Рассказ этот многократно переделывался обоими авторами – и поодиночке, и совместно. В последнем варианте от «Букета роз» не осталось даже лепестка.
Это один из первых наших рассказов, написанных в новой, «хемингуэевской», манере – нарочитый лаконизм, многозначительные смысловые подтексты, аскетический отказ от лишних эпитетов и метафор. И самый необходимый минимум научных объяснений – тот минимум, без которого читатель бы ничего вообще не понял, да и сама идея «частных предположений» оказалась бы утраченной.
Кажется, здесь в первый и последний раз у АБС появляется текст, написанный от лица героини, женщины, и, кажется, именно в этом рассказе впервые упоминается звездолетчик Горбовский и его корабль «Тариэль».
«ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ»
Сюжет этого рассказа осенил БН в конце лета 1959 года, когда он, проживая в гостинице-общежитии Пулковской обсерватории, яростно и безуспешно боролся с мухами в своем номере. «Да что же это такое! – воскликнул он, наконец, в полном отчаянии. – Кажется, чем больше я их бью, тем больше их становится!» Идея рассказа тут же выкристаллизовалась.
АН получил черновик (под названием ТЧ (??)) в середине сентября и подверг его вполне нелицеприятной, а равно и справедливой критике:
«...Сюжет скверен. Как только читатель добирается до того места (стр. 7), где становится понятным, что мухи представляют опасность, он, читатель, немедленно представляет себе, что будет дальше: безнадежная борьба экипажа, стремление взорваться, лишь бы не завезти заразу на Землю и, наконец, полная и безусловная дезинсекция на платформе инсектицидов или ультранасадок. Спасти сюжет могла бы только неожиданная, по возможности юмористическая развязка...»
Юмористической развязки не получилось и у АН, но после переделки рассказ (теперь он назывался «Мухи») безусловно стал лучше, хотя по-прежнему не сверкал и всеми цветами радуги отнюдь не переливался. Рассказ как рассказ. В нем не было ничего для нас нового. Свежести не было. Никакой. Нам явно надоедало писать рассказы. Надвигалась эпоха повестей
«ПУТЬ НА АМАЛЬТЕЮ»
Между прочим, изначально эта маленькая повесть называлась «С грузом прибыл». Она и придумана, и исполнена была как «производственная». Самым ценным для авторов была в ней атмосфера обыденности, повседневности, антигероизма, если угодно.
(Задумывалась она под названием «Страшная большая планета» и в самом своем первом воплощении была мало похожа на себя. Я бы сказал – вообще не похожа.
5.06.57 – АНС: «...срочно выясни мне все данные о Юпитере и его спутниках – все возможное, гипотетическое, предположительное и т. д. Расстояния до Юпитера, размеры, период обращения, атмосферы, природу и т. д. О самом Юпитере – все, начиная с расстояния до Солнца и кончая гипотезами внутреннего строения. Затем, нельзя ли взять Юпитер, как наилучший объект для проверки „эффекта Козырева“. Эти все данные необходимы мне СРОЧНО».
31.08.57 – АНС: «...Между прочим, „Страшную большую“ буду продолжать, душа с тебя вон. Нужно сделать, обязательно. Пусть будет тривиально, но нельзя отдавать Юпитер таким, как <...>»
8.02.58 – АНС: «...Теперь о „Страшной большой“. План ты предложил отличный, и он нуждается лишь в некоторых доработках. Преимущества его такие: 1) Первая в СССР вещь на тему о межпланетном пиратстве; 2) Отличная преемственность с „СБТ“; 3) Снова это не флаги и стяги во всепланетном масштабе, а только эпизод; 4) Энергичный сюжет; 5) И тк дл».
К сожалению, упоминаемый выше план не сохранился, – а интересно было бы почитать его сейчас! Там были сражения в космическом пространстве, там были таинственные «Симмонсы», – настоящие, без дураков, пираты, жестокие, омерзительные и беспощадные, оседлавшие межпланетные коммуникации и готовящиеся нанести удар из космоса по Советским республикам...
Ничего этого в первом варианте «Страшной большой...» не осталось. Да и не могло остаться.
19.03.59 АН пишет: «...наша идея СБП горит синим огнем. НИКАКИХ боев в межпланетном пространстве. Даже смотреть не будут. Надо придумать что-то другое».
Сама государыня Идеологическая Система была против этого варианта. Обойдясь без пиратов и боев в космическом пространстве, АН, конечно, довел-таки его до конца, но после совместного обсуждения и разбора вариант был отвергнут – уже самими соавторами. В окончательный текст ПнА вошли из него только несколько кусочков.)
Кажется, именно «Путь на Амальтею» была первой нашей повестью, написанной в новой, упомянутой выше, манере «хемингуэевского лаконизма». Кроме того, она впервые работалась и самым новейшим способом: оба соавтора сидят у большого обеденного стола в маминой комнате в Ленинграде напротив друг друга, один за машинкой, другой – с листом бумаги и ручкой (для записи возникающих вариантов) и – слово за словом, абзац за абзацем, страница за страницей – ищут, обсуждают и шлифуют «идеальный окончательный текст».
...Конец октября – начало ноября 1959 года. На улице холодно. Трещат поленья в большой кафельной печи. Мама хлопочет на кухне, иногда заходит к нам на цыпочках – что-нибудь взять из буфета. Все еще живы и даже, в общем, здоровы. И все впереди. И все получается. Найден новый способ работы, работается удивительно легко, и все идет как по маслу: повесть «С грузом прибыл» и три рассказа – «Странные люди», «Почти такие же», «Скатерть-самобранка» – закончены (или почти закончены) были меньше чем за месяц. Казалось, теперь всегда будет так – легко и как по маслу. Но это нам только казалось.
1960 – 1962 гг.
«ВОЗВРАЩЕНИЕ. ПОЛДЕНЬ, XXII ВЕК»
Этот роман задуман был, видимо, в самом начале 1959 года. Вот первое упоминание о нем:
19.03.59 – АН: «Теперь о „Возвращении“. Пришли мне три своих неудачных варианта, хочу поглядеть, по какому пути ты идешь. Все три. У меня сильное подозрение, что ты прешься не по той дорожке – слишком тебя занимает психология. От одной психологии добра не жди. Буду ждать с нетерпением...»
Работа шла трудно. Изначально будущее сочинение мыслилось авторами как большой утопический роман о третьем тысячелетии, но в то же время и как роман приключенческий, исполненный фантастических событий, то есть отнюдь не как социально-философский трактат.
16.12.59 – АН: «...Срочно давай идеи для „Возвращения“. Я более или менее разработал первую часть, но мне нужны хорошие планы для части о „кхацкхах“ и, самое главное, для части последней – „Творцы Миров“, о человечестве в канун четвертого тысячелетия. Расстарайся, брат. Часть о перелете к кхацкхам должна быть сильно приключенческая, а последняя часть – психологически-утопическая с диковинами и гвоздиками».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
