— Не представляю, как в этом году мама с папой будут платить за все наши школьные причиндалы, — произнес после некоторого раздумья Джордж. — Пять собраний Чаруальда! А Джинни нужны и форма, и палочка, и все прочее…
Гарри промолчал. Он почувствовал себя неловко. В подземном хранилище в «Гринготтсе», в Лондоне, лежало значительное состояние, доставшееся ему от родителей. Конечно, он был богат только в колдовском мире; в мугловых магазинах нельзя расплачиваться галлеонами, сиклями и нутами. Впрочем, он ни разу не упоминал о своем банковском счете при Дурслеях; он подозревал, что их ужас перед всем волшебным может не распространяться на огромную гору золота.
На следующее утро миссис Уэсли разбудила всех рано. Чтобы дети «наспех перекусили», миссис Уэсли выдала каждому по полдюжины бутербродов с ветчиной. Потом ребята надели куртки, а миссис Уэсли взяла с каминной полки цветочный горшок и сунула нос внутрь.
— Почти ничего не осталось, Артур, — вздохнула она. — Придется сегодня купить еще… Ну, неважно. Итак — гость пойдет первым! Прошу, Гарри, дорогой!
И миссис Уэсли протянула ему цветочный горшок.
Гарри непонимающе уставился на обращенные к нему лица.
— Ч-что я должен делать?… — запинаясь, спросил он.
— Он же никогда не путешествовал с помощью кружаной муки! — вдруг вспомнил Рон. — Прости, Гарри, я забыл!
— Ни разу? — удивился мистер Уэсли. — А как же ты попал на Диагон-аллею в прошлом году?
— Да мы ездили на метро…
— Правда? — восхитился мистер Уэсли. — Это где эскапаторы? А как они…
— Потом, Артур, — оборвала миссис Уэсли, — Кружаная мука гораздо быстрее, милый, но, батюшки мои, что же мы будем делать — если ты ни разу ею не пользовался…
— Да всё будет в порядке, мам, — успокоил Фред. — Гарри, давай сначала мы, а ты следи.
Он взял щепотку блестящей муки из горшка, сделал шаг к камину и бросил муку в огонь.
Пламя, взревев, сделалось изумрудным и поднялось выше Фреда, который вошел в огонь, выкрикнул: «Диагон-аллея!» и исчез.
— Запомни, милый, надо говорить очень четко и внятно, — наставляла Гарри миссис Уэсли, а Джордж тем временем уже запустил руку в горшок. — И надо следить, чтобы выйти у нужного очага…
— Нужного чего? — переспросил Гарри нервно, а пламя опять взметнулось и поглотило Джорджа.
— Вообще-то там очень много разных каминов, но, если только ты будешь произносить слова четко…
— Не переживай, Молли, с ним всё будет в порядке, — успокоил мистер Уэсли, сам угощаясь щепоткой.
— Но, дорогой, если он вдруг потеряется, что мы скажем его дяде и тете?
— Им это все равно, — заверил ее Гарри. — Если Дудли узнает, что я вылетел в трубу, он только обрадуется…
— Ну… ладно… давай после Артура, — решилась миссис Уэсли. — Вот что, когда встанешь в огонь, громко скажи, куда ты хочешь попасть…
— И прижми локти, — напутствовал Рон.
— А глаза закрой, — торопливо добавила миссис Уэсли, — сажа…
— И не тушуйся, — сказал Рон, — а то вывалишься в чужой камин…
— Но смотри не запаникуй, а то выйдешь слишком рано; подожди, пока не увидишь Фреда с Джорджем.
Очень стараясь удержать в памяти все эти наставления, Гарри взял чуть-чуть кружаной муки и подошел к камину. Он глубоко вдохнул, посыпал пламя мукой и шагнул вперед; ощущение было как от теплого бриза; он открыл рот и немедленно наглотался дыма.
— Д-д-диагон-аллея, — закашлялся он.
Его будто утянуло в гигантскую воронку, закружило со страшной скоростью — в ушах оглушительно гремело — он попробовал приоткрыть глаза, но его затошнило от вихрем проносящихся мимо зеленых огней — что-то больно ударило его по локтю, и он тесно прижал руки к телу, все вращавшемуся и вращавшемуся — потом пришло ощущение, что ледяные ладони надавали ему пощечин — прищурившись сквозь очки, он увидел размытый поток каминов и моментальные стоп-кадры комнат за ними — бутерброды с ветчиной бешено крутились в животе — он снова закрыл глаза с единственным желанием, чтобы все поскорее кончилось, и тут…
Гарри упал лицом вниз на каменный пол и почувствовал, что дужка очков переломилась.
