заметил я. – Город всё-таки развратил простого деревенского парня.
– А ты мог бы тоже говорить мне пошлости, – заявила Ленка.
Я только безмолвно закатил глаза. Двух жизней явно недостаточно, чтобы начать понимать женщин. Иногда мне кажется, что они что-то вроде инопланетных пришельцев, у которых мозг работает как-то перпендикулярно. Вот попробуй угадай, какого рода пошлости она желает выслушивать. А может, на самом деле даже и не желает, а сказала просто потому, что само сказалось. Спрашивать бесполезно – она наверняка сама не знает.
К парочке присоединилась вышедшая из корпуса Дара, которая из солидарности тоже шлёпнула Ваню.
– Дара требует свою долю пошлостей, – захихикала Ленка.
– Ладно, что тут стоять, – вздохнул я. – Пойдём спасать бедного Ваню.
– А чего его спасать, – пренебрежительно хмыкнула Ленка. – Он совсем не выглядит заморённым, девчонки его бережно эксплуатируют.
– Ага, и соблюдают регламент техобслуживания, – саркастически добавил я. – Пойдём уже.
Ленка относилась к Ивану со снисходительным презрением, хотя на людях, разумеется, этого не показывала. Отчего у неё возникло такое отношение, и чем Иван это заслужил – было совершенно неясно. Скорее всего, неблагоприятным первым впечатлением при знакомстве, которое, как известно, изменить очень сложно. Впрочем, непохоже было, чтобы Ваня как-то старался это впечатление изменить.
Семья Сельковых была настолько увлечена общением, что заметила нас, только когда мы приблизились почти вплотную. Последовали радостные приветствия, а потом наши одногруппники решили обменяться впечатлениями о проведённом лете. Ну, это легко было предвидеть, так что я уже полностью был готов увиливать от неизбежных вопросов.
– У вас-то где была практика? – с любопытством спросил Иван.
– Всего несколько дней назад вылезли из пещеры в Рифейских горах, – ответил я чистую правду.
– Вас опять в пещеру загнали? – ахнули девчонки.
– От некоторых предложений очень трудно отказаться, – пожал я плечами.
– Это, наверное, потому что вы дворяне, – авторитетно заявил Ваня. – Преподы же Владеющие, дворян не очень любят.
– Много кто много кого не любит, – туманно ответил я, – так что не угадаешь. Но вообще-то среди Владеющих немало дворян, далеко не все от дворянства отказываются.
– Кстати, мы тоже решили не отказываться, – сказала Дара.
– Вам пока торопиться некуда, – заметил на это я, – у вас до этого ещё три года. Но я всё же посоветовал бы вам сначала как следует изучить уложения, касающиеся дворянства. Я вам это уже говорил, но такую важную вещь стоит и повторить.
– Ты не одобряешь?
– Наоборот, одобряю, хотя к чему бы вам было моё одобрение. Понимаешь, довольно много людей принимают дворянство, не обдумав как следует, и не понимая толком права и обязанности. А потом дело кончается лишением дворянства, и никому от этого хорошо не бывает.
– Вот вас, например, никто дворянства не лишит, – хмуро заметил Иван.
– Ты всё за социальную справедливость сражаешься? – засмеялся я. – Только теперь за права молодого дворянства. А как же крестьяне – уже пройденный этап?
Ваня насупился, как он традиционно поступал, когда ему нечего было возразить.
– Иван, ты слишком торопливо судишь, – вздохнув, попробовал объяснить я. – Ты смотришь на то, что лежит на поверхности, и не понимаешь, что именно благодаря этому ты вообще можешь стать дворянином.
– Это как? – с изумлением вытаращился на меня он.
– Очень просто. У нас в княжестве поощряется обновление сословий, поэтому любой желающий может в принципе достаточно легко заслужить дворянство. Но при этом обязательно нужен фильтр, иначе дворянство быстро превратится непонятно во что. Это вообще общий закон – чем проще социальный лифт, тем жёстче должен быть фильтр. Лишение дворянства и есть такой фильтр, который отсеивает недостойных, и вообще тех, кто не относится к дворянской чести достаточно серьёзно. Вы будете как бы на испытательном сроке, а вот лишить дворянства ваших детей будет уже гораздо сложнее. А в империи, к примеру, дворянства не лишают, зато получить дворянство у них очень сложно. Даже не знаю, что нужно сделать там крестьянину, чтобы стать дворянином. Наверное, спасти на поле боя императора или хотя бы фюрста.
Семья Сельковых начала озадаченно переглядываться. Нет, я всё-таки не понимаю – как можно всерьёз планировать получить дворянство и при этом не ознакомиться с самыми что ни на есть основными сведениями? Это же никакой не секрет. По большому счёту, достаточно посидеть вечерок в библиотеке, чтобы полностью выяснить, как эта система работает.
– Ну а у вас-то как практика прошла? – спросил я, переводя разговор на другую тему. – Где вы были?
– Проходили практику в княжеской дружине, – ответил Иван.
– О как! – заинтересовался я. – Ну и как впечатление?
– Впечатление двойственное, – признался Иван. – С одной стороны, очень много тренировок. С другой стороны, нам показалось, что как бойцы, они слабоваты. Мы думаем, что, к примеру, ваша дружина любую княжескую тысячу просто в землю втопчет.
– Ну, положим, не любую, – задумчиво сказал я. – У князя есть и элитные войска, только нас с вами туда не пустят. Там проходят практику только лучшие из тех, кто подписал княжеский контракт. И с неэлитными войсками тоже не всё так просто. Хорошая дворянская дружина их, конечно, втопчет в землю, но допустим, десять дворянских дружин против равного количества княжеских ратников, скорее всего, не устоят. Наши офицеры не умеют командовать большими соединениями, и учить их никто не будет. Этому учат только княжеских офицеров. Вообще с княжеской дружиной всё очень и очень непросто. Казалось бы, вот она, вся на виду, но если присмотреться, то оказывается, что про неё мало что известно. Она вроде и большая, но какая-то на удивление незаметная.
– Наверное, так оно и есть, – согласился Иван, немного подумав. – Если разобраться, то мы за два месяца почти ничего там и не увидели. Один раз были большие учения, но всех практикантов прикомандировали в обоз, сказали, что для нашей безопасности.
– Вот-вот, я это и имею в виду. Ну ладно, надо бы расписание узнать, скоро уже звонок будет.
– Я взяла расписание, – сказала Дара. – И на вас тоже взяла. Первой парой сегодня лекция Ясеневой в малой лекционной.
– Магда так Магда, – вздохнул я. – Пойдём, стало быть.
* * *
Магда Ясенева как всегда стремительно вошла в аудиторию и проследовала к кафедре. Студенты поспешно вскочили. Магда пристально обвела взглядом аудиторию, и студенты замерли, как кролики перед удавом.
– Можете сесть, – величественно махнула рукой Магда.
Студенты уселись, немедленно приготовившись записывать важные научные истины, которыми Ясенева сочтёт нужным с нами поделиться. Я не уставал поражаться её способности добиться на своих занятиях абсолютной дисциплины, и честно сказать, совершенно не понимал, как она это делает. У того же Менски дисциплина на занятиях хромала, хотя Генрих мог элементарно
