Глава четвертая
I
Сведения о Чарльзе Хубарте инспектор добыл легко. Молодой человек учился в Кембридже, ничем особенным не отличался, но и тупицей тоже не был. Играл в теннис, занимался греблей. Служащий почему-то считал, что сейчас Чарльз Хубарт находится за границей. Если так, то его след теряется, подумал Филд.
Он посетил школу, которую окончил Хубарт. Здесь ему рассказали об опекуне Чарльза, его дяде. Сэр Джеральд Хубарт до сих пор подписывал племянника на школьный журнал, который посылали на квартиру баронета на Джермин-стрит. Инспектору удалось также узнать, что сэр Джеральд холостяк. Умен, практичен, имеет широкий круг интересов и довольно заметная фигура среди аристократов.
Вернувшись в Лондон, инспектор отправился на Джермин-стрит, где его встретил человек, выглядевший, как дворецкий в фильмах. Его фамилия была Парсонс. Он сообщил Филду, что хозяин сейчас в Каннах, и добавил:
– Смею вас заверить, сэр, что автомобильная авария была несерьезная и сэр Джеральд уже оправился.
– О какой аварии вы говорите? – поинтересовался Филд.
– Прошел слух, будто сэр Джеральд сильно пострадал. Говорили, что он даже погиб. Сюда приходили газетчики, но я им ничего пояснить не мог. А на следующий день позвонил сам сэр Джеральд и приказал прислать кое-какие вещи. Сообщил, что попал в автомобильную аварию и повредил колено. Я написал ему об этих сплетнях.
– И что он ответил?
– Мол, газетчики совсем обнаглели. И в самом деле, сэр, они такой шум подняли, просто стыдно.
– Вообще-то я пришел узнать адрес племянника сэра Джеральда, мистера Чарльза Хубарта, – произнес инспектор, показывая свое удостоверение. – Я полагаю, вы знаете.
– Нет, сэр.
Инспектору с трудом удалось вытянуть из дворецкого адрес самого сэра Джеральда. И ему повезло, он успел на ночной рейс. Корабль причалил к французской земле рано утром. А оно было холодное и туманное, как обычно в апреле.
Предстоящий разговор с сэром Джеральдом его не радовал. Такие, как он, считали полицейских людьми второго сорта. А детектив – тот же полицейский, только в воскресном костюме. Не исключено, что вопрос об адресе племянника вообще повергнет дядю в неописуемую ярость. Но если Чарльз действительно за границей, то зачем волноваться, подумал Филд, протягивая в отеле свою карточку мальчику-слуге.
Разговор начался именно так, как инспектор и предполагал. Сэр Джеральд – высокий, красивый, раздражительный – даже не пытался скрывать, что считает Филда человеком «низкого звания». Ему очень не понравилось, что к бедному Чарльзу будут приставать по поводу знакомства с девушкой, которую он, наверное, уже давно забыл.
– Вздор! – воскликнул Хубарт. – Значит, в Лондоне убили непонятно какую женщину, но при чем тут мой племянник? Мальчик жил за границей шесть лет.
– Он и сейчас там?
– Нет, – мрачно бросил Хубарт. – Уже полгода, как вернулся.
– Где живет?
– У меня.
– Жаль, что я этого не знал, – произнес Филд, мысленно обругав дворецкого. – Мне бы тогда не пришлось вас беспокоить.
Сэр Хубарт продолжил негодовать:
– Зачем он вам нужен? Неужели вы его подозреваете?
– Ему придется доказать свое алиби, – ответил Филд.
– Уверен, он докажет. И все?
– Боюсь, нет. Дело в том, что о мисс Пенни нам ничего не известно, кроме того, что она ушла из дома с вашим племянником семь лет назад. Вероятно, он знает, чем она занималась все эти годы.
– Опять вздор, – недовольно буркнул Хубарт. – Вы полагаете, будто мой племянник осведомлен в делах девушки, с которой по глупости, будучи молодым, провел неделю в Брайтоне много лет назад?
– Нам положено проверять все, – твердо заявил Филд.
– И разумеется, информацию сразу разнесут газеты. А о его чувствах вы подумали? Тем более что он собирается жениться.
«А вот и мотив», – мелькнуло в голове у инспектора Филда.
Хубарт тем временем продолжал высказываться по поводу таких непорядочных женщин. Зачем, черт возьми, поднимать шум только из-за того, что одну из них вздернул на веревке какой-то негодяй, которого она привела в дом? Однако в его словах Филд уловил тревогу за благополучие племянника.
Возвращаясь обратно к английским берегам, Филд понимал, что дядя наверняка дал телеграмму племяннику, чтобы тот подготовился. И к приходу инспектора Чарльз успеет сочинить подходящую историю, из которой будет явствовать, что он не причастен к убийству. И тут до Филда неожиданно дошло, что он уже всерьез начал думать о Чарльзе Хубарте как о преступнике.
