На мне застегнули молнию, поправили рубашку и подпихнули в сторону двери, и все это так быстро, будто я не невеста, а… Даже думать не хочу – кто!
Из комнаты я выходила на негнущихся ногах, потому что по телу до сих пор бегали мурашки, и вовсе не от страха. Было бы лицемерием заявить, что я ничего не почувствовала и не возбудилась от действий альфы. Поначалу я действительно терпела, даже мысленно шикнула на волчицу, когда она попыталась рычать. Я наивно полагала, что Хантер просто проверяет мою послушность, что еще немного, и он перестанет, ведь я не нужна ему, к тому же на мне – «лимонная свежесть», которая должна была, просто обязана была его отпугнуть! Но почему-то не отпугнула, а я упустила момент, когда мне стало жарко и хорошо, и хотелось, чтобы он продолжал.
И тут случилась Сесиль!
К счастью или к несчастью, я еще не решила, но сложила руки на груди и приняла свой обычный невозмутимый вид в надежде, что тетка ничего не заподозрит.
– Что ты хотела, Сесиль?
Сегодня она была в элегантном брючном костюме, а значит, уже умудрилась съездить по делам: дома она предпочитала платья и юбки.
Сесиль придирчиво осмотрела меня с ног до головы, а потом повела носом. Кажется, «лимонная свежесть» ей тоже не понравилась, потому что тетя помрачнела.
– Идем, – приказала она тем тоном, которому лучше не возражать, и я последовала за ней. Тем более что пока мы шли, я смогла немного успокоиться и прийти в себя. Собраться с мыслями.
Моему возбуждению есть объяснение. Хантер – альфа. Самый лучший самец, а я волчица, мы оба наполовину звери, которыми владеют инстинкты. Это все физиология, ничего больше. Главное, не поддаваться этой физиологии. Все-таки это я управляю зверем, а не она мною.
Я так увлеклась собственными размышлениями, что не сразу заметила, где оказалась. Сесиль привела меня в собственную гостиную, смежную с ее спальней.
Я только успела это понять, как тетка замахнулась. Мою щеку обожгло пощечиной, а голова мотнулась назад.
Моя волчица проснулась мгновенно, зарычала, пока я замерла на месте в глубоком шоке. Потому что Сесиль еще ни разу не распускала руки, по крайней мере, в отношении меня.
– Дура! – рыкнула она в ответ. – Ты решила, что если Хантер поваляет тебя в койке, то потом сделает женой альфы?
– Что? – совершенно искренне возмутилась я, прижимая ладонь к пылающей щеке. – Нет! Я не собиралась ни с кем валяться.
– Тогда почему от тебя разит возбуждением, дорогая Али? – издевательски процедила Сесиль. – Завелась от мытья полов?
На это мне ответить нечего. Стоит тете напомнить про «завелась», у меня загорается и вторая щека, на этот раз от стыда. Сесиль мрачнеет.
– К счастью, я успела вовремя.
– Ты что, под дверью стояла? – возвращаю я ей шпильку. До сих пор чешутся руки вернуть ей еще и удар.
– Не я, для этого есть другие.
– Хантер бы это услышал.
Я бы это услышала.
– Он был слишком увлечен… твоим мытьем полов. Надеюсь, что ты прекрасно понимаешь, зачем весь этот цирк с невестой и наказанием уборкой. Ты, Алиша, слишком легкая добыча для матерого волка.
– Неправда! Между нами ничего нет.
– Ничего и не будет, – усмехается Сесиль. – Он назначил тебя своей невестой, но так же быстро передумает, когда получит от тебя все, что ему нужно. В этот суть таких мужчин, как Хантер. В этом, а еще в его природе альфы.
Каждое слово тетки – отражение моих мыслей. Я тоже пытаюсь понять, как такая как я может зацепить Хантера, чем, и не нахожу ответа. Но после пощечины просто не могу с ней согласиться, поэтому складываю руки на груди и смотрю Сесиль прямо в глаза.
– А если не передумает? Если он действительно мной увлекся?
Сесиль неожиданно смеется. Совершенно искренне, отчего обидно вдвойне.
– Какая ты молодая и наивная, моя девочка! Если мужчина, вервольф он или человек, по-настоящему увлекается женщиной, он ухаживает за ней, дарит подарки, а не лезет ей под юбку или в штаны, – она брезгливо кивает на мои джинсы, – на следующий день после знакомства.
