Потом накрыло. Оторваться не смог, пока она не кончила в моих руках. Надо было отойти и никогда не вспоминать больше о том, какая она нежная и гладкая между ног, но в этой войне я проиграл собственному эгоистичному желанию.
После секс-шопа заезжаю в магазин к Стелле.
— Какие люди, — Никольская встречает меня с улыбкой. — По камерам увидела, думала, ты или показалось.
— Здравствуй, Стелла.
— Забыл, что у меня только женские вещи? Или у тебя появились новые предпочтения? Ну, знаешь, я не осуждаю.
— На опасную дорожку ступаешь, — усмехаюсь по-доброму. — Мне надо девочку приодеть. Пара полных комплектов, домашнего побольше.
— А сама девочка где?
— Отдыхает.
За что я люблю Никольскую, так это за сообразительность. Она никогда не задавала лишних вопросов во время трех непродолжительных месяцев, когда мы делили постель. Я бы и дальше продолжал с ней спать, но как-то после очередного секса Стелла заявила, что это было в последний раз.
На логичный вопрос «почему» ответила, что начинает думать обо мне и ей это не нравится. Так и разошлись. Она переехала в столицу, открыла сеть элитных магазинов женской одежды. Я же перебрался сюда чуть позже, мы столкнулись в ресторане, сразу узнали друг друга.
Обменялись телефонами, переспали по старой памяти. Утром Никольская выдохнула «отлегло», поэтому время от времени сейчас повторяем постельный опыт.
— Ринат, — мурлычет Стелла, подавшись вперед, пока ее девочки носятся по бутику. — У меня в кабинете диванчик удобный…
— Я спешу, — снимаю женскую руку со своего бедра. — В другой раз.
— Умеешь же ты обламывать, — делает вид, что дуется. — Ладно, девочке привет. Мне еще работать надо.
Она уходит в свой кабинет, призывно специально для одного меня виляя задницей, обтянутой бордовой кожаной юбкой, а я понимаю, что был бы не прочь увидеть сейчас совсем другую. Задницу, в смысле.
В квартиру возвращаюсь нагруженным пакетами. Оставляю их в коридоре и иду дальше, стараясь ступать бесшумно. Инессу нахожу на диване, она вжалась в один из углов и что-то печатает на своем ноутбуке.
Меня не интересует, зачем она так быстро стучит по кнопкам. В данный момент я очень хочу узнать, почему у нее на экране черно-белый значок, который я сегодня уже видел.
Я продолжаю стоять за ее спиной, но, если честно, так нихрена и не понимаю.
Черный экран, буквы и символы в основном белого цвета. Остается только предполагать, чем Ина занимается в данный момент.
Она по-прежнему меня не замечает. Либо слишком увлечена, либо я еще не утратил навык бесшумно подкрадываться со спины. Кашлем обозначаю свое присутствие, плечом приваливаюсь к дверному косяку, специально не сокращая дистанцию между нами, потому что желание придушить маленькую обманщицу растет с каждой секундой.
За два нажатия она сворачивает всю свою работу, и теперь с экрана на меня смотрят котята в смешных носках.
— А…вы давно там стоите? — шальные глазки бегают по моему телу.
— Только пришел. Чем занималась в мое отсутствие?
— Смотрела всякую ерунду в интернете, — легко отмахивается она.
— Забыл сказать тебе пароль.
— Я на роутере посмотрела.
Удивительная девочка. Выглядит так, будто не в состоянии самостоятельно перезагрузить компьютер, а на деле каким-то чудом подбирает сложные пароли и взламывает программное обеспечение крупных компаний.
Хоть на шоу талантов ее отправляй.
— Рука не болит? — отталкиваюсь от стены и подхожу к дивану.
— Обезболивающее очень хорошее, я почти ничего не чувствую, если не напрягаю…
Пока Ина занята болтовней, я перехватываю ее ноутбук и повторяю последнюю комбинацию клавиш, благо успел запомнить.
Она, конечно, делает попытку отвоевать свое имущество, но мне достаточно одной руки, чтобы отмахнуться от этих слабых телодвижений. Я сажусь на диван между малышкой и ноутбуком, поворачиваюсь к экрану, чтобы точно убедиться — глаза меня еще не подводят.
Инь и Ян.
