Такаминэ. Да, это действительно скверно!
Нисидзима. Можно было бы, конечно, как последнее средство, подыскать Сидзуко хорошего мужа, честного человека, но я такого не знаю. И в глубине души даже рад, что не знаю… (Смотрит на часы…) Скоро два. Ты прости меня. Со мной творится что-то неладное. Пойдем, я немного провожу тебя.
Оба выходят. Входит горничная, прибирает комнату. Звонок.
Горничная. Да-да, иду. (Спускается вниз.)
Возвращается вместе с Сидзуко.
Господин скоро будет. Он говорил, что ждет вас. К нему заходил господин Такаминэ, он пошел проводить его. (Предлагает подушку.) Садитесь, пожалуйста.
Сидзуко. Спасибо.
Горничная выходит. Сидзуко мечется по комнате. Останавливается перед своим портретом, но, услышав шаги, отходит к книжному шкафу, отдергивает шторку. Горничная вносит чай.
Опять продали книги?
Горничная. Да. Совсем недавно был букинист, вот такую стопку унес.
Сидзуко. Как жаль!
Горничная предлагает чай.
Благодарю. А госпожа дома?
Горничная. Поехала к родителям.
Сидзуко. Ах вот как…
Горничная. Господин сейчас вернется… (Выходит.)
Сидзуко открывает окно, выглядывает на улицу. Не в силах сдержаться, всхлипывает, но быстро берет себя в руки. Входит Нисидзима.
Нисидзима. Простите, я запоздал… (Он запыхался, видно, очень спешил.)
Сидзуко. Я всего минуту назад вошла.
Нисидзима. Ах вот как…
Сидзуко. У вас был Такаминэ?
Нисидзима. Да.
Сидзуко. Когда он пришел?
Нисидзима. Около часа.
Сидзуко. И так быстро ушел?
Нисидзима. Я попросил его.
Сидзуко. Вы ему сказали, что ждете меня?
Нисидзима. Да.
Сидзуко. Вы честный…
Нисидзима. Но это же Такаминэ…
Сидзуко. Простите меня за то, что тогда у нас произошло…
Нисидзима. Нет, это вы меня простите.
Сидзуко. Брат очень на меня рассердился.
Нисидзима. За то, что вы скрыли от него?
Сидзуко. Что именно?
Нисидзима. Рецензии на его повесть и все прочее…
Сидзуко. О нет. Он до сих пор ничего не знает.
Нисидзима. Нет, знает! Он слышал все, что мы тогда говорили…
Сидзуко. Что вы! А притворяется, будто ничего не знает… То-то мне уже самой стало казаться…
Нисидзима. Как он теперь?
Сидзуко. Все время очень печален. Похоже, у него что-то с головой.
Нисидзима. Он слишком много работает.
Сидзуко. Да, конечно… Но он хочет работать… А вот у вас сегодня очень усталый вид.
Нисидзима. Вы находите? Нет, я вполне здоров.
По комнате пролетает легкий ветерок.
Вы не озябли?
Сидзуко. Нет.
Нисидзима. Я закрою окно?
Сидзуко. Пожалуйста. Хиродзи был сегодня очень взволнован, когда я собралась к вам.
Нисидзима. Почему?
Сидзуко. Я не поняла. Он вообще в последнее время слишком обо мне беспокоится. «Не захворай!», «Не нервничай!», «Не поступай необдуманно» и так далее… Я волнуюсь за него, а он за меня.
Нисидзима. Но я надеюсь, вы и вправду не слишком нервничаете из-за всего этого?
Сидзуко (не глядя на Нисидзиму). Отчего вы так близко к сердцу принимаете мою судьбу?
Нисидзима. Может быть, с моей стороны это дерзость, но… мне просто очень жаль вас.
Пауза.
Сидзуко. Скажите правду. Как мне следует поступить? Пусть эта правда будет сколь угодно жестокой!
Нисидзима. Мне хотелось бы, чтобы все оставалось так, как сейчас.
Сидзуко. В самом деле? Если бы я не боялась будущего, я считала бы нашу сегодняшнюю жизнь счастьем. Но я чувствую, нас ждут какие-то страшные перемены…
Нисидзима. Кто знает, где и какая судьба нас ожидает? Да и что мы можем придумать – остается лишь жить, как жили. Я и дальше буду с радостью делать для вас все, что могу.
Сидзуко. Этого я и боюсь! Я же вижу, ради нас вы готовы пожертвовать и собой и вашей женой… Скажите мне правду! Нужно решать, все решать, прямо сейчас!
Нисидзима. Да нет же, ничего не надо решать. Уверяю вас, в ближайшее время все само станет на свои места. Потерпите немножко.
Сидзуко. Терпеть я могу сколько угодно. Но к чему это приведет? Несчастья подстерегают со всех сторон – не только нас с братом, но и вас тоже. Вы теперь больше к нам не придете, да и я, если сплетни дойдут до вашей жены, не смогу бывать здесь. Что же мне делать, посоветуйте.
Нисидзима. Мне самому из-за этих сплетен не по себе. И все же, умоляю вас, позвольте мне по-прежнему помогать вам.
