из ванной и укутавшись в халат выбежала из комнаты вслед за ними. Голубая пыльца стелилась наверх по лестнице к кладовой.
Бабочки одна за другой прошли сквозь дверь. Проём засветился разными яркими цветами. Пол под ногами стал очень горячим, словно внизу горел огонь. Щелчок.
Ручка двери нагнулась, как будто кто-то открыл её изнутри. Из сияния, слепящего глаза, вылезло две костлявых руки, а вслед за ними ужасно худая женщина в старомодном платье. Её бледное синее лицо закрывали грязные волнистые волосы. Альма с ужасом смотрела на женщину, пока её костлявая рука не вцепилась в лицо девушки острыми, как нож, ногтями. Ладань сдавила жуткий крик. Бардовая жидкость стекала по лицу и шее. Тело Альмы обдало сильным жаром и засияло, как звезда. Одним рывком рука затащила девушку в комнату. Дверь резко захлопнулась, а из светящегося проёма вылетела маленькая голубая бабочка.
***
– Глубоко в человеческом сердце заложена страсть травить кого-нибудь, – потянувши руки над головой, сказал Айзан. Он внимательно слушал Селию и не двигался с места, пока она не дочитала историю до конца. – Эти слова сказал один из вас – людишек – Чарльз Диккенс.
– Но почему? Неужели каждый человек способен на такое?
– Каждый может, но не каждый делает, – разминая шею, ответил парень. – Многие чувствуют свою силу только до тех пор, пока перед ними не появится более сильный соперник. В этот момент уже охотник становится добычей, как говорится.
– И как не стать добычей?
– Например, победить охотника, – улыбнувшись во все зубы, предложил Айзан и положил своё оружие на плечо.
Внутри Селии словно захлопнулся капкан, сжавший её сердце. Айзан отошёл от клетки, казалось, что сейчас он уйдёт и больше не вернётся.
Пока девушка пыталась ухватиться за осколок своей памяти, она старалась задержать единственного человека, который мог ей помочь.
Зелёноволосый повернулся к ней спиной.
– Но если ты слаб? Если ты всего лишь…ммм… бабочка? – спросила она у парня.
– Даже бабочки бывают ядовитыми, – сказал он, повернувшись вполоборота.
Перед глазами поплыло изображение Айзана. Голова снова жутко заболела, но вместе с тем к Селии вернулось ещё одно воспоминание.
– Б-бабочка… – держась за голову, прошептала розоволосая.
Айзан вопросительно смотрел на неё.
– В детстве я выходила в наш огромный сад. Вдоль дорожки росло множество красивых цветов, над которыми летали маленькие бабочки. Я поймала одну. Белую. Её крылья повредились, и она больше не могла летать. Я положила её в ящик старого комода. Принесла воды, клала ей цветы…
Губы Айзана растянулись в улыбке. Он оживлённо развернулся и снова сел напротив девушки. Секира громко звякнула по полу.
– Я… была жестокой? – задала вопрос Селия, но не могла понять, кому он был адресован. Айзану? Самой себе? Или же… это был не вопрос…
На глаза навернулись слёзы. Образ бабочки, которой она оторвала крылья вызывал ноющее ощущение в груди, как будто сердце раздирали когтями.
– Некоторые дети, таким образом, могут демонстрировать свою силу и власть. Насекомые попадают под их горячую руку потому, что не могут дать сдачи, – ровный голос Айзана раздавался эхом по залу. Туман снова начал колоть руки, точно иголки вонзались в кожу.
Селия сцепила руки в замок и прижала их к груди. По её щекам бежали тёплые дорожки слёз. Слова Айзана подтверждали её страхи, и с каждым словом, она боялась узнать о себе ещё что-нибудь, что могло бы её ранить.
– Однако… – зеленоволосый положил руку на прутья и наклонил голову в бок, – … Иногда ребенок начинает проявлять "жестокость" и злобу, потому что он ощущает себя таким, каким его описывают родители или другие взрослые.
Эти негативные эмоции могут привести к желанию ребенка "оправдать" себя, поскольку он верит, что это его реальная натура.
Айзан посмотрел в глаза Селии и его взгляд впервые за всё время не внушал страха. Тело, которое ещё мгновение назад сжимал холод – начало постепенно «оттаивать».
– А может… Ты действительно такая, какой себя представила, – внезапно произнёс парень, заставив разжавшийся капкан, снова захлопнуться. – Что ж! – резко поднял он руки вверх. Селия испугалась и рефлекторно отпрянула от прутьев. – Давай следующую! – улыбаясь, сказал ей Айзан.
Он внезапно повеселел, на этот раз парень прилёг на пол и подпёр ладонью голову. Его глаза с задором ждали следующую историю.
Селия дрожащими руками потянулась к книге. Желание снова вспомнить что-то о себе боролось с желанием выбраться из клетки. Страх перед неизвестностью не давал покоя. Страх оказаться той, кем она не хотела бы являться на самом деле, был сильнее страха смерти, но несмотря на это, она, сделав глубокий вдох, перелистнула страницу.
Глава 3. Вторая история
1
Ветер завывает за окном. Снег падает с ночного неба большими хлопьями, покрывая собой голые деревья и землю.
Нилл бы не заметил этого, если бы не голос его друга, раздавшийся из наушников.
– Видел как метёт?
Светловолосый парень посмотрел в окно и, словно увидев нечто неприятное, закрыл глаза и отвернулся обратно к монитору.
Укутавшись в одеяло, парень стучал по клавиатуре и мышке, убивая очередного орка в своей любимой игре.
– Ты нашёл ключ? – спросил голос из наушников.
– Пока нет. Посмотри в подземелье, – ответил Нилл, прочищая дорогу своему персонажу, избавляясь от монстров.
Когда новый уровень был наконец-то пройден, парень решил перекусить. Сделав горячий чай, он принёс его и поставил на стол возле ноутбука.
– Ай! – вскрикнул парень. Его кошка распласталась по полу и, потягиваясь, задела когтями хозяина.
Нилл быстро забыл про боль в ноге и вернулся на кухню, чтобы взять бутерброды.
Будучи на кухне, он услышал, как что-то упало в его комнате.
– Чёрт! – ругнувшись, парень, увидел, свою кошку, которая совершила побег из комнаты, после того как разлила горячий напиток прямо на ноутбук.
– Я тебя прибью! – прокричал ей в след парень.
Нилл быстро схватил устройство и перевернул его на пол. Из клавиатуры стекала коричневая жидкость. Оставив ноутбук в перевёрнутом положении, он прождал весь день, периодически с грустью поглядывая на устройство, и гневно на виновницу проблемы. В мучениях дождавшись следующего дня, парень решил отнести ноутбук в ремонт.
Накинув на себя зелёную курточку и красный шарф, он вышел из дома.
Ещё никем не тронутый снег хрустел под ногами. Хлопья продолжали покрывать всё вокруг, и всё было бы хорошо, если бы не ветер. Нилл натянул капюшон посильнее, но от мощного потока воздуха, его голова вновь и вновь оказывалась открытой.
Длинные светлые волосы вскоре намокли и стали похожи на сосульки.
