Она слегка улыбнулась, но не выглядела счастливой.
— Поверь, я бы никуда не пошел с тобой, если бы между нами не было различий, — заметил он, и Памела слегка дернула плечами.
Все: и салаты, и его шипящий бифштекс, и ее копченый лосось, и картофель — словно вызвали ее отчуждение. Что-то шло не так, и Аарон не знал, что именно. Но когда он посмотрел в ее бесхитростные голубые глаза, у него забилось сердце. В их глубине было желание.
Он мечтал сжать ее в объятиях. Он желал бы провести еще одну ночь с ней, такую же, как была. И он знал, что Памела ответит на его прикосновения и взгляды. Ее хладнокровное поведение не в счет. Аарон видел ответ в ее глазах. Приятели, которые знали, что он отвез ее к себе в праздничную ночь, нещадно дразнили его, говорили о ледяной деве, о женщине, к которой не смел прикоснуться ни один мужчина. Джастин рассказал ему о ее матери, да и сам Аарон смутно вспомнил слухи о Долли Майлз. Имеет ли это какое-то отношение к сдержанности Памелы? Он не знал, что у Долли была дочь, ведь Памела намного моложе его.
Аарон пристально посмотрел на нее поверх пламени свечи. На этот раз превосходный бифштекс останется несъедённым — достаточно лишь видеть эту женщину, отрешенный взгляд которой только еще больше интриговал его. Аарона восхищали даже редкие веснушки на ее прямом носике. Она была провинциалкой в наилучшем смысле этого слова: практичной, деловой. И она что-то скрывала. Он чувствовал это по прохладной осторожности, которая сковывала ее большую часть вечера.
Он повернулся и взял ее руки в свои, поднеся их к губам и слегка касаясь поцелуем ее пальцев. Тотчас она вздохнула, и в её пристальном взгляде вспыхнули огоньки.
— Поехали домой, — сказал Аарон глуховатым тоном, и после минутного колебания она кивнула.
Он жестом позвал официанта и расплатился за ужин. Как только официант оставил их снова наедине, Памела коснулась его руки.
— Аарон, мы очень поторопились однажды. Я не хочу больше спешить.
Он погрустнел. Помолчав несколько минут, торжественно кивнул. Памела выглядела уставшей и грустной.
В чем же дело? В репутации ее матери? Конечно же, нет. Это было давно. Сама Памела слыла холодной и недоступной особой. Он никому ни слова не сказал о том, как она провела ночь в его доме. Друзья знали только, что они рано покинули праздничный вечер вместе.
В течение всей дороги оба молчали. Аарон чувствовал, как она все больше отдаляется от него, и не мог понять почему. Наконец они добрались до ее дома. Он обошел машину, чтобы открыть дверцу, и ему показалось, что он заметил темные силуэты возле ее дома. Вновь появилось неприятное ощущение, что за ними наблюдают. Хорошо бы уговорить ее поехать к нему, но Аарон знал, что она не согласится.
Они вошли в квартиру, и, закрыв дверь, Аарон забыл про опасность или слежку. В крошечной гостиной он потянулся, чтобы снять пальто с плеч Памелы, и слегка коснулся ее шеи. Он бросил пальто на стул, положил руки ей на плечи и стал пристально рассматривать ее.
— Что случилось, Памела? Что-то изменилось.
— Мне до сих пор не верится, что ты прилетел в Техас, чтобы пригласить меня на ужин, — ответила она, не поднимая глаз. Ей хотелось зажмуриться, встать на цыпочки и страстно его поцеловать. Памела безоглядно любила этого высокого обворожительного техасца и при этом сознавала, что никогда не сможет рассказать ему о ребенке.
Он был опытным дипломатом, и Памела только наполовину верила всем его пылким комплиментам. Она знала, что он ей не по зубам. А она должна быть осторожной.
— Я спрашивал тебя раньше, но не получил вразумительного ответа, поэтому хочу спросить снова. Почему тем утром ты ушла до того, как я проснулся? — тихо произнес Аарон.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Памела понимала, что рано или поздно этот вопрос возникнет снова. Она боялась его, но все же была готова объяснить причину своего бегства. Она прямо встретила пристальный и вопрошающий взгляд Аарон.
— Я поняла, что мы слишком быстро стали близки. Мне это не по душе, Аарон.
Он легким движением убрал волосы с ее лица.
— Понимаю. Раз уж это случилось… Я твой первый мужчина. Надеюсь, ты не сожалеешь. Я не думаю, что мы с чем-то поторопились — просто подчинились своим чувствам. Мои не изменились.
— О, Аарон, — прошептала Памела. Как она могла с ним спорить? Был один путь остановить поток вопросов. Она приблизилась па несколько дюймов, встала на цыпочки и поцеловала его.
Его рука немедленно обвила ее талию. Их губы слились, и его язык настойчиво вторгся в ее рот. Сопротивляться не было сил. Она почувствовала его возбуждение и сама задрожала от сильного желания.
Запустив пальцы в ее волосы, он откинул ее голову назад, другой рукой обхватив талию. Ей пришлось обнять его. Поцелуй Аарона заставил ее забыть весь мир. Кровь стучала в ушах. Каждое прикосновение его языка обжигало, горячая волна поднялась внутри. Памела безумно хотела его. До судорог. Ее бедра прижались к нему, тело напряглось, глаза закрылись.
Его рука скользила по ее спине вниз, к ягодицам.
— Аарон, — прошептала Памела, утопая в его глазах от счастья — она снова была в его объятиях.
— Почему ты избегала меня с того вечера? — спросил он, подняв на какой-то момент голову и рассматривая ее.
— Я говорила тебе. Мы действительно поторопили события.
— Ты что-то от меня скрываешь.
— Не это, — прошептала она и снова поцеловала Аарона, понимая, что его беспокоит ощущение тайны, неизвестности. Она не должна допустить, чтобы он узнал правду, но как это сделать?
Он еще крепче обнял Памелу. Его губы накрыли ее рот, и голова закружилась от желания. Все страхи исчезли. Он взял ее на руки, шагнул к софе и сел. Памела оказалась на его коленях. Одна рука крепко держала ее во время поцелуя. Другая скользила по ее груди, пальцы сжимали соски все крепче и крепче. Памела слегка застонала, выгибая спину и обвив руками его шею.
— О, любимая, как я мечтал о тебе, хотел тебя!
Его пальцы медленно перемещались по ее затылку, и вдруг холодный воздух коснулся ее спины — он медленно расстегнул молнию. Памелу это отрезвило. Она соскочила с его колен, вытягиваясь и пытаясь застегнуть платье.
Ощущая его тяжелое дыхание и пронизывающий внимательный взгляд, она скользнула на другой конец софы.
— Я хочу остановиться, — заявила Памела. В его глазах застыл вопрос. Она должна избавиться от этого наваждения. Он только развлекается. Вот в чем правда! Такие мужчины, как Аарон Блэк, не увлекаются и не влюбляются мгновенно в школьных учительниц из заштатных городков. Этого не может быть, так не бывает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
