— Как мы будем драться? До первой крови? — обреченно спросил Торвальд.
— Мы будем драться, пока ты не признаешь меня херсиром.
— А если я побью тебя?
— Ты победишь, только если убьешь меня.
Торвальд с ужасом представил, как с него сдерут штаны, пометят мочой, сунут в рот кляп и приведут на веревке в деревню. Теперь он начал понимать, как коварный Северянин заполучил Дотира в союзники.
— Ивар убьет меня.
— Ивар никого не убьет. Он скоро останется один. Он всех вас мучил и отнимал лучший кусок, — напомнил Руд. — Разве не так? А если принесешь клятву Дагу, получишь право на равную долю.
— На равную долю? — задумался Торвальд.
— Да, на все. На равную долю в рыбалке и охоте. Сможешь, как Дотир и другие, всюду ходить по нашему лесу и полям. Сможешь собирать ягоды, где захочешь. Если на нас нападут, мы будем драться, как братья. Если тебя кто-то обидит или твою младшую сестру — мы придем на помощь. Ивар стал бы искать тебя в лесу?
Даг протянул руку. Торвальд вздрогнул. Ему показалось, что херсир Северян его сейчас ударит. Но удара не последовало. Даг улыбался. И тогда Торвальд протянул руку в ответ…
Друг Торвальда Эгиль долго бродил по тропинкам, недоумевая, куда подевался Дотир. Затем он честно пришел к камням, в условленное место встречи, но Дотира с Торвальдом не оказалось и там. Вместо ребят на валуне сидела девчонка.
— Ты откуда? — прогнусавил Эгиль и потрогал повязку на носу. — А, я тебя помню! Мы на коньках вместе катались. Ты с усадьбы кузнеца?
— С тобой хочет поговорить моя сестра, — откликнулась белокурая красавица.
— Сестра? Со мной? — поразился Эгиль. — Зачем?! И где она сама?
— Ты ей очень нравишься, — потупила взгляд девочка, — но она сама боится к тебе подойти. Она говорит, что ты все время с парнями… наверное, ты у них херсир?
— Я?! Нравлюсь? Херсир? Я… эээ… Где она?
Эгиль покорно дал себя увести в заросли. Он млел, ощущая в своей руке горячую девичью ладошку. Млел до той поры, пока его кто-то не схватил между ног и не зашвырнул в колючие кусты. Отплевываясь от снега, Эгиль кое-как освободил голову от острых колючек, и… едва не наложил в штаны. Вместо загадочной поклонницы его поджидал самый страшный кошмар — Даг Северянин. У Эгиля мгновенно разболелся прокушенный нос.
— Жри снег, — приказал найденыш. — Твоя очередь. Это же ты кричал, чтобы моего брата накормили снегом?
Эгиль попытался отползти, но ему на спину опустилась тяжелая ступня. Враги окружили его плотным строем. Но самое страшное, что за спинами жутких Северян Эгиль разглядел своих друзей, Торвальда и Дотира.
— Эй, вы что? — прохрипел Эгиль. — Вы — предатели!
— Не предатели. — Дотир показал товарищу разрез на ладони. — Я Ивару не присягал. А Дагу мы присягнули.
— Перед лицом Одина, — добавил Торвальд.
Белокурая девчонка продемонстрировала Эгилю маленькую походную статую Отца Павших. Ноги Отца совсем недавно обмазали свежей кровью. Эгиль задрожал от ужаса. Они не шутили! Они действительно присягнули на верность волчонку!
— Жри снег, — повторил Даг. — Или, клянусь кровью моего брата, я выбью тебе все зубы!
Подвывая, Эгиль стал пихать в рот комки ноздреватого снега. Небо свело от холода, в язык воткнулись сотни ледяных игл. Затем Эгиль перестал чувствовать гортань.
— Не… не могу больше.
— Можешь. Мой брат не жадный. Он тебе много снега оставил.
Эгиль жевал снег и плакал. Десны превратились в деревяшки, челюсти не слушались, зубная боль пронзала мозг.
— Теперь мы будем драться. — Даг присел перед поверженным врагом на корточки, ухватил его за волосы. — Мы будем драться один на один. До смерти, до полной победы. Ты оскорблял меня и обзывал мою мать волчицей.
— Нет… это Ивар. Я не хотел…
— Тебя не будут бить. Хотя вы били меня одного. Выбирай — один на один или присягнешь мне кровью. При свидетелях. Победишь меня — свободен. Но тебе придется меня убить. Если присягнешь… и хоть раз отступишь от клятвы, клянусь, я убью тебя. Пусть все слышат. Что ты выбираешь?
Эгиль молча подставил ладонь под нож.
Конопатые братья-близнецы Хельги и Хлив помогали старшим, обрубали ветки и сучья с упавших стволов, затем впрягали лошадей и оттаскивали деревья на опушку. Близнецам Хельги и Хливу давно надоело рубить сучья и таскать на себе топоры, слишком тяжелые для мальчишек. Но Свейн Волчья Пасть не унимался, он приказал работать даже в темноте. Мороз крепчал, вокруг потрескивали деревья…
— Хлив, гляди, это же Торвальд! — толкнул брата Хельги.
— Откуда ты взялся? — набросились близнецы на необычно тихого приятеля. — Вырву Глаз тебя вчера искал, чтобы идти на рыбалку! И нам не помогаешь, и дома тебя нет, и мать не знает…
— Я был в усадьбе Северянина, — признался краснощекий Торвальд. На его бровях повисли сосульки.
Близнецы вытаращили глаза.
— Что? И тебя там не убили?! Что ты там делал?!
— Мы строили шалаш. И делали запруду, там, где Бобровый Остров. Я там был с Эгилем, Дотиром и Торфинном. Еще был Харальд Сеновал и его старший брат… и парни с фермы Северянина. А потом мы ходили к ним в дом, там осталась куча еды от свадьбы. У них сразу две свадьбы, и нас угостили.
— Это как? — помертвел Хельги. — Как угостили? Как это парни Северянина? Вы там были и ничего не сказали Ивару?!
— Пошли со мной, я покажу вам что-то важное, — поманил Торвальд, честно глядя в глаза. — Там Эгиль и Дотир, они лучше меня говорят.
— Ладно, пошли! Но ты нам ответишь!
Торвальд свернул в лес. По скрипучей тропинке он привел братьев к избушке, где обычно отогревались пастухи. Из-за домика вышел Эгиль, с ним — Даг Северянин в широкой войлочной шапке. Близнецы потеряли дар речи. Хлив покрепче перехватил топор.
— Все просто, — сказал Эгиль. — Теперь нам можно ходить туда, на запруду, и на остров. А парням Дага можно ходить к нам. А скоро мы вместе пойдем охотиться, как взрослые. Даг сказал, что Горм Одноногий научит валить оленя одним ударом.
— Заткнись! — Хельги несильно заехал дураку в челюсть. — А то я тебя одним ударом. А Ивар вас в землю зароет за такое. Как вы могли подружиться с найденышем? А ты убирайся отсюда, это наш лес, не то мы тебе снова…
— Хельги, ты трус! — не замечая топора, бросил в лицо противнику Северянин. — Когда вы приходили к нам, Одноногий учил вас драться. Вы приходили два года, и никто вас не трогал. Когда Ивар тебе приказал избить меня, вы дрались не как мужчины, а как крысы. Давай один на один?
— Мы никогда не деремся отдельно, — смутился Хельги.
— Хлив? Давай один на один?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
