Имелись и другие причины, побудившие Власова и вождей Освободительного движения к концу 1944 г. энергично взяться за формирование собственных вооруженных сил, сделать себя, как говорилось, «еще настолько сильными, насколько возможно, в военном отношении» [44]. Чем дальше продвинется на запад Красная Армия, тем быстрее, по их мнению, вскроются внутренние противоречия советского общества [45]. Не было ли поэтому, несмотря на все меры контроля и надзора, мыслимо такое развитие, которое после освободительных войн привело в армии императора Александра I к восстанию декабристов? После изгнания немцев и пересечения границ Советского государства значимость мотива советского патриотизма в Красной Армии должна была сильно уменьшиться. Ведь теперь красноармейцы могли собственными глазами увидеть условия жизни в других странах и тем самым сами определить, насколько картина тамошней ситуации, нарисованная советской пропагандой, соответствовала действительности. И в этой ситуации частям Красной Армии должны были противостоять русские национальные дивизии, которые готовились использовать все мыслимые пропагандистские средства. Было запланировано «миллионами» разбрасывать листовки с Пражским манифестом над советскими войсками [46]. Власов был по различным каналам превосходно информирован и о движении сопротивления во вновь занятых Советской армией странах Балтии, в Белоруссии и прежде всего на Украине. 9 декабря 1944 г. он подробно изложил свою позицию по поводу борьбы Украинской повстанческой армии (УПА), где, даже согласно советской оценке, имело место не столкновение отдельных групп с советской властью, а противоборство «двух мировоззрений» при далеко идущей поддержке населения [47], чему удалось положить конец лишь в 50-е годы. Фактически советские войска в то время контролировали на Украине лишь «основные железнодорожные линии, сквозные магистрали и крупные города в течение дня» [48], остальная территория находилась в руках УПА, жертвой акций которой, как известно, стал в 1944 г. и командующий 1-м Украинским фронтом генерал армии Ватутин [49]. На соответствующий вопрос Власов заявил, что национальное восстание на Украине не может не оказать обратного воздействия на настроение советских солдат и что в то же время «манифест Комитета освобождения народов России […] приобретает все большую известность среди красноармейцев, и это будет способствовать тому, чтобы понять цели освободительной борьбы, а тем самым и цели национальной борьбы всех народов, живущих на территории Советского Союза».
Оптимизм, вновь и вновь звучащий в подобных словах, становится совершенно понятным, если знать, что рассуждения Власова, его политических и военных сотрудников и некоторых посвященных немецких друзей давно уже выходили за рамки ожидаемого ими краха Германии и что они не рассматривали поражение Германии как конец Русского освободительного движения [50]. Согласно заметке грузинского политика-эмигранта Вачнадзе от 21 августа 1945 г., Власов объяснял ему 10 марта 1945 г., что предпримет все меры и направит все свои усилия на то, чтобы получить от немцев как можно больше средств для увеличения своих вооруженных сил, «которые мне понадобятся завтра» [51]. Поскольку русским союз западных держав с Советским Союзом всегда казался лишь вынужденным союзом, заключенным на время войны, они стремились создать как можно более боеспособную армию, которая в момент поражения Германии могла бы выступить в роли «третьей силы», которую они хотели спасти для послевоенного времени в качестве своего рода залога [52] и о которой они думали, что она неизбежно получит признание и у англо-американцев [53]. Здесь, конечно, скрыто коренное политическое заблуждение вождей Освободительного движения. Их доверие к демократическим западным державам может сегодня показаться наивным. Но позволительно спросить, действительно ли их наивность была больше наивности государственных деятелей США и Великобритании, которые после разгрома Германии надеялись на наступление эпохи мирного сотрудничества со сталинским Советским Союзом.
Вооруженные силы КОНР, возникшие при таких предпосылках к концу 1944 г., с самого начала вполне сознательно считали себя только «Русской армией» и, тем самым, «новым военным фактором» [54]. «Она (т. е. РОА) является национальной по форме, по своей сущности, по своим целям и по своему духу», – говорится в изданном в январе 1945 г. материале об «этике, облике и поведении солдат РОА» [55]. В качестве «законной наследницы лучших традиций русской армии» она, как было сказано, хотела «вывести принципы своего построения из традиций русского войска, стяжавшего многовековую славу». Генерал-майор Трухин потребовал 18 ноября 1944 г. сделать «тот здоровый патриотизм, на котором так сильно спекулируют большевики, подлинной силой» этих вооруженных сил. «Лишь честные патриоты, – говорил он, – могут рассматривать себя как наследников великих дел и воинской славы великих полководцев России – Петра I, Суворова, Кутузова, Багратиона, Скобелева и Брусилова». Целью их борьбы было провозглашено воссоздание «национального русского государства», «не простое восстановление прошлого, а построение новой России, возрождение России на новых основах».
Примечания1. Жилин П. Проблемы военной истории. С. 291, 289, 325.
