- Пора ложиться спать. – Приказал он себе. Иначе завтра он не сможет правильно оценивать ситуацию.
- Надо все же поговорить с Андреа об этом. – Решил Грей. – Одна голова хорошо, а две лучше.
Этажом ниже, только в другом крыле дворца не спал главный повар султана, господин Одоман. Мужчина справедливо опасался, что его план может провалиться и тогда ему не сносить головы. Но больше всего Одоман боялся, что Шакира окажется дочерью простого рыбака. Тогда все надежды рухнут, как карточный домик под легким касанием руки. Мужчина ворочался с боку на бок, пытаясь предположить, как будут развиваться события, сдержит ли свое обещание граф. В своих мечтах он видел себя идущим по дороге в свой родной городок. Перед глазами стояли родные поля хлебов с налитыми тяжелыми колосьями. Ветер гнал по ним волну, словно по морю, трепал ему волосы. Если все получиться он не поедет домой в пышной карете, как когда-то мечтал. Он пройдет весь путь пешком, чтобы насладиться воздухом полей, надышаться ароматом северных цветов и трав. Обнимет своих родных, одарит гостинцем многочисленных племянников. Может быть, встретит женщину с голубыми глазами, тяжелыми русыми косами подернутыми сединой. Услышит от нее слова, о том, как она ждала его.
Тяжелое скользкое блюдо выскользнуло из мыльных рук и ударилось о дно медной мойки, разбившись на несколько кусков. От неожиданности Шакира ахнула, с ужасом смотря на разбитую посуду.
- Любимое блюдо султана. – Побледневшими губами прошептала она. – Даже страшно подумать, что теперь со мной сделают за это.
Если бы это была какая-то другая тарелка или чашка, то за убыток господин Одоман просто отругал и вычел стоимость посуды из жалованья. Но это блюдо сделал сам султан своими руками. Шакира осторожно оглянулась по сторонам. Все были заняты каждый своим делом и внимания на нее никто не обратил. Быстро собрала осколки в карман передника и побежала на выход из кухни.
- Ты куда? – Окликнула ее Сонна.
- Сейчас буду. Я только на минуточку. – Девушка сделала жест, означающий, что ей надо в туалет.
- Ааа! – Понимающе кивнула подруга и продолжила чистить овощи.
Шакира выскользнула из кухни, пробежала по коридору до туалетных комнат. Там в конце была дверь, через которую выносили нечистоты, сливали в специальную бочку. Ее потом вывозили из дворца. Оглянувшись по сторонам Шакира выкинула осколки злополучного блюда в отверстие вонючей бочки.
- Кажется, пронесло. Пусть потом ищут, куда делось блюдо. А может и забудет султан про него, если оно мелькать не будет.
Девушке немного было стыдно за свой поступок, но как говориться своя рубашка ближе к телу. Не обеднеет правитель от потери одной тарелки. Помыв руки, девушка вернулась к работе, а вечером ее вызвал к себе главный повар.
ГЛАВА 10.
Шакира молча стояла перед главным поваром, руки мелко тряслись от вопроса заданного вкрадчивым спокойным тоном:
- Куда ты дела любимое блюдо султана?
Было до жути страшно. Он всё знал! Значит, кто-то всё же заметил и донес на неё, но кто? Только Сонна могла это видеть. Она была ближе всех, видела, как Шакира уходила в туалет. Думать на лучшую подругу, что она доносчик не хотелось. Хотя это уже не важно. Спина заныла, словно по ней уже прошлась плеть. И хорошо если её просто выпорют, могут покалечить, или убить. За время жизни во дворце она наслушалась разных жутких историй.
- Я жду ответа, Шакира. – Господин Одоман продолжал давить на нее своим взглядом.
Лгать было бессмысленно и девушка, вздохнув, призналась:
- Честное слово я не нарочно! Само как-то получилось, разбилась нечаянно. А осколки я выкинула в поганую бочку.
- Вот как. И что будем делать с тобой? Как думаешь, какое наказание ты достойна понести, за такой отвратительный поступок?
- Не знаю. - Спина вспотела, ноги совсем не держали. Хотелось броситься к ногам мужчины и просить о пощаде, но что-то останавливало её. Гордость? Чувство собственного достоинства? Нет. Она не будет умолять о пощаде. Раз заслужила наказание, значит, она ответит, но унижаться не будет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Хм. Всё же я не ошибся. - Господин Одоман сказал это, каким то своим мыслям. Что он имел в виду девушка не поняла, а спросить не решилась.