II
Дворецкий Парсонс открыл дверь на Джермин-стрит с тем же каменным лицом, что и сутки назад.
– Могу я видеть мистера Чарльза Хубарта? – холодно осведомился Филд.
– Мистер Хубарт отсутствует, – невозмутимо ответил дворецкий.
– Хорошо. Я подожду.
– Мистер Хубарт уехал.
– Позвольте узнать, куда?
– Извините, сэр, но адрес я назвать не могу. Полагаю, он вернется через пару дней.
– Вы в своем уме, Парсонс? – Инспектор сверлил дворецкого суровым взглядом. – Забыли, что имеете дело со Скотланд-Ярдом? У вас уже и так неприятности из-за того, что ввели меня в заблуждение. Скрыли местонахождение Чарльза Хубарта. Вам этого мало?
– Я имею указания, сэр, – заявил Парсонс.
– Какие указания?
– Мистер Хубарт запретил мне давать полиции адрес, куда он уехал.
Филд усмехнулся:
– И почему же?
– Откуда мне знать, сэр?
– Что же мы стоим у двери, Парсонс? Давайте пройдем в холл и поговорим.
Филд последовал за дворецким в большой холл. На стенах эстампы со сценами охоты, перемежающиеся кое-где с фотографиями. Низкий диван, сундук. Вот, пожалуй, и все.
– А теперь попрошу отвечать на вопросы, – произнес Филд приказным тоном. – И не вздумайте юлить. Где сейчас находится мистер Хубарт?
– У своей сестры, миссис Уоррен.
– Где?
– В Ферндене.
– А поточнее?
Дворецкий неохотно назвал адрес.
– Когда он уехал?
– Утром в четверг.
– Заранее планировал или собрался неожиданно?
– Мне он сообщил только перед отъездом.
– Назвал причину?
– Нет, сэр, но я склонен думать, что его вынудили обстоятельства.
– Какие?
– В них он меня не посвятил.
– Но у вас есть какие-то соображения? – Инспектор смягчил тон.
– В некотором роде.
– Так поделитесь, пожалуйста, со мной. Что могло заставить мистера Хубарта поспешно уехать к сестре?
– В среду он явился поздно. Я уже закончил с приятелями играть в бридж.
– Во сколько они от вас ушли?
– Примерно без четверти одиннадцать. Мистер Хубарт говорил, что вернется не позднее одиннадцати, а пришел в час.
– Может, раньше, около полуночи?
– Нет. Я лег спать в полночь, почитал немного журнал. Трудно бывает заснуть сразу. Потом появился мистер Хубарт, и я проснулся.
– Он вас окликнул?
– Нет. Я услышал, как он вошел, и спросил, не нужно ли ему чего.
– И как?
– Он попросил выпить.
– Было в его поведении что-либо странное?
– Да, сэр. Мистер Хубарт никогда не приходил домой в таком состоянии.
– И в каком же?
– В сильном волнении. Но волнение бывает и приятным, а он был очень расстроен. Сидел и молчал. Я решил спросить, думал, может, он расскажет, облегчит душу.
– О чем вы спросили?
– Я спросил, не случилось с ним чего-то плохого.
– И что он ответил?
– Он будто разговаривал сам с собой. Сказал, что хуже смерти ничего нет. Все остальное можно исправить.
– И как вы это поняли?
– Никак. Но мистеру Хубарту и не надо было, чтобы я понял. Просто такое у него тогда было настроение. А потом он спросил, сколько сейчас времени. Удивился, как быстро оно летит. Поинтересовался, чего прежде никогда не делал, как я провел вечер. А потом вдруг сообщил, что завтра утром уезжает к сестре. И приказал не пересылать ему туда письма и никому не давать адрес. Даже полицейским.
– А почему он вспомнил о полицейских?
– Думаю, сэр, он сказал это просто так.
– Мистер Хубарт часто говорил о полиции?
– Никогда. Во всяком случае, я не слышал. У него вообще не было привычки без причины заводить со мной беседы.
– Может, он был пьяный?
Парсонс покачал головой:
– Нет. Мистер Хубарт тогда сильно переживал. Вероятно, поссорился с дамой. В последнее время я заметил у него склонность ссориться со своей дамой после ужина и приходить домой в скверном настроении.
– То есть это было уже не в первый раз?
– Вот так серьезно – в первый.
– И кто была дама, с которой он встречался?
– Я не знаю, но последние две-три недели он получал от нее много писем.
– После его отъезда что-нибудь приходило?
– Ничего.
– Вы когда-нибудь ее видели?
– Однажды, мельком. Я стоял у окна и увидел даму, наблюдающую за домом. Я сходил в кухню, а когда вернулся, она все еще стояла.
– Дама приходила сюда?
– Насколько мне известно, нет.
– Но иногда вы вечером уходите. Такое бывает?
