— Мне кажется, мадам Леонора, будет лучше, если вы сядете, — прервал затянувшуюся паузу Поль и указал мне на кресло. Сам же он уселся за письменный стол, что еще больше подчеркивало его авторитет в этом доме. Несмотря на его весьма тактичное обращение, у меня складывалось впечатление, что отвечать на вопросы предстоит не ему, а мне.
В течение нескольких секунд в комнате царила неприятная тишина. Затем Поль Ожильви решительно прервал ее:
— Я весьма сожалею, что ваше первое впечатление от нашей belle province[6] оказалось неприятным, мадам Леонора.
Мой взгляд, по-видимому, выражал такую растерянность, что он счел нужным добавить:
— Я имею в виду кошмарное происшествие на вокзале сегодня утром. Слышал, будто вы случайно как раз в это время оказались там.
По спине у меня пробежали мурашки. Брайан и Фарамон отвели меня из холла сразу же в салон. У них просто не было возможности рассказать Полю о том, что во время террористического акта я находилась на месте происшествия. Следовательно, он все же видел нас. Узнав меня, он лишь ждал возможности оказаться со мною с глазу на глаз.
— Мы как раз приехали на вокзал, когда раздался взрыв, — сказала я. — Уверяю вас, мы ничего не видели...
Я смущенно замолчала. Если у него прежде и были какие-либо сомнения, то теперь их уже не должно было оставаться. Я сама выдала себя.
Поль насмешливо смотрел на меня.
— Вы очень умны, мадам. Это правильно, что вы не собираетесь вмешиваться в обстоятельства, которые вас не касаются. Если мне будет позволено дать вам совет, я рекомендовал бы выбросить из памяти всю эту историю. Это сделает вашу жизнь тут невыносимой, если не сказать — просто невозможной...
Голос его звучал очень мягко, благодаря чему скрытая угроза казалась еще ужаснее.
Он помолчал несколько мгновений, а затем продолжил:
— Поверьте мне, мадам, я желаю вам только добра. Политическая ситуация в этой провинции чрезвычайно щекотлива. И на примере такого маленького местечка, как Сан-Дегарр, вам, скорее всего, будет трудно составить о ней правильное впечатление. Человек английского происхождения тут воспринимается как... как черт. И даже самые умные и интеллигентные люди будут приписывать вам различные вымышленные намерения. Вот именно поэтому я беру на себя смелость еще раз порекомендовать вам не рассказывать ни одной живой душе о том, что вы видели сегодня утром. Никому!
Он наклонился вперед. Его глаза были устремлены на меня с нескрываемой угрозой.
— И то же самое относится к вашему сыну. Вам необходимо самым серьезным образом предупредить его о том, чтобы он ни при каких условиях не болтал обо всей этой истории.
— Но он вообще ничего не видел, — я запнулась. — А если даже и видел, то наверняка ничего не понял.
— Тем больше оснований не позволять ему говорить на эту тему. Я уверен, мадам, что вы можете разъяснить ему это достаточно убедительно.
Я подавленно кивнула, готовая ради своего сына дать какое угодно обещание.
— Возможно, вам сейчас пришла на ум мысль покинуть замок вместе с сыном, — после короткой паузы продолжил Поль. — Я вам не советую. Это может оказаться даже опасным. Конечно, вы можете обратиться за помощью. Но среди согласившихся вам помочь могут оказаться как раз те, кто любыми способами захочет помешать вам. А их методы воздействия не отличаются особой предупредительностью, особенно когда они...
Он не закончил фразы, но я поняла, что он имел в виду. Особенно когда эти люди считают, что для участников покушения будет безопаснее, если я умру.
— Позже, когда несколько разрядится атмосфера, нам, вероятно, удастся найти какое-нибудь другое решение, — счел необходимым утешить меня Поль. — Конечно, если вам до того ничего не придет в голову самой. В конце концов не буду же я вечно заниматься с вашим мальчиком. В один прекрасный день ему придется начать ходить в школу, нравится это мадам д'Эшогет или нет.
Но ведь до того могут пройти многие годы. И что же, все это время мне жить в вечном страхе? Я, как загипнотизированная, не могла отвести от него взгляда. Поль улыбался.
— Мадам Леонора, нет никаких причин для того, чтобы так бледнеть. Я абсолютно уверен, что вы с Майклом будете чувствовать себя в замке достаточно хорошо. Худшее, что вам грозит, — это скука.
По правде говоря, я была в полном отчаянии. Во всем этом огромном замке не было ни одного человека, которому я могла бы довериться — включая Брайана. Во всяком случае, так, вопреки чувству, говорил мне мой разум. Поль тем временем перешел к проблемам обучения Майкла.
— Не хочу показаться вам нескромным, мадам Леонора, но могу вас заверить, ваш сын получит великолепное образование, ничем не хуже того, которое он мог бы получить в Ванкувере, а, может быть, и лучше. А кроме того, я был бы несказанно счастлив, если бы вы доверили мне также и ваше обучение языку, — и прежде, чем я успела возмутиться, он успокаивающим жестом поднял руку. — Прошу вас, не поймите меня превратно, я лишь хотел подчеркнуть, что и для вас было бы много лучше, если бы вы владели французским. Лишь в этом случае у вас появится шанс быть принятой тут. Конечно, если вы хоть как-то заинтересованы в этом.
— Естественно, я заинтересована, — поспешно заверила я его. — Я... я вам очень признательна.
Меня совсем сбил с толку и испугал прозвучавший в его словах сарказм, но я, тем не менее, решилась заметить:
— И вместе с тем я все-таки считаю, что для Майкла было бы полезнее уже теперь начать ходить в школу. Естественно — в Квебеке. Там он также мог бы изучить французский.
Заметив в его глазах желание возразить, я продолжила с удивившей меня самое решительностью:
— А я могла бы остаться и тут.
— Как заложник? — насмешливо поинтересовался он. — Дорогая мадам Леонора! Я-то полагал, что стал сентиментальным и склонным к мелодраме, но вы в этом явно меня перещеголяли. Если вас заставляют задуматься мои политические пристрастия, то могу вас заверить, они никак не скажутся на обучении. И если пожелаете, то, прошу вас, присоединяйтесь к нашим занятиям. Хотя, откровенно говоря, не думаю, что это принесет какую-нибудь пользу делу. А сейчас вам нужно убедиться в моей квалификации как преподавателя.
Бумаги, которые он выложил на стол, были впечатляющи. Поль не только закончил Сорбонну, но уже читал лекции в университетах Бостона, Мэйна и Лаваля. Его пребывание в замке стало казаться мне еще более загадочным. Однако же Монреаль в настоящее время был, вне всякого сомнения, не совсем подходящим местом жительства для него. В том случае, если его политические воззрения были известны за пределами тесного круга друзей и единомышленников, для него было бы хорошо иметь уважительные причины для пребывания в Сан-Дегарр — на случай, если кто-нибудь из официальных лиц заинтересуется им.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
