Близнецы исчезли.
— Ну что? В шахматы? — спросил Даниель.
Кристина улыбнулась, покачала головой и очень мило извинилась.
— Мне сейчас не оччень хочется эттим заниматься, — сказала она. — Но… знаете, что было бы забавно?
Что? — спросил Мишель.
Когда мы проеджали на такси… я видела такой белый корабль на Сене…
Речной трамвайчик?
— Моджет быть! Моджно сделать на нем прогулку?
Кузены переглянулись. Очевидно, идея им не понравилась. Однако Даниель галантно кивнул.
Прекрасная мысль!
Согласен! — добавил Мишель. — Но тогда надо позвать близнецов. Без них нельзя!
Мадам Терэ появилась в тот момент, когда вся компания стояла на крыльце и собиралась уходить.
Куда это вы направляетесь? — спросила она, ласково улыбаясь.
Я попросила сделать прогулку по Сене на речном трамвайчике, — объяснила Кристина.
Вы так никогда и не пообедаете дома! — укоризненно покачала головой мама Мишеля.
Мы могли бы поехать и после обеда, — предложил Мишель, с надеждой посмотрев на тучи.
Да нет! Воспользуйтесь хорошей погодой, — возразила мадам Терэ. — У нас такое лето, что дождь может пойти в любой момент! Пообедайте в Латинском квартале, Кристине будет интересно…
В восторге от этого предложения, пятерка двинулась в путь.
6
Час спустя вся компания стояла на палубе прогулочного трамвайчика, отходившего от причала у Эйфелевой башни.
Кристина радовалась как никогда, поэтому Мишель иДаниель больше не жалели о том, что приняли ее предложение.
Близнецы держались отдельно. Они все еще никак не могли пережить, что Мишель не сказал им ничего нового о таинственной вазе.
Старшие показывали Кристине достопримечательности, мимо которых проплывал трамвайчик; один из пассажиров живо заинтересовался их рассказом. Это был высокий загорелый брюнет спортивного вида; судя по светлому костюму, зеленоватому галстуку с аляповатым рисунком и коричневой рубашке — скорее всего американец.
Незнакомец прятал глаза за темными очками. Очевидно, его действительно заинтересовал рассказ ребят о Париже — он слушал их совершенно не таясь.
Уже несколько раз наши молодые люди переходили с одного места на другое. Незнакомец неотступно следовал за ними.
— Этот тип меня раздражает! — громко сказал Мишель.
Кристина рассмеялась.
— Просто вы отличный гид! Надо взять у него «на чай» после прогулки!
А в это время близнецы пристально наблюдали за тем, что происходило на берегу. Их внимание было приковано к черно-желтому такси; оно ехало с той же скоростью, что и их трамвайчик, и останавливалось одновременно с ним.
Они так увлеклись, что совсем не обращали внимания на старших, но вдруг, заметив брюнета — сначала со спины, а потом увидев его лицо, — почему-то сильно разволновались.
Скажем? — спросил Ив.
Но ты же их знаешь! Они никогда нам ничего не говорят…
А вдруг это очень важно? И вообще, просто Мишель о нас заботится и не хочет, чтобы с нами что-нибудь случилось!
Но… ты же видел… он не желтый, как мы раньше думали!
— Ну и что? Говорю тебе, надо предупредить Мишеля!
Мари-Франс в конце концов решила уступить, хотя в душе горела желанием доказать старшему брату, что он был не прав, отстранив их от этого дела.
Между тем все было не так просто. Брюнет не отставал от старших ни на шаг… Как же незаметно предупредить Мишеля?
Но Мари-Франс всегда быстро находила выход из любого положения. Она достала носовой платок, прикрыла им глаз, подошла к Мишелю и потянула его за рукав.
— Мишель, посмотри, мне соринка в глаз попала!
— Бедная малышка… Покажи! Сейчас мы ее достанем!
Девочке удалось оттащить Мишеля в сторону, а затем повернуться спиной к группе, состоявшей из Даниеля, Кристины и незнакомца.
Открой глаз пошире, — сказал Мишель. — Сейчас я ее в два счета вытащу!
Мишель, глаз в порядке, — прошептала Мари-Франс. — Я хотела сказать, что человек, который вас слушает… ну… это он ходил возле машины и следил за Чен Суном сегодня утром!
Мишель был потрясен.
Но… он же не азиат! Ты уверена в том, что говоришь? — спросил он, как можно меньше шевеля губами.
Уверена! Можешь спросить у Ива!
Не надо, — прошептал Мишель. — Я тебе верю! — А затем продолжил громким голосом, так, чтобы его услышали: — Ну вот, твою соринку мы вытащили. Постарайся не тереть глаз!
