Люмен выждал удобный момент и побежал к поляне.
Когда дым рассеялся лунные лучи показали лежавшего в стороне охотника. Его тело дрожало. По бледному лицу бежал пот. Он пытался остановить кровь, бежавшую из открытой раны. Зажимая в зубах край тряпки, он перебинтовывал свою культю уцелевшей рукой.
Трое остальных братьев вонзали свои кортики в темно-серую шкуру зверя. Зверь крутился и рычал, пытаясь сбросить с себя сеть и измотанных противников. Люди давно устали, но продолжали бороться с монстром. Зверь тоже начинал терять силы и ярость с которой ожесточенно нападал.
Когда Люмен взобрался на пригорок монстр заревел и рывком поднялся, раскидав в стороны братьев и разрывая сеть. Его окровавленная морда уставилась на чернокнижника.
Синие глаза чтеца встретились с серыми глазами зверя. Монстр на секунду замер, изучая нового противника. Где-то в глубинах его разума еще скрывался колосок сознания прежнего владельца. Но сейчас им всецело управляли только гнев, злость и ярость. Зверь был одержим, безумен. Из его широких ноздрей шел пар.
Его приплюснутая, напоминавшая кабанью, морда подергивала разорванной губой с которой струилась свежая кровь. Вздернутые клыки были направлены на Люмена. Одно из оттопыренных свинячьих ушей разорвано свисало на бок. От черной, местами седой шкуры шел пар. Мощные руки, покрытые густой шерстью, играли когтями. Ноги, от части напоминавшие недокопыта, были готовы сорваться с места и сбить с ног очередного противника. Но зверь чего-то ждал.
Все тело гиганта дышало силой, мощью и ненавистью к людям. Демонолов буквально это чувствовал своей кожей. Само присутствие зверя внушало окружающим страх.
– Люди, – вдруг заговорил зверь. – Чертовы люди, – он ткнул порезанной рукой в сторону собравшихся у раненого брата наемников. – Вы убиваете нас... Вы нападаете на нас. Вы разоряете нас! Вас надо выкорчевать с этой земли. С клубнями, с корнями. Сжечь и бросить в глубокую яму. Забыть.
Зверь взмахнул руками и глаза его налились кровью. Он сорвался с места точно рысь и схватил одного из охотников бросившись вниз с холма.
Оказавшись внизу, он замер точно ошпаренный и завыл, закричал:
– Больно! Злое колдовство. Опять люди. Не-на-вижу! – он развернулся и уставился на чернокнижника. – Ты, шаман. Ты, наслал непроходимую стену. Тоже хочешь убить Рыдка? Рыдк примет бой. Очередной бой. Рыдк смоет кровью всю вашу заразу, покуда ему хватит сил!
Зверь ударил по голове брыкающегося охотника и бросил на землю перед собой, а потом с размаха раздавил его череп, как черешню своим копытом. Тело дернуло ногами, встрепенулось в последней агонии и обмякло.
Братья завыли.
– Томми! Ах, ты сука! – Филипп потер раскрасневшийся шрам на лбу и, сжав два ножа в руках, направился к зверю. Другой брат последовал за ним.
Рыдк выжидающе смотрел на идущих к нему охотников. Его тело налилось стальными мышцами и было готово разорвать еще двух людей.
Чернокнижник вбежал между ними и выкрикнул:
– Стойте. Так лишь попросту прольете кровь. Дайте мне выгнать демона. А потом он ослабнет.
Братья гневно уставились на Люмена. Старший молча кивнул ему. Костяшки на его руках побелели. Младший что-то шепнул Филиппу на ухо и тот одобрительно качнул головой.
Люмен взмахнул рукой, доставая гримуар и стал отходить в сторону.
Стоило ему только вынуть из сумки книгу, как глаза зверя вспыхнули и уставились на нее. Монстр задышал чаще. Морда стала злее, а копыта спустя пару секунд толкнули его в сторону чернокнижника.
Доли сантиметров спасли демонолова от смертельного удара, в который была вложена вся мощь зверя.
Дерево, стоящее рядом с чтецом хрустнуло и упало надломившись.
Капюшон встрепенулся и открыл лицо Люмена.
Зверь рыкнул, усмехнулся и снова бросился на него.
Охотники о чем-то начали переговариваться.
Люмен снова увернулся, но уже не так быстро и точно, как первый раз. Нога защипала от нанесенной Рыдком раны.
