В одно мгновение с барной стойкой было покончено, и банда двинулась в зал.
– Все на выход! – раздалась команда, и никто не заставил повторять дважды.
Публика вышла из ступора и ринулась к выходу, хватая и натягивая по пути одежду.
Девушки, трясясь и поскальзываясь на битых стеклах, накинули куртки и побежали за толпой, и тут Симку схватили за локоть:
– Ассалам алейкум.
Как в дурном сне, Симка в ужасе оглянулась и обнаружила разбойничьего вида парня. И узнала того самого чеченского юношу, чей взгляд в магазине «Новый свет» прожег на ней дыру.
– Суда иди. – От парня исходили токи высокого напряжения. Акцент гипнотизировал.
– К-куда? – икнула Симка, испытывая странную слабость.
– Суда.
Руслан подтолкнул покорную жертву к служебному выходу.
Алена, как приклеенная, следовала за Симкой и абреком. Все вместе оказались в ярко освещенном коридоре с несколькими дверями. Как раз вовремя: улица наполнилась воем милицейских сирен и криками первых жертв.
Из кухни неслись запахи томатной поджарки, мяса и грибов, все странным образом сплелось в Симкином сознании с образом нежданного избавителя, с его упрямым подбородком и черными спокойными глазами.
– Суда, – повторил Руслан и указал на выход.
Конвоируемые Русланом, девушки миновали кухню, вонь пережженного масла осталась позади, в лицо пахнули прозрачные ночные запахи весенней тайги.
По-прежнему икая, Симка добежала до угла двухэтажного здания, в котором располагался приснопамятный кабачок «Абакан», набрала в легкие воздуха – задержала дыхание, не успев выдохнуть, снова уморительно икнула.
– Черт! – простонала Симка.
– Эй, – подпрыгнула Алена, – ты куда?
Оставив девушек, абрек бросился назад, под светящуюся надпись «Служебный вход». И это было так неожиданно, что девушки притихли и в тревожном ожидании уставились на чернеющий дверной проем.
Вынырнул парень так же внезапно, как исчез, только уже с бутылкой минеральной воды:
– Пей.
Симка кинула на спасителя благодарный взгляд и припала к бутылке.
Руслан как зачарованный следил за губами, обхватившими горлышко, шарил жадным взглядом по белеющей в лунном свете шее, по которой медленно сползала капля, и еле справлялся с возбуждением. Его трясло от желания, в горле пересохло.
Симка наконец оторвалась от отдающего химией пластика:
– Спасибо.
– Нэ за што. – Руслан забрал и поднес ко рту бутылку. И закрыл глаза, втягивая ноздрями еще теплый запах Симкиных губ. И зашатался, не справляясь с эмоциями.
Девушки переглянулись: парень производил более чем странное впечатление. Было совершенно непонятно, спасает он их или, напротив, представляет опасность, стоит его бояться или все же не стоит. А если стоит, то в какой мере?
Алена догадалась спросить:
– А ты кто?
– Руслан. – Широкая короткая ладонь утерла рот.
– И кто ты, Руслан?
– Бегоев я.
– Это, конечно, все объясняет, – съязвила Алена.
– А что это было? – с опаской косясь на служебную дверь, поинтересовалась Сима.
– Разборки. Стой здэс, я подгоню машину. – Руслан обращался исключительно и только к Симе.
А Симке, несмотря на недавний страх, дико нравилось, что какие-то интригующие события коснулись ее бледной жизни домохозяйки. Это было похоже на настоящее приключение! Романтическое к тому же.
– Симка, откуда ты его знаешь? – У Алены даже нос вытянулся от любопытства.
– Я? – поразилась Сима не столько вопросу, сколько собственному ощущению, что с парнем она давно и близко, почти интимно, знакома. – С чего ты взяла? Я его второй раз вижу.
– Я думала, он тебя изнасилует сейчас, – поделилась наблюдением Алена.
Ответить Сима не успела: рядом притормозила «Нива», из дверей высунулся Руслан:
– Садыс.
Девчонки засуетились, полезли на заднее сиденье, спаситель вернул переднее кресло на исходную позицию, хлопнул дверцей, ударил по газам. Ресторан, милиция, погромщики, паническое бегство и запоздалый страх – все оказалось в прошлом. В настоящем остались: Руслан с его электрическим полем и в опасной близости к этому полю – Сима.
После чудесного спасения от погрома Руслан развез девушек по домам: сначала Алену (это была очевидная глупость, потому что Алена жила дальше Серафимы), потом Симу.
Уже прощаясь, смущенно признался:
– Ты мне еще в магазине понравилась.
Симка подняла брови:
– В магазине? – В груди заныло так сладко, что Симка даже не старалась скрыть удовольствия от комплимента.
– Сразу.
И, не дав Симке опомниться, дрожащий от страсти мальчишка накинулся на нее с поцелуями. Не ответить на такую страсть было негуманно.
– Целоваться ты не умеешь, – коварно усмехнулась Серафима, закусив пылающую нижнюю губу, – нужно вот так.
И показала как…
Это был затяжной прыжок, в котором Симка, конечно, забыла выдернуть кольцо, хотя и выступала в роли инструктора.
…Юлий выбрал тактику невмешательства.
Дома бизнесмен бывал редко и старался, чтобы это присутствие ничем не омрачалось.
Слухи достигали ушей Юлия, но не проникали дальше барабанной перепонки, поскольку от слухов у Юна имелись собственные беруши под грифом «спокойствие дороже». В конце концов, кто не без греха?
Единственное, что требовалось от Симки, – уважение. Уважение не просто к статусу замужней дамы, а к статусу жены почти-что-олигарха.
Симка же плевала на статус, светилась в злачных местах в обществе известной шалавы. Но и здесь Юлий корил себя.
Разве не он инспирировал все эти походы по заведениям, пристрастил жену к ресторанам? Разве не он выставлял Серафиму, как трофей, на обозрение? И потом: что еще делать молодой женщине в богом забытом местечке? Куда здесь сходишь? Бассейн, баня, кинотеатр, три сомнительных кабака и несколько откровенных забегаловок-тошниловок – вот и весь выбор.
Из чувства вины Юлий отпустил поводья, надеясь, что Симка расценит его веротерпимость как проявление любви, а не как слабость.
Однако жену словно подменили.
Сима похудела и необъяснимым образом похорошела – не заметить этого мог только слепой. Юлий слепым не был.
К тому же молодая жена пребывала в состоянии транса. Стоило ее окликнуть – вздрагивала. Настроение у супруги менялось, то на нее нападало загадочное веселье, и она все делала с песнями, то впадала в депрессию. Всегда отзывчивая на ласку, Симка и в постели стала замкнутой.
Какое-то время Юлий списывал все на женские недомогания, но, когда недомогания растянулись на несколько месяцев, супруг поинтересовался:
– Серафима, ты, случайно, не беременна?
Симка со странным блеском в глазах кивнула:
– Беременна.
