Остановился от того, что кончились патроны. Помчался назад к танку, нашел чемодан и стал набивать барабан. Оставшиеся, распихал по карманам. Опять пролез на верх и устроил разгул огня по всей долине. Маленькие точки людей бежали среди сверкающего пламени на восток, бросая технику, которая при малейшем движении вспыхивала, как факел.
Уже не помню, куда влепил последний выстрел, но когда кончились патроны, пошел к Игорю и сел у его головы.
Ко мне подбежали две фигуры.
- Ну ты даешь, - сказала одна.
- Вы кто? - спросил я, подняв голову.
При бликах огня видна военная одежда.
- Капитан Маркиросян.
- Капитан, спускайтесь в долину, пока они не очухались и не вернулись обратно. Гоните их дальше. У вас рация есть? Сообщите.
- Хорошо, - сказал капитан и затем, обернувшись ко второму, - За мной.
Они исчезли. Свет все больше и больше наполнял долину, горы и впадины. Я просидел 2 часа и закрыл глаза Игорю. Подошел к танку, отвязал лопату и отойдя метра на 4 от него, принялся копать, вернее ковырять, в каменистой почве яму. Под голову Игорю я подложил чемодан с бесполезным оружием. Прощай Игорь. Холмик получился скудный. Уж больно много камней.
Два дня я болтался в батальоне. В свободное время ходил по полю боя, рассматривал сожженную технику. Меня поразило количество слепых-пленных. 200 человек, этих здоровых, красивых людей, уводили в тыл. Они шли цепочкой, держась друг за друга. Я разговаривал с ними и удивился, узнав, что большинство из них пехотинцы, пораженные вспышками света, распространившейся от ближайшей цели.
На танках не помогли накладки дополнительной защиты, их так же легко прошивал лазерный луч вместе с броней.
Меня допрашивали военные, они все спрашивали, как мне удалось создать перелом на поле боя и где это чудо оружие. Я признался им, естественно соврав, что сжег оружие в горящем танке противника.
Мы потеряли больше половины танков и тех, кто не имел машин, отправили в Степанакерт за новой техникой. Техника пришла через неделю и это время, мы валяли дурака и отсыпались.
В казарму пришел посыльный. Меня вызывали в канцелярию.
В комнате было три человека: двое военных и гражданский. Гражданского я сразу узнал. Это был тот толстомордый мужик, неряшливо одетый, что на полигоне предлагал мне поразить деревянный сарай. Один военный-полковник, был комендантом в Степанакерте, другой - незнакомый офицер из Союза, как я понял по его мундиру.
- А ведь я вас знаю, - сказал гражданский - Вы конструктор лазерного оружия и фамилия ваша, дай бог памяти, Соколов.
- Пазволте, пазволте, - с акцентом заговорил комендант - это сержант Орлов Александр Андреевич.
Гражданский засмеялся оглушительно, как лошадь.
- Я то ехал, думал что увижу новую разработку, а увидел новую фамилию. Ну, Георгий Ефимович, - обратился он к военному - это тот, о котором я вам рассказывал.
- А по нашим данным, Соколов мертв.
Георгий Ефимович пристально изучал меня.
- Однако вы сильный товарищ, я листал ваши протоколы и был убежден, так же как и все, что тайна лазера потеряна после смерти вашего друга Вы ведь утверждали, что капсулы с компонентами потеряны, однако всех обманули и пошли на смерть. С одной стороны надо быть убежденным в своей правоте человеком и отправиться на гильотину, с другой быть конструктором самого смертоносного в мире оружия.
- Короче, - прервал его толстомордый - Соколов, я забыл твое имя и отчество.
- Андрей Александрович.
- Так вот Андрей Александрович, где патроны? Раз вы стреляли, значит они есть. Не так ли?.
- Нет. Патронов нет.
- Опять врете. Уверен есть. И теперь даже думаю, что есть сам секрет изготовления компонентов.
- Ничего нет, - я упрямо мотнул головой.
- Ладно Соколов. Кое что мы узнали. А это кое что нам подсказывает компоненты и патроны есть.
- Нет, - упрямо твердил я.
- А не вернуться ли вам в Союз? - заговорил Георгий Ефимович Продолжить работу с оружием.
- Никак, никак... нельзя. У него контракт, - заволновался комендант.
- Оружию нужны новые источники энергии накачки. Нужны химические, газовые, жидкостные. С ними надо работать и работать. Что толку, если я сконструирую вам лазеры, которые требуют целый поезд конденсаторов. Хотя... Постойте, хотя...
Я замолчал, пораженный мыслью. Почему химический лазер. В США есть господин Вальтер Смит. Он много занимался газовым лазером на СО2. Там же бешеные мощности. На его теориях наши предложили немало систем, разработав системы с поджигом и без. Это было 4 года назад, неизвестный автор Кушнер В.Р. с выводком известных прихлебателей, разрабатывал лазеры с высоким давлением. Если его не заткнули, как и всех талантливых людей в нашей системе, то можно попробовать на его разработках, новый тип лазера.
