труп в прибрежных кустах. Спустя тридцать с лишним часов труп отвязался и поплыл вниз по течению.
Криминалисты более трех часов исследовали участок вокруг утеса, но не обнаружили там ничего, что напоминало бы деревянную труху или капли крови. Обыскав акваторию озера, они также не нашли ни мобильника, ни ключей погибшей. Тогда Жань Дундун предположила, что, возможно, убийца напал на Ся Бинцин, пока та шла по дорожке через рощу, после чего притащил ее в укромное место и, когда она очнулась, заткнул ей рот тряпкой или даже одеждой. С наступлением ночи убийца наконец перетащил ее из рощи к озеру, после чего доставил к реке. Тогда криминалисты шаг за шагом обследовали всю дорожку, но ничего подозрительного также не обнаружили. Неужели место преступления находится не рядом с озером?
Чтобы проверить свою версию, Жань Дундун послала помощников выяснить, не заметили ли хозяева катеров пропажи спасательных кругов. В итоге хозяин катера «Ланьху-6» признал, что у него как раз пропали два круга. Точное время пропажи он не помнил, но сказал, что заметил это в обед восемнадцатого числа. А вечером пятнадцатого катер «Ланьху-6» стоял у берега в пятистах метрах от утеса, при этом никого на нем не было. На катере с каждого борта висело по три круга, которые использовались главным образом для защиты от столкновений с другими катерами. Но куда же они могли исчезнуть?
Жань Дундун отправила помощников проверить весь участок реки вниз по течению, в результате оба круга с маркировкой «Ланьху-6» нашлись в деревне Лоецунь. Круги стащили с двух голозадых пацанов. Всего на речке в тот момент купалось семеро ребят, на двоих были спасательные круги. Со слов детей, они выловили их в реке дней двадцать тому назад. Жаль, что из-за долгого пребывания в воде и соприкосновения с другими телами с них уже невозможно было взять образцы ДНК подозреваемого и умершей.
Проверяя одну версию за другой, Жань Дундун словно проживала сны наяву.
Мать Бинцин предоставила в полицию звукозапись, которую дочь отправила ей 10 апреля, то есть на третий день после того, как родители не дали ей спрыгнуть с утеса на озере Ланьху. Звукозапись начиналась со стука, как будто кто-то бил по деревянной поверхности, однако звук был глухим, словно исходил из закрытого пространства. Потом послышалась первая фраза Ся Бинцин: «Эй, есть кто-нибудь? Эй…» Казалось, она зовет на помощь… а может, только очнулась? Вторая фраза звучала так: «Здесь очень темно, выпустите меня, выпустите меня». Совершенно очевидно, что свет был выключен, к тому же ее держали взаперти. Третья фраза была такой: «Я слышу, что здесь кто-то смеется». Неужели снаружи кто-то смеялся? Четвертая фраза: «Не оставляйте меня в этом ящике, мне страшно». Она по-прежнему переживала этот кошмар? Далее снова стук. Пятая фраза: «Эй, эй, мне тут не нравится, так никто не узнает, что я умерла». То есть получается, что она расценивала это как смерть? Шестая фраза: «Выпустите меня, я хочу быть вместе со всеми». Кого она умоляет? Седьмая фраза: «Я не сбегу, не сбегу, я еще приду, приду…» В итоге она на что-то согласилась?
