– Ну, ладно, сейчас он в любом случае улизнул, – резюмировал Шутт. – Возвращайтесь на свои посты и смотрите в оба. Я непременно скажу Мамочке, а она всех оповестит о том, что в гостинице, вероятно, орудует лазутчик, и…
– Я уже в курсе, дорогуша, – послышался голос из Динамика наручного коммуникатора Шутта. – Маленькая ящерка в форме Легиона, носится, как угорелая – такую мы мигом разыщем.
– Отлично, – чуть рассеянно отозвался Шутт. Слушая описание внешности лазутчика, он почувствовал какие-то смутные ассоциации, но к чему они, так и не понял. Ну, ничего, со временем все прояснится. – А насчет Суси что слышно?
– Пока ничего особо ценного, милок – касательно его местонахождения, но зато появились кое-какие другие сведения. Оказывается, его разговор с этим типом записан. Говорили они по-японски, но мы пропустили запись через транслятор. Не хотелось бы делать поспешных выводов, но лейтенант Рембрандт просто в холодном поту,: бедняжка. Она боится, что Суси переметнулся на их сторону. Вы сами послушайте, и решите, что вам думать по этому поводу.
Шутт поднес коммуникатор к самому уху. Пошел перевод разговора, и только он начал вслушиваться, как Ди-Ди гневно топнула ножкой.
– Вот как? Я к вам прихожу со своей жалобой, а вы меня как встречаете? Сначала двое ваших людей меня чуть не сбивают с ног, а потом вы себя ведете так, словно меня тут и нет вовсе! Я вас заставлю считаться…
Шутт перестал слушать запись и в отчаянии посмотрел на Ди-Ди. Та была просто вне себя от ярости.
– Прошу прощения, мисс Уоткинс, но я прослушивал материалы разведки. Если вы будете настолько любезны и дадите мне буквально пару мгновений…
– Пару мгновений вам дать? Да ведь вы мне и того не дали! Лекс хочет испортить мой выход, а я от вас только это и слышу?
– Капитан, большой беда! – воскликнул на бегу запыхавшийся Клыканини, вынырнувший из-за угла. Не обращая никакого внимания на пылающую праведным гневом Ди-Ди, он поспешил к Шутту и добавил: – Вас искать два человеки. Меня выпытывай, только я молчи, как партизаны. Боюсь, от них бывай большой неприятности.
– Неприятности? Почему ты так думаешь? Шутт верил интуиции Клыканини.
– Они мне показывать документы, там написано МНС, – доложил Клыканини. – Я не знай, что это бывай такое, но Малявка мне говори, это большой пакость, вот и я и беги к вам.
– МНС? – переспросил Шутт. – У них не может быть ко мне никаких претензий, все мои отчеты безупречны – комар носа не подточит. Бекер в налоговых законах смыслит больше, чем те, кто их сочинил.
– Капитан! Я не намерена тут стоять и ждать, когда же вы соизволите меня заметить! – заявила Ди-Ди ледяным голосом, способным заморозить плавательный бассейн в гостинице напротив.
– Эй, слюнтяй, ты, что ли, будешь здешний босс? Мы тебя обыскались, – прозвучал с некоторого расстояния грубый хрипловатый голос. По коридору вышагивали трое верзил. Судя по косматым, давно немытым бородам, двое из них принадлежали к сильной половине рода человеческого. Все трое были обряжены в джинсу и кожу с огромным количеством всяких заклепок, цепочек и ярлыков. Руки покрывало бесчисленное множество татуировок. Они были разные, но при этом у всех троих на запястьях красовалось большое «Р» в обрамлении лучей пламени, рвущихся на волю из выхлопных труб. Мужчина, шагавший посередине, габаритами приближался к Клыканини. Голову его венчал германского стиля шлем, в носу болталось медное кольцо, в ушах – по несколько серег, одна из которых – в форме человеческого черепа. Троица вразвалочку одолела последние метры и выстроилась перед капитаном. Главарь подошел к Шутту чуть ли не вплотную. Шутт приосанился и сказал:
– Как видите, я имею честь беседовать с дамой. Как только я закончу разговор с ней, с радостью выслушаю вас.
С этими словами он обернулся к Ди-Ди, которая завидев грозную троицу, сразу притихла.
– Зубы нам заговариваешь, да? – оскалился главарь. – Подождет эта твоя профурсетка, у нас дело поважней будет. Знаешь такого грязного панка, Шоколадный Гарри кликуха у него?
– Шоколадный Гарри никакие не грязные панки, вступился за товарища Клыканини и встал рядом с Шуттом. – И вы давай говори с капитаны вежливо, а то вам сильно не понравится, что сейчас бывай.
Трое незваных гостей нагло расхохотались.
– Послушайте только этого бородавочника! – хриплым контральто вскричала женщина. – Он еще будет учить Ренегатов, как им разговаривать!
– А, так вы, стало быть, Ренегаты, – понимающе проговорил Шутт. Он слышал рассказ Шоколадного Гарри о том, как некая шайка байкеров поклялась отомстить ему за какую-то давнюю обиду, но никогда не предполагал, что обиженные Гарри любители быстрой езды и в самом деле станут выслеживать сержанта-снабженца. Видимо, он их недооценил.
– Попал в точку, солдатик, – кивнул главарь. – Мы Ренегаты, и наших еще сотня наберется, и ищем мы Шоколадного Гарри. И есть у нас такое подозрение, что ты и кабанище этот знаете, где нам его сыскать.
– Даже если мы знаем, где он, вас это ни в коей мере не касается, – отрезал Шутт. – Он легионер, и поэтому вам лучше забыть о любых недоразумениях, имевших место между вами. Мы своих людей в обиду не даем.
– Своих, говоришь? – Женщина сплюнула на пол и презрительно ухмыльнулась. Шутт заметил, что у нее не хватает нескольких зубов. – Для тебя он, может, и свой, вот только задница его жирная будет наша, солдатик. И знаешь, что мы с ней сделаем, когда мы этого гада изловим?
– Мы ее резать будем, как кому нравится, – ответил за подругу главарь, злорадно ухмыльнувшись.
Тут наконец подал голос третий байкер. Говорил он почти шепотом, но от этого слова его звучали еще более зловеще.
– А резать мы ее будем глубоко, долго и нудно.
В качестве иллюстрации к сказанному он любовно провел рукой по рукоятке притороченного к широкому ремню ножа.
– И не думай даже близко подходи, – прорычал Клыканини, и только он это сказал, как из-за спин троих Ренегатов послышался протяжный залихватский свист. Байкеры разом обернулись. В коридоре впереди полудюжины легионеров стоял Усач. Все они были вооружены автоматами «Громобой». – Так что уходите, пока целый, а то мы будем безумствовай, – предупредил байкеров волтон.
– Вот дерьмо, – процедил сквозь зубы главарь, глянул на Шутта и сказал: – Мы ж не с тобой драться пришли, солдатик. Скажи своим парням, пусть уберут пушки. Главное, Шоколадному Гарри передай, что мы его сыскали, так что пусть больше не прячется – без толку это.
Трое Ренегатов дружно развернулись на каблуках и гордо прошествовали мимо вооруженных легионеров, ухитрившись сохранить достоинство, невзирая на столь внушительную огневую мощь, нацеленную на них. Когда они исчезли за углом, Шутт обнаружил, что он, оказывается, давным-давно затаил дыхание, и решил, что теперь можно и выдохнуть. Если бы байкеры решили взять его и Ди-Ди в заложники, не было бы от автоматов никакого прока. Однако на данный момент беда миновала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