- Если сделаешь всё, как я тебе скажу, то так и быть прикрою тебя от гнева повелителя. - Шакира подняла удивленный взгляд на мужчину. Тот достал из кармана листок бумаги сложенный несколько раз, так что его не было видно в руке, протянул девушке - Знаешь, где находятся конюшни? - Шакира кивнула.
- Сейчас же пойдёшь туда, но зайди за само здание. Там располагается манеж, возле него тебя будет ждать мужчина. Отдашь ему записку. С этого момента ты поступаешь в полное его распоряжение. Будешь делать всё, что он скажет.
- Но сейчас уже поздно, на улице стемнело. Как я могу встретиться с мужчиной в такое время? Может завтра отнести?
- Иди. - В голосе повара послышались металлические нотки. - Помни о наказании. Я думаю, что за твою косорукость ты можешь лишиться руки.
Шакира вздрогнула, перспектива была жуткой. Лишиться руки девушка вовсе не хотела. Она видела таких мужчин и женщин в городе. Нищие, в жалких лохмотьях, единственное, что им оставалось просить милостыню, потому что безрукие калеки никому не нужны.
- И никому не слова, особенно своей подружке. - Бросил ей в спину господин Одоман, когда она выходила из его комнаты.
Шакира вышла на хозяйственный двор, предварительно зайдя к себе и накинув на плечи шаль. В это время суток становилось прохладнее и девушка, привыкшая к жаркому климату, мерзла. На землю уже опустилась ночь, было темно и страшно. Преодолев свою нерешительность, она вступила на дорожку, ведущую к конюшням.
Грей в нетерпении мерял шагами площадку возле манежа, вглядываясь в темноту. Девушка запаздывала. Возможно, она и вовсе не придёт. Это даже лучше. Скорее всего, Одоман понял, что зря затеял нечестную игру, решил отступить пока не поздно. Ещё днём граф хотел зайти на хозяйственную половину дворца, где располагаются кухня, прачечные, кладовые и другие необходимые для жизни дворца хозяйственные помещения. Но так и не нашёл предлога для этого. К тому же он не знал, где искать девушку, а её вполне могли спрятать подальше от глаз. Единственное, что он сделал, поговорил с Андреа. Чуткий слух донес до него едва слышные лёгкие шаги по гравийной дорожке. Граф обернулся. Из темноты показался стройный силуэт девушки небольшого роста. Больше в ночи ему разглядеть не удалось. Девушка протянула ему свёрнутую в несколько раз бумажку.
- Вам велели передать. - Пискнула она. Сердце Грея зашлось в бешеном ритме.
В темноте он не видел лица, но голос и фигура были точно такие же, как и у его жены. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. Молча протянул руку, взял свернутую бумажку из рук девушки. Читать не стал, просто сунул в карман. Он и так прекрасно знал, что мог ему написать главный повар султана.
- Следуй за мной. - Приказал граф и пошёл вперёд, показывая дорогу.
Шакира семенила за ним сзади, стараясь не отставать. Они шли довольно долго, в ночной темноте непонятно куда, но мужчина двигался уверенно, знал дорогу. С каждой минутой беспокойство всё нарастало, а богатое воображение рисовало страшные картины. Куда он ведёт её? Что ей нужно будет делать? И как бы не влипнуть в какую-нибудь нехорошую историю. Этим вельможам всё сойдёт с рук, а за неё кто заступиться? К тому моменту, когда они пришли к небольшому павильону, спрятанному в глубине парка, Шакира успела себя накрутить. Нервы были взвинчены до предела. Идущий впереди мужчина открыл дверь, пропуская её вперёд. Странно, обычно люди его положения никогда не открывают дверей, для таких как она. С щемящим от дурного предчувствия сердцем, девушка шагнула внутрь.
Они оказались в небольшом просторном зале. Единственный фонарь освещал кадки с растениями, скамейки для отдыха и маленький бассейн. Мужчина повел её вглубь павильона. На противоположном конце зала открыл неприметную дверь. И они очутились в ярко освещенной комнате. Шакира испуганно попятились назад, заметив, что здесь находились несколько мужчин и женщина. В сторону вошедших повернули головы.
