Читаем без скачивания Вояж с восточным ароматом - Марина Серова

— Да, есть интерес. Но об этом пока… — Челидзе сделал предостерегающий жест. — Короче, слухи.

— Понятное дело, мы об этом писать не собираемся, — кивнул Марышев.

— И вообще это все бабушка надвое сказала. — Косинцев уловил настроение шефа и постарался замять тему.

— «Дижон»? — очнулся Некрасов. — Да это же отстой! Они вообще в середине таблицы болтаются вечно, я отслеживаю все европейские чемпионаты!

Антон говорил эмоционально и постоянно старался подчеркнуть свою осведомленность и эрудированность, пытаясь понравиться таким образом начальству. Челидзе, однако, не проявил никакого интереса к Некрасову, уклончиво улыбался и налегал на вино.

— Отстой — не скажи, Тоша, — вступил в разговор Марышев. — Это смотря с чем сравнивать! Если с нашим «Атлантом», то это просто предел мечтаний!

За эту фразу Марышев тоже удостоился пинка под столом. Такое неуважение к клубу в присутствии его коммерческого директора! Однако Челидзе проглотил и эту пилюлю. Казалось, его вообще мало что интересовало, кроме вина.

— Играть Роме все равно никто там не даст! — махнул рукой Косинцев и снова наполнил бокалы. — Так и просидит все время в запасе, пока срок контракта не истечет. Карьеру, конечно, загубит себе… Практики-то игровой ноль! А если продавать, то продавать задорого. Правильно я говорю, Олег Амвросиевич? Вы их извините, они люди новые, — кивнул Сергей в сторону приятелей. — Не знают еще, что такие вопросы обсуждать не принято.

— Да ладно, не принято! — вдруг махнул рукой коммерческий директор. — Обсуждайте, пожалуйста, интересно даже послушать…

— А ты мне рот затыкаешь, Серый! — повысил голос Некрасов и готов уже был продолжить тему, но Косинцев снова выразительно посмотрел на товарища, а потом незаметно кивнул в сторону Челидзе — мол, его надо обрабатывать, а не высказывать свое мнение.

Марышев же внезапно погрузился в какое-то медитативное состояние. Он хотел было сказать, что он бы лучше всего сейчас снова откупорил бутыль вина, что спрятана за диваном, но вовремя понял, что Косинцев ждет продолжения разговора и поддержки.

— Да, у нас — постоянная практика, навыки, возможность попасть в сборную даже, — поддакнул он. — А что? Вон, Серый, из нашего «Атланта» двое парней сейчас в сборной играют…

— Да, — кивнул Косинцев. — Юрок и Леха. Сначала их в московский клуб забрали, а потом и в сборную включили… А Рома себе всю карьеру запорет, его потом не то что в сборную, а в «Атлант» назад не возьмут! Потому что на фиг он никому не нужен!

Челидзе мало принимал участия в разговоре. Как только речь зашла о футбольных закулисных делах, он словно язык проглотил. Сидел прямо, ровно и поглощал вино, уже даже не дожидаясь, пока Косинцев наполнит бокалы…

Разговор никак не выруливал на нужную приятелям тему. Тут Челидзе поднялся и вышел на балкон. Там он достал сигарету и закурил. Признаться, в номере было уже накурено достаточно. Особенно старался некурящий в принципе Некрасов. Просто ему понравилось, что у Челидзе были с собой сигареты «Парламент», и он не мог упустить возможность воспользоваться добротой Олега Амвросиевича.

— Слушай, Серый, — блеснул глазами Некрасов, придвинувшись к приятелю и выдыхая дым ему в лицо. — Нужно его как-то взбодрить. А то он, чего доброго, через пару минут к себе спать пойдет.

— А я думаю, что он здесь уснет, — со всей серьезностью сказал Марышев.

— Только этого нам не хватало! — испуганно всплеснул руками Некрасов. — Мы его зачем приглашали?

— А чего ты лез со своими дурацкими замечаниями? — разозлился вдруг Косинцев на Антона. — Сколько раз мне все портил! Только хочу о деле заговорить — как ты какую-нибудь глупость сморозишь!

— Ну вот такой я глупый человек, — скромно признал Некрасов.

— И хватит курить уже! — Косинцев выдернул у Антона недокуренную сигарету и затушил ее в пепельнице. — Все равно ты даже затягиваться не умеешь, только сигареты переводишь.

— Твои, что ли, сигареты? — пробурчал Некрасов.

Косинцев махнул на него рукой и обратился к Марышеву:

— Ну, что делать будем?

— Что-что, — вздохнул Марышев. — Не знаю, что. Что-то не получается неформальное общение, он явно говорить не настроен. Сидит, думает о своем о чем-то, а нас даже не слушает.

— Телок надо вызвать! — с выпученными от возбуждения глазами предложил Некрасов. — Вот что, Серый! Это его сразу взбодрит!

