но дождутся ли новых освободителей?..