После коллективного прослушивания записи следственная группа пришла к единодушному заключению, что все это могло иметь место в том самом номере, где три года назад проходило собеседование. Жань Дундун и Шао Тяньвэй съездили в отель, провели следственный эксперимент и, сопоставив записи, установили, что звуки голоса и стука в дверь на них практически совпадают. Они принялись анализировать эти данные. Жань Дундун считала, что запись была сделана в тот самый раз, когда Ся Бинцин провела в номере с Сюй Шаньчуанем три часа. Свет в комнате был выключен, Ся Бинцин, придя в себя, напугалась и хотела во что бы то ни стало убежать. Хотя другие голоса на записи отсутствовали, создавалось ощущение, что кто-то ее все-таки удерживал. Возможно, Сюй Шаньчуань изнасиловал девушку, ведь Сяо Лю слышала, как из номера доносился плач. И хотя отец Бинцин сказал, что в тот вечер она «плакала от радости», она проплакала чуть ли не сутки. Помнится, Сяо Лю обмолвилась, что Сюй Шаньчуань допытывался у нее, кто мог донести про «те три часа» в отеле, что говорило о его страхе. Интересно, что, когда Ся Бинцин выходила из номера, Сюй Шаньчуань, словно слуга, помогал ей катить чемодан, а потом еще и проводил на своей машине, не говоря уже о том, что услужливо открыл ей дверцу. Между тем и Сяо Лю, и Сяо Инь в один голос утверждали, что лично с ними Сюй Шаньчуань никогда не был столь любезен. Все они имели одинаковый статус любовниц, почему же любезности Сюй Шаньчуаня удостоилась лишь Ся Бинцин? Очевидно, что он совершил нечто паскудное и теперь боялся, что Ся Бинцин на него донесет.
– Почему же она не заявила в полицию? – спросил Шао Тяньвэй.
– Деньги, – кратко объяснила Жань Дундун. – Сюй Шаньчуань закрыл ей рот деньгами, я имею в виду тот контракт. Скорее всего, он также пообещал ей кое-что еще и на словах, вплоть до того, что женится на ней. В противном случае у нее не было бы причин постоянно приставать к нему с этим. Видимо, Сюй Шаньчуань дал ей какую-то надежду на то, что они будут вместе.
– Наша главная задача – поймать убийцу, – напомнила Лин Фан.
– Но, возможно, отправной точкой убийства является как раз изнасилование. Если бы не оно, то все приставания к Сюй Шаньчуаню со стороны Ся Бинцин казались бы несколько поспешными. Тут определенно должна быть серьезная угроза, чтобы Сюй Шаньчуань отважился на столь безжалостное убийство. Что могло послужить такой угрозой? То, что Ся Бинцин могла бы разрушить его семью? Нет. Его жену вообще не волновало, что у него есть любовницы. Стоило ему покаяться, и они могли вместе противостоять Ся Бинцин, так что разрушить их семью она бы не смогла. Но если бы Ся Бинцин пожаловалась на изнасилование – вот это стало бы настоящей угрозой. Поэтому сперва нужно уличить его в изнасиловании, а уже потом разбираться с убийством, – ответила Жань Дундун.
– Но это всего лишь версия, где взять доказательства? Если Сюй Шаньчуань твердо будет стоять на своем, как мы докажем, что он ее изнасиловал? Ся Бинцин нам уже ничего не расскажет, кто же это подтвердит? – вмешался замначальника управления Ван.
Жань Дундун показала оставленную родителям записку Ся Бинцин: «Если со мной что-нибудь случится, найдите, пожалуйста, Сюй Шаньчуаня».
– Разве она не намекает, что Сюй Шаньчуань и есть убийца?
– А может, она хотела сказать, что родители могут обратиться к Сюй Шаньчуаню за деньгами? Никакой ясности тут нет. Нам как можно быстрее следует получить железные доказательства, такие, чтобы одним махом сокрушить противника, а не просто потрепать ему нервы, – заметил замначальника Ван.
Дело зашло в тупик. Все, кто участвовал в его раскрытии, чувствовали на себе огромное давление, особенно это касалось Жань Дундун. У нее возникло ощущение, что ее облили цементом, который сковывал все ее движения.
Глава 2
Неразбериха
11
Когда Жань Дундун вернулась домой, был уже час ночи, Хуаньюй и Му Дафу уже спали. Ее дочери Хуаньюй было десять лет, она ходила в начальную школу. Муж, Му Дафу, был профессором филологического факультета Сицзянского университета. В браке они состояли уже одиннадцать лет. Умывшись и почистив зубы, она на ощупь пробралась в спальню и легла в постель. Неожиданно на ее грудь опустилась рука. Эта рука не прикасалась к ней уже больше месяца, а все из-за того, что Жань Дундун уходила ни свет ни заря и возвращалась уже за полночь. Поэтому большую часть времени Жань Дундун, точно больная Альцгеймером,
