могу больше, — прохрипела я, хватаясь рукой за сердце, — брось меня, спасайся сам.
Саймон вынырнул из своих мыслей и рассеянно посмотрел на меня. В этот раз он был так близко, что я смогла рассмотреть карие крапинки в зеленых глазах и уловила легкий аромат цитруса.
— Отдышись, — спокойно сказал он, — время есть. Он все равно еще не пришел.
Я не стала спрашивать, откуда он это знает. Просто отошла к стене, привалилась к ней спиной, прикрыла глаза и попыталась справиться с непослушным дыханием.
А когда открыла их — чуть не закричала. Потому что Сай стоял непростительно близко, опираясь руками по обе стороны от меня.
Я даже не услышала, как он подошел! Даже не почувствовала!
В его взгляде больше не было рассеянности. Он смотрел на меня пристально, пронзительно, а я смотрела в ответ и не могла пошевелиться. Меня будто парализовало!
Говорили мне, не общаться с незнакомцами. До добра это не доведет. Вот. Пожалуйста.
— Сай, — наконец, смогла прошептать я, — ты чего?
Он тряхнул головой, будто приходя в себя, и отошел в сторону, потеряв ко мне всякий интерес.
— Идем?
Я взглянула на него, потом на лестницу и с тяжким вздохом кивнула.
Перспектива снова пересчитывать семьсот тридцать две ступени пугала меня больше, чем этот странный взъерошенный парень, поэтому от побега я отказалась и вместо этого снова поплелась за ним.
Глава 4.2
Мы зашли в кабинет к Вернидубу, как раз в тот момент, когда тот закончил все свои дела и флегматично смотрел в окно, на город, призывно сверкающий на солнце позолоченными шпилями.
— О, должники явились, — не оборачиваясь, отозвался он после того, как Саймон отрывисто постучал по косяку, — проходите, не стесняйтесь.
Я чувствовала себя неловко, а вот мой новый взъерошенный знакомый, явно стеснением не страдал. Он сразу направился на верхний уровень аудитории, к той двери, за которой хранился всякий хлам.
— Что стоишь, Свитти? — сурово спросил профессор Вернидуб, потом кивнул, взглядом приказывая идти за парнем, — отрабатывай опоздания.
Делать нечего, пришлось идти следом.
В подсобке по-прежнему было не протолкнуться. Инвентарь для уборки в углу, стеллажи со всяким барахлом, а теперь еще и парень добавился. Пусть и не здоровенный, как бизон, но тоже весьма внушительный. Из-за его присутствия мне даже казалось, что стены съехались ближе к центру, и стало как-то сложно дышать.
— Знаешь, что делать? — почему-то шепотом просипела я. Потом прокашлялась и уже нормальным голосом продолжила, — знаешь?
— Держи, — он сунул мне в руки целый ворох свитков. Я покачнулась, едва не растеряв их все, прижала к себе, и полнейшем недоумении уставилась на него.
— Неси в аудиторию, разложи. Я сейчас приду.
— Хо…хорошо, — я даже заикаться начала от такой наглости.
Сай только кивнул, даже не заметив моего удивления, и снова отвернулся к стеллажам. Я немного потопталась у него за спиной, недовольно посопела, и все-таки отправилась туда, куда он сказал.
В аудитории по-прежнему был только Вернидуб. В этот раз он сидел за столом и читал работы студентов, нацарапанные на желтых грубых листах. Резко водил пером, чиркал и время от времени качал головой, по-видимому, удивляясь тупости своих учеников.
На меня он не обращал никакого внимания, поэтому я тихонько обосновалась на самой верхней парте. Разложила свитки, как приказал Сай, потом еще раз переложила их с места на место, потом еще. Тянула время, как могла, а этот лохматый никак не появлялся. Я уже собралась идти за ним, потому что изображать деятельность на пустом месте очень утомительно, да и Вернидуб не дурак. Поймет, что дурю его — назначит еще одну отработку.
— Готова? — раздалось над самым ухом.
С перепугу я чуть не заорала. Подскочила, ударилась коленкой и уронила половину свитков на пол, за что получила очередной осуждающий взгляд от преподавателя.
— Все в хорошо, Свитти?
— Да, профессор Вернидуб. Я просто ударилась, — прошипела, потирая ноющую коленку и сердито глядя на своего компаньона.
— Аккуратнее. Мне нет дела до ваших поврежденных конечностей, но вот если испортите ценные карты — получите выговор и месяц отработок.
— Простите, — понурилась я, и улучив момент, когда профессор отвлекся, толкнула локтем в бок Саймона, — не зачем так пугать?
— Я нечаянно. Кто ж знал, что ты такая нервная.
Станешь тут нервной, когда что ни день, то новые проблемы.
— Держи, — протянул мне палочку, похожую на наши клеевые карандаши. Только содержимое было не белым, а подозрительно бурым и пахло весьма специфически, — ты мажешь, я складываю.
— Договорились.
Строить из себя принцессу и морщить нос, я не собиралась, поэтому закатала рукава повыше и начала работать. На серый, полупрозрачный листочек наносила клей, а Сай аккуратно приделывал его к месту разрыва, соединяя рваные края. Потом растирал ладонью, тряс и карта была как новая — ни разрыва, ни заминов. Я даже сначала глазам не поверила.
— Как так?
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — сдержано улыбнулся он, мельком взглянув на меня.
Вроде простой взгляд, мимолетный, а у меня под коленями странно дрогнуло.
— Можно я? — глядя на то, как ловко он исправляет старые вещи, я тоже захотела попробовать.
Он кивнул. Взял второй клеевой карандаш, намазал лист-восстановитель, а я попыталась его приляпать на нужное место. Кое-как соединила место разрыва, пошарила ладошкой и посмотрела на результат:
— М-да, — получилось и на половину не так хорошо, как у Саймона.
— Не расстраивайся, — ухмыльнулся он, рассматривая кривой лист, смятый посередине, — у меня просто большой опыт отработок. — Я профессионал в этом деле.
— Я лучше буду мазать, — проворчала я и потянулась за карандашом.
Наши пальцы случайно соприкоснулись, и меня тряхнуло, будто за оголенный провод схватилась. Впрочем, не только меня. Саймон тоже замер, не выпуская клей из рук, и уставился на меня так же, как до этого на лестнице.
— Отдай, пожалуйста, — севшим голосом попросила я, — я не хочу здесь торчать весь вечер.
Он словно нехотя разжал