С кружащейся головой, весь в синяках и перепачканный сажей, он молниеносно вскочил на ноги, удерживая разбитые очки на носу. Он был один, но где, не имел ни малейшего представления. Он мог сказать только одно — что стоит возле мраморного камина в каком-то месте, похожем на просторный, но скудно освещенный колдовской магазин — однако, то, что тут продавалось, едва ли могло попасть в хогварцевский список.
Неподалеку стояла стеклянная витрина, в которой на подушках лежали морщинистая рука, запятнанная кровью колода карт и вытаращенный стеклянный глаз. Злобного вида маски висели на стенах, внушительная коллекция человеческих костей располагалась на прилавке, а ржавые, с острыми зубьями инструменты свисали с потолка. И, хуже всего, мрачная узкая улица, вид на которую открывался из пыльного окна, определенно не была Диагон-аллеей.
Надо убираться отсюда, чем скорее, тем лучше. Нос все еще болел в том месте, которым Гарри припечатался к полу. Быстрым бесшумным движением мальчик метнулся к выходу, но, на полдороги, увидел, что по улице к дверям подходят двое, причем один из них — последний человек на земле, с которым Гарри — растерянному, перепачканному, в разбитых очках — хотелось бы встретиться в своём теперешнем виде. Этот человек был Драко Малфой.
Гарри лихорадочно осмотрелся вокруг и с левой стороны обнаружил большой черный шкаф; он опрометью бросился к нему, залез внутрь и закрыл за собой дверцы, оставив лишь маленькую щель, чтобы подсматривать. Спустя секунду от дверей раздался звон колокольчика, и Малфой вошел в магазин.
Мужчина, вошедший следом, не мог быть никем иным кроме как отцом Драко. У него было абсолютно такое же бледное вытянутое лицо и такой же холодный, металлический взгляд. Мистер Малфой прошелся по магазину, лениво оглядел предметы, выставленные в витринах и позвонил в звонок на прилавке, прежде чем обернуться к своему сыну и сказать:
— Ничего не трогай, Драко.
Малфой, протянувший было руку к стеклянному глазу, недовольно процедил:
— А я думал, мы выберем мне подарок.
— Я же сказал, что куплю тебе гоночную метлу, — рассеянно ответил его отец, барабаня пальцами по прилавку.
— Ну и зачем она мне, если меня не примут в команду колледжа? — с надутым видом сказал Малфой. — Гарри Поттер в прошлом году получил «Нимбус 2000». И специальное разрешение от Думбльдора играть за «Гриффиндор». А он не так уж и хорош, это все потому, что он знаменитость… знаменитость с идиотским шрамом на лбу…
Драко наклонился, чтобы поближе рассмотреть полку с черепами.
— Все считают его таким умным, ах, супер-Поттер с его шрамом, с его метлой…
— Ты говоришь мне это в сотый раз, как минимум, — не дослушал мистер Малфой, раздраженно глянув на сына. — И я должен напомнить тебе, что это не — предусмотрительно — показывать, что ты не в таком бешеном восторге от Поттера, как все остальные, ведь большинство из нашего мира считают его героем, из-за которого исчез Черный Лорд… О! Мистер Борджин.
К прилавку, на ходу приглаживая сальные волосы, подходил сутулый человек.
— Мистер Малфой, чрезвычайно рад снова вас видеть, — произнес мистер Борджин голосом таким же масляным, как и его волосы. — Я в восторге — о, и юный мистер Малфой тоже здесь! — до глубины души польщен. Чем могу служить? Я просто обязан показать вам последние поступления — к тому же цены весьма разумны…
— Сегодня я пришел не покупать, мистер Борджин, а продавать, — прервал мистер Малфой.
— Продавать? — улыбка на лице мистера Борджина еле заметно полиняла.
— Вы слышали, разумеется, о том, что Министерство провело еще несколько рейдов, — сказал мистер Малфой, достал из внутреннего кармана пергаментный свиток и, встряхнув, развернул так, чтобы хозяин магазина мог прочитать. — В моем доме имеются некоторые — ммм — предметы, наличие которых могло бы несколько…ммм… смутить представителей Министерства, в случае, если бы они решили нанести мне визит…
Мистер Борджин деловито приладил на нос пенсне и просмотрел список.
— Неужели, сэр, в Министерстве осмелятся беспокоить вас?
Мистер Малфой скривил губы в иронической улыбке.
— Пока мне не наносили визита — к фамилии «Малфой» все ещё относятся с определенным пиететом — однако, деятельность Министерства становится все более и более назойливой. Ходят упорные слухи по поводу нового закона по защите муглов — без сомнения, за ним стоит этот побитый молью придурок, муглофил Артур Уэсли.
Гарри бросило в жар от возмущения.
— …и, как вы видите, некоторые из этих ядов могут необоснованно навести на мысль…
