Ни до, ни после «Опрокинутого мира» и «Машины пространства» Кристофер Прист ничего сопоставимого по силе больше не написал. Хотя прошу не принимать такое мое суждение за истину в последней инстанции. В конце концов, Присту сейчас только 54 года, и известны примеры, когда замечательные литературные произведения создавались и в более зрелом возрасте. Скажем, Клиффорд Саймак сочинил «Заповедник гоблинов», когда ему было за шестьдесят, а Джек Финней завершил роман «Меж двух времен» в пятьдесят девять. Я специально говорю об авторах, про которых довелось писать на страницах «Если» под той же рубрикой. А Рэй Брэдбери продолжает создавать шедевры, несмотря на то, что ему уже семьдесят семь…
…В телефонном разговоре, предварявшем несостоявшуюся встречу, Кристофер Прист сказал мне, что не хотел бы терять переводчика, который стал его проводником к русскому читателю (в тот момент сроки моего пребывания в Англии не взялся бы предсказать никто). Ну вот, Кристофер, факт есть факт: вы меня не потеряли. И выражаю надежду, что еще поработаю над новой вашей книгой, не менее впечатляющей, чем «Опро-кинутый мир».
Олег БИТОВКонкурс
«Альтернативная реальность»
*********************************************************************************************
Конкурс для начинающих прозаиков «Альтернативная реальность» проводится журналом «Если» уже три года. За это время трое победителей успели выпустить по книге, один из них завоевал в прошлом году премию «Лучший дебют». Увеличилось число рукописей, поступающих в редакцию, выше стал удельный вес удачных работ, поэтому сегодня, подводя итоги, мы публикуем произведения сразу двух конкурсантов — одессита В. Яценко и москвича К. Залесова. Немного не дотянули до победы, но вышли в финал москвичи Е. Прошкин и М. Чиженок, а также И. Исаев из Пскова и В. Марышев из Йошкар-Олы.
К сожалению, Московский клуб любителей фантастики, с которым мы открыли рубрику три года назад, сейчас переживает организационные трудности и реальной помощи не оказывает. Так что все рукописи ныне читают члены жюри, коих всего трое: редактор журнала и его заместители, которым приходится еще и выпускать номера «Если». Правда, мы надеемся, что члены Творческого Совета (см. первую колонку первой страницы), организованного в начале года для того, чтобы придать журналу новый импульс, окажут жюри помощь и в проведении конкурса. Видимо, настало время напомнить его условия.
1. Рассматриваются произведения только в жанре НФ.
2. В конкурсе участвуют авторы, не имеющие книжной публикации.
3. Принимаются рукописи объемом не более полутора авторских листов и не более двух произведений в «пакете».
4. На конкурс можно подавать только первый машинописный экземпляр либо принтерную распечатку, выполненную по стандартным параметрам (через два интервала, с выделением абзацев).
Добавим к этому, что рукописи следует присылать по адресу, указанному в журнале, а не заказным письмом на имя сотрудников редакции.
Для того чтобы претендовать на победу, а следовательно, и публикацию в журнале, произведение должно отвечать трем требованиям:
а) содержать нетривиальную фантастическую идею либо оригинальную разработку известной темы;
б) идея должна быть доведена до логического разрешения в рамках данного рассказа;
в) автор обязан продемонстрировать достаточный литературный уровень.
Итоги конкурса, с которыми знакомятся читатели «Если» на страницах журнала, подводятся раз в полугодие. Рукописи не рецензируются.
Жюри конкурса «Альтернативная реальность»Виталий Яценко
ЗВЕРИНЕЦ
Нет-нет, — увещевал Темку Ким, — сейчас кису лучше не трогать. Видишь, киса хвостиком машет? Киса недовольна. Давай потом ее погладим, а?
Темку обуревали противоречивые чувства. По опыту он знал, что советами отца лучше не пренебрегать. Но киса такая пушистая!
— Тися, — требовательно повторил он и для вящей убедительности вновь показал на меня пальцем.
— Киса сделает цап. Давай лучше почитаем.
Развалившись на радиаторе (зима в этом году выдалась холодной), я лениво размышлял, не сделать ли мне в самом деле «цап»? Темка неплохой парень, но эти его бурные проявления чувств выведут из себя кого угодно (кроме, разве что, Понификса). К тому же совсем недавно он освоил слово «киса» и буквально не давал мне проходу — показывал всем обитателям квартиры, где у кисы носик, ушки, глазки и так далее. И я, обладатель трех ученых степеней, должен все это терпеть!
Киму тем временем все же удалось уволочь Темку в соседнюю комнату, и теперь оттуда раздавалось бойкое: «А потом позвонил кто, Темка?» — «Ди-и-ил!»
— Скукотища, — проворчал из угла Понификс. — Всегда одно и то же — Маршак да Чуковский, Чуковский да Маршак. Почитал бы для разнообразия Дельбрюка, что ли.
Арк чуть с жердочки не свалился.
— Дельбрюка? Ребенку? Коллега, вы, должно быть, шутите?
— Ребенку скоро два года. Пора учить серьезным вещам.
— Понификс, ты вообще что-нибудь соображаешь? — зевнул я. — Всем известно, что вы, уэды, помешаны на военной истории. Но из этого вовсе не следует, что вся галактика должна быть в восторге от вашего «пиф-паф».
Дискуссия не успела закончиться, как в комнату, воровато оглядываясь, прокрался Темка. Наверное, Ким опять прилип к своему допотопному агрегату, который аборигены сгоряча назвали «вычислительной машиной». Саша же по телефону делилась кулинарными секретами с одной из подруг. Предоставленный самому себе карапуз проворно засеменил ножками и оказался в полушаге от меня.
— Тися! — радостно констатировал он и в очередной раз потянулся к моему носу.
Нервы у славного потомка благородной династии не выдержали, и я легонько стукнул лапой по его запястью. Я честно пытался втянуть когти, но куда там! Все-таки три сантиметра.
Малыш с изумлением оглядел нас одного за другим и разразился отчаянным воплем. Секунду спустя в комнату влетела Саша и завопила не хуже Темки. Тут же появился Ким.
— Артем, я ведь тебя предупреждал, — устало проговорил Ким, перехватывая у жены непоседу. В ответ на эти, с моей точки зрения, совершенно справедливые слова маленький укротитель котов заорал еще громче.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