Проклятая черно-белая картинка в углу.
— Объяснить ничего не хочешь?
— Это всего лишь работа. Я не знаю, зачем соврала, — она старательно пытается отодвинуться, но я не намерен отпускать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А кто тебя надоумил поиметь серьезных дяденек, тоже не знаешь? — усмехаюсь, когда ее взгляд меняется в сторону еще более испуганного.
— Я ничего такого не делала. У меня официальная работа…
— Хватит. Либо ты сейчас мне все рассказываешь, либо я вызываю ментов и отдаю им тебя и твой ноутбук. Что-то мне подсказывает, они смогут найти в нем много всего интересного.
Лгунья насупливается сильнее, дергает здоровую руку, которую я все еще держу.
— У тебя проблемы, солнышко. Не подумала, что мужики, которых ты решила наебать, могут ответить? Теперь понятно, что никто твои квартиры не путал и по ошибке не вламывался.
Девочка смотрит на меня так, будто я перед ее носом уже тесаком помахал. Сжимается вся, как котенок, в маленький комок, трясется от страха. Но взгляд ее все равно обжигает. Глаза не врут. Она будет бороться за себя до конца и это знатно подстегивает проверить, насколько быстро у меня получится ее сломать.
— В молчанку поиграем? — хмыкаю, уставившись на стройные ноги. — Или ждешь, что я предложу мирно со всем разобраться? Прости, малыш, но даже твое «сокровище» не стоит таких бабок.
— К-какое сокровище?
— Не надейся, что трахом получится решить все проблемы.
Какая актриса пропадает, вы посмотрите.
Еще чуть-чуть, и я поверю, что прямо сейчас она в своей головке сочиняет какое-то проклятие. Лично для меня.
— Я ничего такого вам и не предлагала, — наконец, выдает. — Вы можете показать мне какое-нибудь зараженное устройство, чтобы я точно подобрала код для очистки вируса?
Белого флага не хватает. Но даже при капитуляции она показывает свой норов. Ни капли раскаяния, нос гордо задран. Другая уже на колени давно упала бы и пустила бы свой рот в работу по назначению, а эта откусит скорее все вместе с корнем.
— То есть вину ты признаешь?
— Ну вы ведь и так догадались обо всем.
— Могла бы и дальше строить из себя дурочку. Глядишь, я бы повелся.
— Вы? Не настолько я блондинка, — медлит, но потом все же продолжает. — Что теперь со мной будет?
— От тебя зависит. Очень не люблю, когда кто-то пытается залезть мне в задницу без вазелина. С ним, впрочем, тоже. А ты, девочка, попыталась это провернуть. Самое главное, что не только со мной. Длинный список у тебя там?
— У меня нет никакого списка, — морщится Ина. — Если я все разблокирую и почищу, вы меня отпустите?
— Возможно, — уклоняюсь от прямого ответа. На самом деле девчонку я из-под своего надзора не выпущу, пока не узнаю, кто послал церберов к ней, но малышке об этом знать совсем не обязательно. — Ноутбук тебе подойдет?
— Да, — она активно кивает головой.
Через полчаса курьер привозит технику для Ины, и я опять могу наблюдать за ее «работой». Одновременно с этим набираю Яру и прошу напрячь нашу службу безопасности. Хочу понимать, как Инесса пришла к этому своему занятию.
— Разделать на части да и все, — выдыхаю сигаретный дым в окно на лоджии.
Какой-то сосед подогнал другу кусок мяса размером с половину Ярослава, и он теперь не знает, что с ним делать.
— Жене только своей ничего не говори, а то еще расчувствуется. По-тихому давай.
Слышу странный шорох за спиной, оборачиваюсь, и ровно в этот момент девчонка, которая тоже, оказывается, умеет бесшумно ходить, захлопывает дверь до конца и проворачивает ручку.
Мелкая дрянь.
Ну ничего, при следующей встрече я спрошу с нее по полной.
Глава 7
Инь
Он маньяк.
Самый настоящий кровавый мясник без каких-либо человеческих чувств. Я не понимаю, как можно быть таким. Рассуждать в подобном ключе о живом человеке…
Даже бандиты просто закапывают тела в лесу или привязывают к ногам тяжелый камень. У меня язык не повернется повторить то, что Ринат хотел со мной сделать.