Мари-Франс вернулась к Иву, а Мишель — к Даниелю и Кристине. Он изо всех сил пытался привлечь внимание кузена, но тот как будто не замечал его уловок.
Как только объявили остановку «Площадь Согласия», брюнет внезапно повернулся и сошел на берег, даже не посмотрев в сторону ребят.
Что ты хотел мне сказать? — тут же спросил Даниель.
Это тот человек, что выслеживал сегодня утром Чен Суна! Мари-Франс и Ив видели его и узнали!
Выходит, он и за нами следил?
Конечно! Но, судя по всему, он разочарован, а то бы не ушел.
Как интересно! — вступила в разговор Кристина. — Моджет, он полицейский?
Возможно, но не думаю, — ответил Мишель.
Они стали обсуждать причины, по которым полицейский мог бы следить одновременно и за Чен Суном, и за ними самими.
— Я не вижу никакой другой причины, кроме вазы! — сказал Мишель. — Смотрите: Чен Сун разыскивает вазу, а полицейский за ним следит… А за нами он следит, потому что ваза у нас!
ЧИТД! — воскликнула Кристина, чтобы показать, как здорово она поняла объяснения Даниеля.
ЧИТД! Браво, Кристина! — откликнулся Даниель.
Предлагаю сойти на бульваре Сен-Мишель! Можем пообедать в ресторане, — предложил Мишель. — Не знаю, как все, а я зверски проголодался!
— Принято единогласно!
Через несколько минут компания входила в зал одного из самых известных ресторанов Латинского квартала.
Этот зал очень понравился Кристине. На стенах висели огромные зеркала, в которых отражалась лестница. Желающих попасть в ресторан оказалось очень много, и ребятам пришлось ждать, когда освободится столик.
— Как забавно! В зеркале видно всех, кто спускается! — отметила Кристина.
Мишель отошел позвонить мадам Терэ — сообщить, что они обедают в городе.
Мишель, видел часы? — приставал Ив, ужасно взволнованный незнакомой обстановкой.
Где? Не вижу!
Ну вон там, посмотри: цифр нет, а сами часы замурованы в стену — только стрелки видны! Они в зеркале отражаются!
Мишель повернул голову, чтобы разглядеть в зеркале часы, но в тот же момент вздрогнул и нахмурился. Затем он резко вскочил и быстрым шагом направился к лестнице.
— Черт неуклюжий! — взвизгнул официант, пытаясь поймать выбитый поднос. — Мог бы и поосторожнее!
Мишель двумя прыжками преодолел лестницу и смешался с толпой клиентов и озабоченных служащих на втором этаже.
— Слишком поздно, — прошептал он, осмотрев большой зал и террасу. — Он с другой стороны спустился…
Возвращался Мишель уже спокойно. Даниель, близнецы и Кристина встретили его вопросительными взглядами. Посетители, встревоженные восклицаниями официанта, смотрели на Мишеля осуждающе, как будто ожидая, что он затеет потасовку.
Это был Чен Сун, я уверен! — сказал Мишель, садясь на свое место. — Я видел его в зеркале. Как же он мне надоел!
Во всяком случае, ясно, что он не отступит, — вздохнул Даниель. — Может, он надеется, что мы приведем его туда, где спрятана ваза?
Возможно… Он так явно угрожал нам перед уходом! Кажется, он мне совершенно не поверил насчет Южной Африки.
Хорошо хоть нам не надо никого навещать в Париже, а то бы он перерыл все дома, куда бы мы заходили!
Можно над ним подшутить: зайти в десятиэтажный дом и побыть там некоторое время, как будто мы в гостях… Пусть себе потом ищет!
Вдруг Мишель замолчал, потом кивнул головой и лукаво улыбнулся.
Нет, мы сделаем по-другому! У меня грандиозная идея… Я тут только что вспомнил…
Говори! — с нетерпением потребовал Даниель.
Об этой хитрости мне рассказывал папа — ею пользовались участники Сопротивления во время войны, чтобы выяснить, следят за ними или нет.
Кристина, Даниель и близнецы превратились в слух.
— Если он опять за нами пойдет… надо заставить его доехать на автобусе) или на метро до конечной остановки — там поменьше пассажиров и невозможно спрятаться.
— По-моему, автобус не годится! — сказал Даниель. — Ведь Чен Сун понимает, что мы его узнаем, и не решится сесть с нами в один автобус… А в метро можно попробовать!
Надо заманить его в метро. Мы обязательно заметим, если он доедет до конечной! — согласился Мишель.
Но дайте мне времья попробовать этти ананасы в вишневом ликере! — возмутилась Кристина.
* * *
— Он там, в соседнем вагоне… я его заметил! — сказал Даниель, как только поезд тронулся.