Сидзуко. А вы рассказали жене, что про нас говорят? И вообще, так ли уж она рада, что вы нам помогаете? Вот вы сегодня продали книги, а ей известно об этом? Или о том, что я сегодня была у вас?
Нисидзима молчит.
Вы все от нее скроете. (Пауза.) Наверное, она меня ненавидит.
Нисидзима. Ошибаетесь!
Сидзуко. Почему вы не говорите мне правду? Не доверяете? И не думайте, что я упаду в обморок, если вы посоветуете мне выйти за Айкаву.
Нисидзима. Вас тяготит моя помощь? Но что же тогда будет с вашим братом?
Сидзуко. Ну а сейчас с ним что?…
Нисидзима. Вы, наверное, были поражены, узнав, что мне трудно помогать вам?
Сидзуко. Нет, не очень. Однако (с улыбкой) вы все-таки не такой богач, как я думала.
Нисидзима. Но я вовсе не собираюсь отчаиваться. У меня еще есть силы. Да и деньги пока могу доставать.
Сидзуко. Тогда зачем вы продаете книги?
Нисидзима. Да это проще всего. К тому же я вполне справлюсь с моей работой и без этих книг.
Сидзуко. Может быть, вам покажется странным, если я спрошу: кому вы даете деньги – брату или мне?
Нисидзима. Вам обоим.
Сидзуко. Нет, я спросила неправильно… Скажите, мой брат действительно сможет когда-нибудь стать писателем?
Нисидзима. Если только вы будете рядом.
Сидзуко. А если нет? Если вместо меня будет, например, кто-то другой? Если, скажем, какая-нибудь хорошая женщина станет его женой?
Нисидзима. Ну… разве что так…
Сидзуко. Но ведь вы не из-за меня уверяли брата, что он талантлив?
Нисидзима. Конечно, нет!
Сидзуко. Значит, если меня не будет, вы все равно станете помогать ему?
Нисидзима. То есть как это – вас не будет?
Сидзуко. Ну, предположим…
Нисидзима. Стоит только сказать, что вы поручаете мне заботу о брате…
Сидзуко. А если я ничего не скажу?…
Нисидзима молчит.
Ну, прощайте! Нисидзима (достает из-за пазухи небольшой сверток). Вот, возьмите, пожалуйста. Сегодня всего лишь это.
Во время разговора Сидзуко, сидя возле жаровни, вертит в руках щипцы для углей. Говорит, не глядя в сторону Нисидзимы, словно сама с собой. Нисидзима подходит к Сидзуко.
Сидзуко (берет сверток). Благодарю вас. (Кладет рядом.)
Пауза.
Простите, мне так легче. Вы не обиделись?
Нисидзима. О нет, нисколько.
Сидзуко. Когда вернется ваша жена?
Нисидзима. Вечером.
Сидзуко. Она уехала утром?
Нисидзима. Да, около одиннадцати.
Сидзуко. Тогда она скоро будет.
Нисидзима. Не беспокойтесь.
Сидзуко. Все же как-то неудобно и приходить и уходить в ее отсутствие. Итак, что же мне делать?
Нисидзима (взволнованно). Полностью положитесь на меня.
(Кладет руку на плечо Сидзуко, хочет поцеловать ее.) Сидзуко (испуганно вскакивает). Что вы делаете?
Нисидзима молчит.
Вы что – действительно хотите сделать меня своей любовницей? Вы страшный человек!
Нисидзима (раскаиваясь). Простите меня, ради всего святого, простите. Я ни в коем случае не имел в виду ничего такого…
Сидзуко. Все равно… До свидания, я ухожу.
Нисидзима. Вы сердитесь?
Сидзуко. Нет, но… мне грустно.
Нисидзима. Право, я не хотел вас обидеть. Умоляю вас, одно лишь слово – «прощаю». Моему поступку нет оправдания…
Сидзуко. Откройте окно.
Нисидзима. Да, да, конечно. (Открывает.)
Пауза.
Сидзуко. Приходите к нам завтра в два часа дня.
Нисидзима. Хорошо… Приду точно, как вы сказали.
Сидзуко. И пожалуйста, не надо ждать возле дома, ходить под окнами.
Нисидзима. Хорошо.
Сидзуко. До свидания.
Нисидзима. Возьмите это.
Сидзуко. Не надо.
Нисидзима. Значит, вы меня не простили?
Сидзуко молча берет деньги.
(Обрадованно.) Простили?
Сидзуко (сжимает руку Нисидзимы). Не гневайтесь на меня! Прошу вас! (Внезапно отворачивается, опускает голову.) Прощайте.
Нисидзима. До свидания.
Сидзуко (уходя). Помните, ровно в два!
Нисидзима. Да. (Выходит вслед за ней. Вскоре возвращается. Смотрит в окно, провожая взглядом Сидзуко. Садится, опускает голову на стол. Пауза.) Эй!
Входит горничная.
Нисидзима. Унесите это.
Горничная. Слушаюсь. (Уносит чашки.)
Нисидзима (сам с собой). О, болван! Идиот! Да я просто сошел с ума! (Ерошит волосы.) Прости меня, Сидзуко! Лишь бы ты была счастлива… (Некоторое время молчит, вцепившись в волосы. Вдруг поднимает голову.)
