Фрея быстро расписалась и швырнула ему бумаги. Сочувствие сменилось приступом ненависти. Она готова была на убийство — на его убийство.
— Никаких сомнений. Я просто пожалела, что не потребовала проведения теста сразу после рождения Эйми, — гордо заявила она. — Ты слишком часто позволял себе оскорбления в мой адрес. Очень хотелось бы влепить тебе пощечину, чтобы стереть ухмылку с твоего самодовольного лица, но меня останавливает мысль о том, что придет день, когда ты рухнешь со своего пьедестала и поймешь, что ты такой же, как другие.
По выражению его глаз Фрея поняла, что перегнула палку. Зак наклонился к ней, уперев руки в подушки по обе стороны от ее головы.
— Я вижу, моя кроткая серая английская мышка теперь обрела острый язычок. Смотри, чтобы он не довел тебя до беды, дорогая, — предупредил он и завладел ее губами.
Поцелуй был беспощаден. Фрея пыталась сопротивляться, но Зак так сильно вдавил ее в кровать, что она не могла пошевелиться. Ее тело таяло под его напором, и Фрея издала тихий стон. Зак прекратил поцелуй, выругался и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
Этот визит оставил Фрею изнеможенной морально и физически. Она сказала себе, что полежит еще пять минут, а потом встанет и проверит Эйми. Но тут сон сморил ее. Когда же Фрея открыла глаза вновь, за окном сияло яркое солнце. Она со страхом взглянула на часы, которые показывали полдень. Как она могла так долго спать!
Фрея уже собиралась встать с постели, когда услышала за дверью звонкий смех ребенка.
— Ой, вы проснулись, — сказала няня, заглянув в комнату. — Здесь кое-кто жаждет вас увидеть.
— Простите, миссис Льюис, я не знала, что столько просплю. — Фрея боялась подумать, за кого ее теперь принимает няня.
Но женщина ободряюще улыбнулась ей.
— Зовите меня Джин. И, конечно, вам необходим сон. Мистер Дэверел рассказал про аварию — это ужасно. Вы наверняка получили не только физические, но и психологические травмы. На вашем месте я бы весь день провела в постели. Не волнуйтесь, Эйми в надежных руках. Я буду ухаживать за ней, как за своим собственным ребенком. Тем более, что мы уже подружились.
У Фреи не было сил на споры. Впервые с рождения Эйми она могла отдохнуть, будучи уверенной, что ее малышка в безопасности. Немного поиграв с Эйми, Фрея отпустила ее с няней изучать сад.
Следующие два дня Фея наслаждалась покоем. Смех, доносившийся из детской, указывал на то, что Эйми пребывает в отличном настроении. И Фрея могла позволить себе немного расслабиться.
Зака она видела редко. Он уходил на работу до того, как она просыпалась, и возвращался поздно вечером. Какие-то вещи не меняются со временем, думала Фрея, вспоминая долгие одинокие дни, которые она проводила в ожидании любимого. Иногда он возил ее с собой в разные города, но и там у него находились какие-нибудь дела. Его ритм жизни был абсолютно сумасшедшим.
Фрея все больше свыкалась с мыслью, что она была для него всего лишь сексуальной рабыней. И, к сожалению, в то время девушка сама с радостью примеряла на себя эту роль. Видимо, она перепутала страсть со светлым чувством любви. Но это все в прошлом. Она больше не наивная маленькая девочка. Фрея теперь четко знала грань между сексуальной притягательностью и любовью.
Преисполненная новым чувством уверенности в своей силе противостоять очарованию Зака, Фрея вышла на огромный балкон. Монако действительно стал раем для богачей. Куда бы она ни кинула взгляд, всюду виднелись яхты, шикарные дома и сверкающие лаком машины. Зак наслаждался этим великолепием, но Фрея никогда не могла привыкнуть к его богатству и друзьям.
В глубине души она понимала, что Зак не создан для семейного очага. Его увлекали экстремальные виды спорта, прогулки на гоночных яхтах и другие шикарные развлечения. Через пару дней он узнает, что Эйми — его дочь, но вряд ли пожертвует и частицей своей жизни ради нее. Его не интересовала семейная жизнь и все, что с ней связано.
Тяжело вздохнув, Фрея закрыла глаза и подставила лицо ласковому солнцу. После непрерывных дождей в Англии солнце Монако было как лекарство.
— Вот ты где, — услышала она голос Зака. — А я тебя повсюду ищу, — добавил он таким тоном, будто был недоволен, что Фрея не появилась сразу же по его желанию. — Вижу, ты очень занята.
— Эйми спит, и у меня появилось пять минут свободного времени, — оскорбленно ответила она. — Это ты настоял на моем пребывании здесь. Я не виновата, что мне тут нечего делать.
Эти слова были отголоском тех ссор, которые случались между ними два года назад. Зак отказывался сокращать свой рабочий день, чтобы проводить больше времени с ней. А Фрея изнемогала от скуки и одиночества. Тогда эти ссоры заканчивались в постели, где Фрея сдавалась при первом же прикосновении рук Зака к ее телу. Но теперь она не сдастся так просто.
— Лоран сообщил, что сегодня ты выглядишь лучше, — сказал Зак и оценивающе посмотрел на нее. — И он не ошибся, хотя твоя кисть все еще мешает надеть тебе нижнее белье.
Мгновенно покраснев, Фрея опустила глаза к груди. Господи! Соски выдают ее напряжение!
— Я чувствую себя намного лучше, и моя рука практически не болит… так что я могу забрать Эйми и вернуться домой, — пробормотала она. — Результатов мы можем подождать и в Англии.
— Боюсь, что не могу этого позволить, — с каменной улыбкой ответил Зак.
— Что это значит? Ты кем себя возомнил? Мы не твои заложники.
— Конечно, нет, — хмыкнул он. — Вы мои гости. Хотя хочу обратить твое внимание на то, что ваши с Эйми документы лежат у меня в кабинете — на случай, если вы их потеряете, — добавил он, заметив, как глаза Фреи вспыхнули от ярости. — Когда все завершится, я лично выпровожу тебя из Монако и из моей жизни. А до тех пор у меня есть для тебя работа.
— Да засунь свою чертову работу… сам знаешь куда! — прошипела Фрея, выходя из себя. — Ты не можешь заставить меня работать на тебя.
Его издевательская хищная улыбка напугала Фрею, и она начала пятиться, пока не уперлась в стену. Зак подошел и встал напротив.
— Я всегда делаю то, что считаю нужным, — спокойно произнес он. — И я не отправляю тебя работать в рудники. Сегодня у меня ужин с американским бизнесменом Честером Уорреном и его женой, а после ужина походе ними в оперу. Меня должна была сопровождать личная ассистентка, но она беременна, и, кажется, утренняя тошнота распространяется у нее на день и на вечер.
— Бедняжка, — кивнула Фрея, на секунду забыв о своей злости. — Тошнота преследовала меня постоянно, когда я была беременна… — Она запнулась, почувствовав на себе тяжелый взгляд Зака. Внезапная горечь пронзила ее сердце. Девушке так тяжело было выживать те первые недели беременности. Обвинения Зака убивали ее, ей негде и не на что было жить. Каждый день она просыпалась с надеждой, что Зак одумается, но этого так и не произошло. — И все же я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.