2. Herwarth H. Russian Volunteers. S. 1.
3. Hoffmann J. Die Kriegführung aus der Sicht der Sowjetunion. S. 496. Anm. 29.
4. Выдержка из протокола допроса Каульбарса. // Spiegelbild einer Verschwörung. S. 425–429. О роли барона Каульбарса в абвере рассказал генерал-майор в отставке Хольмстон-Смысловский в беседе с автором в Вадуце 24.11.1981 г.
5. Хольмстон-Смысловский Б. Личные воспоминания о генерале Власове. С. 38; см. также: Souvarine B. Stalin. S. 621.
6. Терновский Ю., Бездетный Т. Лагерь надежд и раздумий. С. 28; Николаев А. Так это было. С. 267–268.
7. Steenberg S. Wlassow. S. 102; Gehlen R. Der Dienst. S. 101.
8. Казанцев А. Третья сила.
9. Резолюция, принятая 12 апреля 1943 г. на 1-й Антибольшевистской конференции бывших командиров и бойцов Красной армии // Заря, № 30, 18.4.1943.
10. Сообщения для командиров восточных войск особого назначения и штаб-офицеров местных вспомогательных сил, № 15. Генерал добровольческих частей при Генеральном штабе ОКХ, № 82 80/44 секретно, 23.6.1944. // Архив автора.
11. Освободительное движение народов России. С. 13–14. // BA-MA. MSg 149/26; Схема расположения лагеря в марте 1943 г. BA-MA. MSg 149/34; Поздняков В. Курсы пропагандистов РОА в Дабендорфе. С. 100.
12. Казанцев А. В Дабендорфе. // BA-MA. MSg 149/52; Китаев. Русское Освободительное Движение. С. 56. // BA-MA. MSg 149/8; Strik-Strikfeldt W. Gegen Stalin und Hitler. S. 104. Беседа автора с Штрик-Штрикфельдтом 30.5.1972 г. во Фрайбурге.
13. См. фото в кн. Поздняков В. Рождение РОА. C. 81.
14. Донесение лейтенанта фон дер Роппа о работе за ноябрь, 20.11.1944 (на нем. яз.). // BA-MA. MSg 149/34.
15. Поздняков В. Рижские курсы. С. 192. О женской роте пропагандистов РОА во главе с М. де Смет, опекавшейся в Риге капитанами РОА Боженко и Будным, а также пропагандистом Полянским и затем переведенной в Дабендорф, см.: Женская рота пропагандистов РОА, 1946. (на нем. яз.). // BA-MA. MSg 149/40; Усиление добровольческого батальона пропаганды особого назначения 1-й специальной ротой пропаганды (женской). Организационный отдел Генерального штаба ОКХ, № 11/85401/45, 5.2.1945 (на нем. яз.). // BA-MA. RH 2/v. 921.
16. Поздняков В. Подготовительные курсы РОА. С. 31.
17. П.М. Я был пропагандистом РОА. С. 166.
18. Ромашкин А. Дабендорф. С. 88.
19. Пшеничный Г. Дабендорф. С. 61, 60, 86.
20. Китаев. Русское Освободительное Движение. С. 57. // BA-MA. MSg 149/8.
21. Библиотека Пропагандиста, № 5, 15, 16, 17, 18. // BA-MA. MSg 149/34. Там же хранится опубликованное в 1944 г. краткое изложение всех 28 тем раздела I «Германия», раздела II «Россия и большевизм», раздела III «Русское Освободительное Движение».
22. Поздняков В. Генерал-майор Федор Иванович Трухин. С. 250.
23. Нерянин-Алдан А. Русское Освободительное Движение и Русская Освободительная Армия. С. 15. // BA-MA. MSg 149/60; Кейдинг (Максимилиаг Прёйс). Власовская армия. С. 6 (на нем. яз.). // Архив автора.
24. Хольмстон-Смысловский Б. Личные воспоминания. С. 30–31.
25. Нерянин-Алдан А. Русское Освободительное Движение и Русская Освободительная Армия. С. 14. // BA-MA. MSg 149/60.
26. Заметки оберфюрера СС д-ра Крёгера о беседе генерала Власова с рейхсмаршалом Герингом, 4.2.1945 (на нем. яз.). // Архив автора.
27. Письмо Власова неизвестному германскому промышленнику, 16.8.1943, Акты Гелена 6, Области и восточная политика, июль – август 1943 (на нем. яз.). // Архив автора. К группе известных руководителей экономики и промышленников, рано проявивших интерес к Власову, принадлежали, согласно Фрёлиху (Рукопись. С. 22 (на нем. яз.). // Архив автора), Ганс Керль, Пауль Плейгер и д-р Карл Раше (Дрезднер Банк).
28. Strik-Strikfeldt W. Gegen Stalin und Hitler. S. 211, 214; Steenberg S. Wlassow. S. 158.
29. Заметки оберфюрера СС д-ра Крёгера о беседе с рейхсфюрером СС от 8.1.1945 (на нем. яз.). // BA. NS 31/33.