- Хотя, что? - встрепенулся толстомордый.
Он почуял мысль. Это был явный охотник на новое. Я молчал, мысленно лепил лазер... Если приложить к его идеям пороховой заряд, то давление можно достичь мгновенно и любой мощности. Если использовать тепло, выделяемое при расширении газа, можно достигнуть температуры выше 1000 градусов, а если вместо стандартных порохов использовать нитросоединения, можно добавить в реакцию азот. Это же пушка, мощностью выше 1000 киловатт. Господи, здесь по неволе поверишь в господа бога.
Пот выступил у меня на лице.
- Да говорите, черт возьми, - чуть не выл толстомордый, схватив меня за рукава.
- Разрешите мне выйти, - вдруг нашел я в себе силы.
- Идите, - сказал Георгий Ефимович, который тоже понял, что я что-то нашел.
Меня отпустили. Я пошатался немного и пошел принимать танк и нового командира.
Перед самым отбоем, дневальный позвал меня на улицу. На противоположной стороне казармы, стоял газик и возле него прохаживался Георгий Ефимович.
- Андрей Александрович, так как вы смотрите на то, чтобы все-таки вернуться в Союз.
- Отрицательно, Георгий Ефимович.
- Но вас здесь ни чего не ждет, кроме смерти, а в Союзе вы нужны.
- Вы уверены?
- Не буду хитрить с вами. Нет, не уверен. У вас есть уверенность в своей правоте и ни кто не даст гарантии, что вы нас проведете сегодня также, как и тогда.
- Спасибо Георгий Ефимович. Я не знаю, за что я здесь буду умирать, но знаю, что в Союзе я делал оружие будущего. Это была цель. Но меня подрезала настоящая действительность, когда варварство выползло на поверхность и моим оружием хотели уничтожить своих сограждан.
- Ладно. До свидания.
Он протянул руку и тут же резкий запах у моего носа, растворил офицера перед глазами...
Очнулся я от вибрации. Гул турбин отдавался в ушах. Руки стянуты веревкой, болит голова. Плохой свет все же высветил, сидящих на против Георгий Ефимовича, толстомордого гражданского и двух других безликих людей с короткими автоматами Калашникова в руках.
- Очнулся, - спросил толстомордый. - Ну, слава богу. Скоро и дом.
Он посмотрел в круглое окно. Весь горизонт залит солнцем, мы плыли над облаками. Я закрыл глаза.
- Давайте знакомиться, Андрей Александрович.
Он стоял передо мной холеный, чистый, отглаженный.
- Я председатель комитета по новым вооружениям, Сергей Дмитриевич Л...
Это первая моя встреча, после возвращения, тайным образом в Союз.
- У нас с вами разговор будет без свидетелей, без магнитофонов, так сказать один на один. Я хочу вам предложить сделку. Я не буду вас убеждать, что это надо для родины, для вас. Сразу же перейду к делу. Вы нам патроны, компоненты, мы вам полную свободу, работу, хоть на старом месте, хоть на новом, гарантируем безопасность. Так как?
Я размышлял. Сначала мне не хотелось убивать живых людей новым оружием и я сделал все, что бы этого не было. Потом волей обстоятельств, я сам испытал оружие на людях. Выходит, я сам нарушил все принципы, ради которых страдал. Что делать? И я решился.
- Хорошо я согласен. Я принимаю ваши условия, но работать в старой конторе не хочу.
- Мы вам уже подыскали хорошее место. Вы пойдете ведущим конструктором в одном КБ.
- Я принесу вам патроны, через два дня.
- Ну это другой разговор. До свидания Андрей Александрович. Вы свободны. Вот вам направление на новую работу. Видите, я уже все приготовил для вас, был уверен сговоримся.
Мы расстались.
- Ира, это я Андрей.
- Андрюшка, Андрюшка. Где ты?
- Под твоим домом.
Трубка звякнула. Я вышел из будки. Ирка вылетела из парадной и обхватила меня руками.
- Ирка, я вернулся на совсем. Я люблю тебя.
- Господи и где ж тебя дурака столько носило, что бы сказать эти три волшебных слова.
- Прости Ирочка. Точно дурак. Но этот дурак безумно любит тебя.
- А я тебя так давно, что кажется любила всю жизнь.
- Я принес, то что вы просили Сергей Дмитриевич.
Я протянул ему бумажный пакетик. Он его развернул. На бумаге лежали целехонькие капсулы с компонентом Д, капсулы с компонентом С, были покрыты зеленым налетом. Они были пусты. Фтористые соединения разрушили медь.