Зверь довольно зарычал и приготовился к последнему рывку.
Но демонолову хватило времени на то, чтобы приготовить книгу и выхватить кинжал. Он опустил его к сочившейся из ноги крови. Лезвие жадно начало засасывать темную жидкость. Утолив жажду, оно почернело и засветилось иссиня-черным светом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Зверь зарычал, чуя магию крови и понесся в страшном ударе на Люмена.
Люмен вскинул голову и вонзил синие глаза в бегущего на него зверя. Он полностью сохранял свое самообладание. Еще ни один демон не смог надломить его волю и дух. А зверь тем более. Чтец вытянул вперед кинжал и крикнул:
– Discedere proprium retinaculum, – кинжал охватило алое пламя и в метре от демонолова зверь застыл. Его тело словно окаменело в позе броска для убийства.
Его лапа дрогнула, сомкнула пальцы и монстр зашелся в судороге. Он схватился за голову и завыл. Закрутился, вытаптывая траву. Завыл, заклокотал. Его рык перешел в вой, а затем и в шуршащую демоническую речь.
Глаза носителя вспыхнули, а потом одержимость покинула зверя. Бес еле заметным облаком дыма вышел из широких ноздрей Рыдка. Его маленький рогатый силуэт незаметной тенью скользнул за дерево, взмахнув двумя острыми хвостами. Незаметно для всех, кроме чернокнижника.
Люмен быстро достал книгу и начал водить пером по выкрашенной в белый цвет странице.
Как только он закончил свой последний росчерк где-то за одной из сосен взревел бес. Облако сизого дыма, подергиваясь устремилось к перу демонолова. Неизбежно заструилось внутрь и окрасило надпись черным цветом. Запечатавшись на странице новой фразой, понятной только его автору и одновременно чтецу.
Зверь опустился на корточки и начал что-то бубнить, подергивая пятачком.
Охотники тем временем помогли раненому брату и, положив его около сосны, направились к Люмену.
Чернокнижник вышел им навстречу.
– Чаровник, надо признать, демоны может и существуют. Но и нам надо на что-то жить, – Филипп поднял окровавленный нож и указал на сидящего за спиной Люмена зверя. – За его рыло назначена приличная награда. Да и местные спать будут спокойно, если увидят его башку на коле. Уйди в сторону и дай нам закончить дело.
Люмен молчал. Его синие глаза смотрели сквозь Филиппа.
Филипп тяжело вздохнул и оглянулся на стоящего позади брата. Тот, то и дело вытирал разбитую губу. Его заплывший глаз почти не видел. Все тело было в синяках. Еще пару минут и он замертво свалится истощенный долгим боем. Охотник все это прекрасно понимал и нехотя признал:
– За это зверье мы с тебя возьмем позже. Однажды, помяни мое слово, чаровник, мы тебя найдем и спросим по полной! А свою награду мы все же получим, проклятый… – глаза Филиппа блеснули и он, спрятав за пояс нож, развернулся и подхватил падающего брата.
Взяв его под руку они вместе зашагали к третьему брату, сидящему у дерева. Он вскинул светлую голову и молча смотрел на звездное небо.
Глава 6 - Рыдк
Люмен подошел к сидящему зверю и присел рядом.
– Уходи с этих земель. Охотники могут вернуться. Беса, что охватил твой разум я поймал. Больше тебя он не потревожит.
Зверолюд сидел, схватившись за голову, и тараторил:
– Убил. Их всех убил. Разорвал. Разорвал в клочья. Оторвал. Оторвал и съел. Я, я, я… – он вскинул морду и завыл. Потом уставился своими блестящими глазами на чернокнижника.
– Знаешь, шаман. Ты мне еще нужен. Идем, – он поднялся. Его мышцы напряглись. Он был самым сильным воином из своего племени и последним…
Дождавшись чернокнижника, Рыдк повел его в чащу.
Шли долго. Шли молча.
Зверь казался огромным и неуклюжим, но пробирался сквозь чащу проворней Люмена. Он сопел и рычал. Его шерсть источала пар. Он злился и время от времени порыкивал, чавкая рылом.
Наконец они вышли на небольшую поляну, на которой Люмена встретили первые следы рассвета. Солнце еще не показалось, но вот-вот должно было засиять, разогнав сумерки.
Зверолюд зашел в центр поляны и встал между трех тотемов. Один был сломан и лежал рядом двумя не ровными частями с остальными.