Она делает шаг вперед.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Хантер здесь не ради невесты. Более того, он здесь даже не ради благополучия стаи. Он не семья, понятно? Мы все ему безразличны. Он чужак, который по какому-то нелепому стечению обстоятельств стал старейшиной и нашим альфой. Поэтому он здесь для того, чтобы навести порядки, сделать все так, как нужно Доминику Экроту. Он преступник, криминальный авторитет.
– Меган рассказала мне, что он участвовал в Волчьих боях.
– Тогда ты должна понимать, почему я вышла из себя!
Она пытается коснуться моей щеки, но я ей этого не позволяю.
– Прости, Али. Мы здесь все на взводе.
– Мы?
– Я, Руперт и Август. Я отправила его к Диане, пока мой мальчик окончательно не поправится, но по крайней мере, он уже в сознании.
Диана – одна из самых уважаемых волчиц стаи и подруга Сесиль. Августу у нее будет хорошо.
– Хантеру не нужна наша стая, – снова возвращается к нашей теме тетя. – Он здесь для того, чтобы нас мучить, и для того, чтобы развлечься. Хантеру не нужна невеста, ему нужна игрушка. Он выбрал тебя, потому что решил, что с тобой будет меньше проблем, иначе бы он выбрал Мег или Таю.
Это противоречило словам самого Хантера, но могла ли я ему доверять?
– Алиша, прошу, не питай иллюзий, что станешь женой альфы. Ты просто потеряешь свою честь и станешь никому не нужна. Ты хочешь стать изгоем? Как Венера.
Венера – бывшая жена Августа. Мы не были особо близки, но все равно я бы никому не пожелала изгнания. Тебя выставляют на улицу в чем есть, без денег, без связей, без ничего. Наверное, это была одна из причин, почему я вообще решила учиться. Чтобы не быть настолько беззащитной. Но до получения профессии мне еще далеко.
– Не хочу.
– Тогда не позволяй Хантеру лишнего. Не оставайся с ним наедине. Помни, что ты волчица.
– Как мне не оставаться с ним наедине, если я сейчас должна убирать его спальню?
Другой вопрос – как мне не подпускать Хантера к своим юбкам и джинсам, если даже “лимон” его не отпугивает?
– Не переживай, об этом позабочусь я. – Она подталкивает меня к двери. – А теперь возвращайся.
Но я не двигаюсь.
– И еще одно. Больше не смей вымещать на мне свои эмоции, Сесиль.
– Хорошо, Али, – кивает она. – Это не повторится. Мы же одна стая.
Сесиль действительно обо мне «заботится», потому что, когда я возвращаюсь в спальню альфы, его там нет. Зато есть Вера, теткина горничная, которая берется активно мне помогать.
Не знаю, как Сесиль договаривается с Хантером, если честно, я до последнего была уверена, что он придет и прогонит помощницу, но когда он все-таки появляется, то просто бросает на меня короткий взгляд и, устроившись в кресле, занимается своими делами. Как ни в чем не бывало.
А я с ужасом осознаю, что разочарована. Немного или много, сложно сказать. Одно знаю точно – одна часть меня хочет даже не продолжения тех касаний, она просто хочет его внимания. Чтобы Хантер спросил, зачем Сесиль меня вызывала, чтобы заметил след от ее ладони на щеке, которого, конечно же, уже нет. Я волчица, и у меня слишком хорошая регенерация.
Такая глупость! Настоящий альфа, наверное, спросил бы обо всем этом, Август знал обо всем, что происходит в стае, но Сесиль права: Хантер не настоящий альфа. Он здесь временно, как и я временно его невеста.
О чем я только думала, заключая с ним сделку?
Нет, о чем я думала, когда позволила себя лапать самым откровенным образом? Когда в принципе позволила себя лапать?
Никогда больше этого не допущу! Не потому, что так сказала Сесиль, а потому что я не настолько наивна, чтобы думать, что между нами будет нечто большее, чем разовый секс. Это не для меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– На сегодня хватит, – слышу я за спиной.
Я поворачиваюсь к Хантеру и встречаюсь со взглядом гипнотических разноцветных глаз. До меня не сразу доходит, о чем он говорит. Хватит чистить ковер?
– Хватит?