— Кто платить будет? — сразу же поинтересовался Максим.

— Я же вам уже говорил, не подпишется он на это! — с досадой проговорил Косинцев. — На фига ему это надо? Если захочет, он и без нас вызовет! Уж без тебя, Тош, как-нибудь! Ты еще ему одну на двоих предложи, чтобы подешевле!

— Да я вообще могу не участвовать! — обиженно пожал плечами Антон и отошел в сторону. — Я представляю, какие тут мрази будут. Уж по сравнению с моей Ленкой… явно полный отстой. Я вообще ей изменять не собираюсь, это я для пользы дела хотел… Ну раз вы меня не слушаете — пожалуйста!

Он сел в угол и принялся грызть яблоко.

Тут в комнату вошел Челидзе.

— Ну что, ребята, я думаю, пора расходиться? — несколько усталым голосом предложил он. — Для первого раза вроде нормально пообщались, продуктивно…

Общение было совсем непродуктивным, ни в каком смысле, и все это хорошо понимали. Но понимали также и то, что если Челидзе сейчас уйдет, то вызвать его снова на серьезный разговор будет уже сложнее.

— Олег Амвросиевич, а может, посидим еще? — неуверенно предложил Косинцев. — Мы вообще-то еще поговорить хотели…

— Тем более что ночь такая классная! Прямо к любви располагает! — вдруг громко ляпнул Некрасов из своего угла.

Челидзе с легким недоумением посмотрел на Антона.

— Это я к тому, что нам женского общества не хватает, Олег Амвросиевич, — принялся объяснять парень. — Вот если бы были с нами милые дамы, то явно веселее было бы. А так что? Сидят четыре здоровых пня, тупо пьют и скучают…

— Олег Амвросиевич, — вкрадчивым голосом проговорил Сергей. — Может, правда, дам… так сказать… позвать?

— Каких дам? — удивился Челидзе. — У нас в команде только одна дама, эта, как ее — Маша. К тому же я ее совершенно не знаю, это Савельев ее откуда-то выкопал.

— А мы покрасивше найдем! — глупо хихикнул Некрасов.

— Давай Ленке твоей позвоним, — совершенно некстати предложил Марышев, но тут же смутился, покраснел и, пробормотав какие-то извинения, непонятно кому адресованные, принялся пить вино.

— Ну а ты знаешь, куда идти за девицами-то? — спросил Челидзе, насмешливо посмотрев на Косинцева.

Вся троица была внутренне удивлена, что коммерческий директор так легко согласился на их, прямо скажем, непристойное предложение. Тем не менее все трое в душе возликовали.

— Так можно обратиться… к знающим людям. К этому, например, Анвару, он нас курирует здесь, — предложил Косинцев.

— Ну обратись, — пожал плечами Челидзе. — Только я никуда не пойду.

— Да мы сами, мы сами, Олег Амвросиевич, — захлопотал Некрасов. — Вы вообще будете не при делах!

Челидзе вернулся в свое кресло и налил полный бокал вина.

— Пейте, пейте, — суетился Некрасов. — А мы пойдем организуем все…

— Так, ты никуда не пойдешь, — сразу оборвал его Косинцев. — Останешься здесь, мы с Максом сами все организуем.

— Отлично! — моментально согласился Некрасов, в душе надеясь, что ему в этом случае ни за что не придется платить. И вообще… пускай этот Челидзе тоже раскошеливается, в конце концов, для него все стараются. А самому Антону эти бабы вообще не нужны… У него Ленка есть… И денег нет… Антон даже не знал, какой аргумент для него более весом, ему вообще хотелось прилечь. Он явно переборщил с вином, к тому же пару раз тайком бегал вниз, в кафе, где успел выдуть три бутылки местного пива.

— А это надолго? — обратился Челидзе к Косинцеву. — В смысле, вы долго будете… организовывать? — усмехнулся он.

— Да нет, здесь эти вопросы быстро решаются, — уверенно кивнул головой Сергей. — Минут через двадцать вернемся.

Они с Максимом поднялись, еще о чем-то пошептались немного и двинулись к двери. Антон и Челидзе остались вдвоем.

— Ну что ж, я тогда полежу немного с твоего позволения. — Челидзе подошел к кровати Косинцева, накрытой пледом, и прилег на нее.

— Лежите, лежите! — замахал руками Некрасов, который в общем-то сам рассчитывал полежать на кровати в ожидании приятелей. Голова у Антона немного кружилась, и он откинулся прямо в кресле. Челидзе молчал. Антон тоже помалкивал. Ему вообще уже ничего не хотелось. Только бы поспать. Вся эта затея с «милыми дамами» стала казаться Некрасову совершенно дурацкой. В самом деле, как они рассчитывают расшевелить Челидзе? Наверняка он с одной из этих дам свалит в свой номер, а потом что? Неужели придет продолжать с ними разговор? Да он просто спать завалится!