— А у вас тут точно туристическое агентство? — поинтересовался он у обворожительной блондинки Анжелы, присаживаясь около нее на место для клиентов. — А не модельное…
— Точно…, - улыбнулась Анжела, и от этой очаровательной улыбки Игорю стало даже не по себе. — Сейчас вы в этом убедитесь, — она протянула ему программу тура. — Ознакомьтесь, пожалуйста. Я готова ответить на любые ваши вопросы.
После быстрого изучения программы, Игоря заинтересовал лишь уровень отелей и питания, а также насколько комфортно организованы перемещения из страны в страну. Анжела заверила, что все на высшем уровне и беспокоится не о чем. Известие о том, что вместе с ним будут путешествовать всего два человека, нисколько не удивило его.
— По мне, так можно было и одному, — прокомментировал он это. — Я по натуре — одиночка, и компания мне вовсе не нужна…
— Я все же думаю, что ваши попутчики вам понравятся, — заверила его Анжела и приступила к оформлению документов.
— Паспорт мы вам вернем после того, как будут готовы все визы, за день-два до вылета, — проговорила на прощание Анжела, вновь так улыбнувшись, что у Игоря засосало под ложечкой, а по телу побежали мурашки…
Утром двадцать девятого июня Ксеню разбудил звонок дверь и, когда она, еще не до конца проснувшись, отправилась открывать, то увидела на пороге свою сестру.
— Спишь еще, именинница? — оживленно спросила та.
— Еще ведь только девять… Хотелось выспаться перед дорогой…, - пробормотала Ксеня, потирая сонные глаза.
— Тогда быстрей просыпайся — и собирайся! У меня для тебя подарок! — загадочно сообщила Маргарита.
— Какой? — заулыбалась Ксеня.
— Будем готовить тебя к путешествию.
— То есть? — не поняла та, оглянувшись на свой почти собранный чемодан.
— Будем делать из тебя красавицу. Одевайся же! Ты записана на половину одиннадцатого к одному очень классному стилисту! Моему, кстати. А потом нам надо будет успеть еще пройтись по магазинам и обновить твой тухленький гардеробчик к отдыху!
— Рита, мне это ни к чему, — попыталась возмутиться Ксеня, но Маргарита была непреклонна:
— Возражения не принимаются! Тем более что я спонсирую!
Сестры прибыли в салон красоты ровно в назначенное время, Рита что-то сказала девушке-администратору, после чего они прошли в парикмахерский зал, где навстречу им сразу же кинулся худощавый молодой человек несколько женственной наружности.
— Марго! Ну, наконец-то, я уже заждался! — жеманно всплеснул руками он и поправил цветастый шелковый шарфик у себя на шее.
— Привет, Митенька, — улыбнулась ему Рита, и они обменялись легкими поцелуйчиками в щечку.
— Я так понимаю, Марго, объект для совершенствования стоит за тобой, — сказал Митенька, взглянув на Ксеню.
— Да, Митяй, познакомься, это моя сестра Ксеня, — представила ее Маргарита. — И я хочу, чтобы ты поколдовал над ней немножко…
— С удовольствием, — ответил тот и пригласил Ксеню присесть в удобное вертящееся кресло напротив большого круглого зеркала.
Ксеня послушно села, а Митя начал оценивающе ее рассматривать. Он, наверное, минут десять пристально вглядывался в ее лицо, перебирал волосы, задумчиво потирал свой подбородок и наконец изрек:
— Значит, так… Саму прическу сильно менять не будем, оставим длину чуть выше лопаток… А вот цвет… Цвет необходимо менять однозначно… Он у тебя, Ксюшечка-душечка, страшно невыразительный и совсем тебе не идет… Будем делать из тебя брюнетку.
— Черный цвет? — ужаснулась Ксеня, а Маргарита скептически ухмыльнулась.
— Нет, не чисто черный…, - протянул Митяй. — В данном случае цвет воронового крыла только будет старить… А вот шоколад… горький…думаю, будет хорош… Да, горький шоколад! Решено! — он удовлетворенно потер руки. — Ну, что, приступим!
— А может не надо? — пролепетала Ксеня.
— Надо, Ксюха, — встряла Маргарита. — Митяй знает, что говорит. Не бойся, все будет в ажуре.
Тогда Ксеня обреченно закрыла глаза и позволила Митяю делать с собой все, что угодно…
— Але-оп! — проговорил Митяй, когда закончил творить, и перевернул Ксеню в кресле лицом к зеркалу.
Ксеня взглянула на свое отражение и испытала легкий шок: из зеркала на нее смотрела абсолютно незнакомая темноволосая девушка.
— Митяй, ты гений…, - где-то за ее спиной восторженно прошептала Ритка. — Это здорово…
— Я же говорил! — стилист явно гордился собой. — Посмотри, какие у нее глаза стали выразительные, синие - синие… И знаешь, на кого она стала похожа?
Маргарита пожала плечами, Ксеня же, ничего не видя и не слыша вокруг, продолжала заворожено рассматривать себя в зеркале.
— Твоя сестра стала очень похожа на одну мою любимую актрису — Оливию Хасси, только в лет эдак двадцать пять… Правда, у той глаза зеленые, а не синие…
— Эта та, что играла Джульетту? — уточнила Рита.
— Да, она — самая знаменитая и лучшая Джульетта в мире, — мечтательно вздохнул Митяй. — А еще Дева Мария из «Иисуса из Назарета», Реббека из «Айвенго» и многие другие… Она была признана одной из самых красивейших женщин в мире…
— По-моему, мне до нее еще очень далеко, — подала голос Ксеня.
— Тебе не нравится? — капризно спросил Митяй.
Ксеня еще раз взглянула на свое отражение и честно ответила:
— Я себя совсем не узнаю… Эта какая-то другая девушка… Но… Она мне, кажется, нравится…
Митяй радостно захлопал в ладоши, самодовольно улыбаясь, а Рита с облегчение проговорила:
— Ну, слава богу…
После салона Маргарита потащила сестру по магазинам, и, как Ксеня не пыталась ее образумить просьбами не тратиться слишком, она скупала все, что, по ее мнению, должно было подойти Ксене. Результатами этого великого шопинга стали три купальника (Ксеня вот уже сколько лет обходилась одним единственным), два открытых платья, несколько юбок, джинсы, шорты, несчетное количество маечек и топиков, две пары босоножек и одна шлепанцев, пляжная шляпа, бейсболка и ультра модные очки от солнца.
— Зачем мне столько вещей? — недоумевала Ксеня. — Я и половины не успею поносить…
— Только попробуй не успеть! — весело пригрозила Ритка. — В них ты хоть стала походить на нормальную современную девушку, а не на училку биологии… А то раньше стоит посмотреть на тебя и сразу вспоминаются пестики-тычинки…
Ксеня хотела было возмутиться в ответ на это высказывание сестры, но тут очередной раз поймала свое отражение в витрине и замерла, вновь и вновь приглядываясь к своему новому образу и стараясь привыкнуть к себе такой… радикально изменившейся.
