количество морских бандитов начало стремительно падать. Его группа не брезговала вырезать под корень совсем мерзких личностей. От того, что упало количество пиратов, сильно сократились, а где-то исчезли выплаты кораблям охраны. В итоге это привело к уходу из флота огромной массы моряков с боевым опытом. Практически все нашли своё новое место у Кошла. Когда завершилась первая волна развала военного флота, пираты вернулись. Но другие. Кошл сумел собрать ряд хорошо подготовленных команд, расставить разумных в зависимости от их талантов и объединить в кулак под своим началом. Их целью стали военные и наёмники. Лишь немногие могли на тот момент похвастаться большими кораблями или флотом в несколько кораблей. Кошл и его люди меньше, чем за год практически извели все военные силы и увеличили свой флот втрое, точнее численность сложно оценить. Ключевые пополнения были из захваченных кораблей или из числа разумных. Кошл мог позволить себе вражду со всем миром, но поступил умнее. Гарантировал безопасность торговым судам за пошлину от их хозяев.
Кангрот Сайлог сделал пару вдохов и продолжил:
– Ход превосходный. Как бывший пират он знал все схроны, заводи и гроты, где можно спрятаться. При нём пираты практически исчезли, а те, кто появлялся в его морях, гибли. Так Кошл подчинил моря. Следом шли острова.
Кангрот Сайлог снова замолчал, чтобы перевести дыхание. Аминореэль протянула ему стакан воды. Он сделал несколько глотков, поблагодарил и продолжил доклад:– Следом шли острова. Он хотел забрать то, что брали местные правители с кораблей за заход в порт. Здесь сложно сказать, как именно всё произошло. Была некоторая борьба, скрытая от народа. Достаточно ряда имён погибших. С обеих сторон. Ключевым же стало то, что все правители сменились, и новые уже не брали плату за заход в порт. Началось множество мелких поборов от всех подряд. За причал. За склад. За продажу. За покупку. За каждого человека, что сошёл с борта на землю. Сумма платы за заход в порт выросла в несколько раз, при плохом капитане команда одним заходом в любой порт могла обанкротить весь корабль. Но теперь можно было сколько угодно стоять на якоре, ожидая клиента или пережидая шторм. Хорошему капитану легко было свести любые траты к минимуму. Верхушка была довольна, мелких одиночек съедали с обеих сторон. Правительство ело поборами одиночные корабли, Кошл сжирал пиратов-одиночек. Следующие года ознаменовались ростом его влияния, богатства и сил.
Хан Лонлейс сидел и внимательно слушал о дальнем родственнике. Единственном, помимо четырёх детей. Секрет, от чего семья Лонлейс столь мала, мог лишить его рассудка, но слушая сейчас о том, кто пришёл на его порог, он с горечью признавал правоту слов: «Верность ваших людей идёт бок о бок с вашей монументальностью. Стоит появиться хоть одной трещине, падут оба».
Кангрот Сайлог тем временем продолжал:
– За всё время своего роста Кошл продемонстрировал отменный стратегический ум. Умение анализировать. Предугадывать. Планировать. Кошл никогда не забывал и о том, что о нём говорят. Известно множество случаев, когда именно его действия приносили победу и спасали жизнь его команде. Так он сделал из себя превосходного лидера, за которым люди готовы были идти хоть в пекло. В нашем случае – из морей в пустыню.
Хан Лонлейс хорошо представлял, что его может ждать. У него тысячи верных людей, которые выполнят любой приказ Хана Лонлейса. Вот только это верность семье! Кошл Лонгдин – это личность. Следующие за личностью могут обладать некоторой долей фанатизма. А такие люди способны на большее, чем кажется на первый раз.
Кангрот Сайлог перешёл к теме пребывания Кошла в пустыне:
– Мне не удалось узнать, куда делись прошлые хозяева поместья, ныне Дом винограда Кошла Лонгдина. Документы идеальны. Все печать и оттиски. Даже магическая сверка. Он приобрел его справедливо и при свидетелях. Теперь Кошл желает выращивать лучший виноград во славу короля Капрега и его земель. Ваше родство нигде не демонстрирует, но я лично уверен, что он хорошо проинформирован. На данный момент предсказать его краткосрочную цель не могу. Общая, думаю, ясна. Месть и, вероятно, ваш трон.
Хан Лонлейс обдумал возможные шаги, потом решил спросить у кангрота:
– Скажи, какой шаг наиболее неуместный?
Кангрот Сайлог минут пять обдумывал ответ.
– Силой заставить его убраться прочь, – решил он наконец.
Хан Лонлейс вполне принял это вариант.
– Какую армию ты можешь собрать за час?– Если максимально – до пяти тысяч пехотных, стрелков три тысячи, тысячу конницы, две сотни магов и двадцать единиц осадных механизмов. Это наши внутренние силы, верность которых незыблема.
Хан Лонлейс обдумал услышанное.
– Собери три тысячи пехотинцев. Тысячу стрелков. Тысячу конных. Сотню магов. И прихвати пару таранов, на случай необходимости. Подготовь флаги и знамёна. Броня должна сиять.
Кангрот Сайлог решил уточнить:
– Прошу простить меня. Я замечу: во дворце короля армия сейчас втрое меньше, способных взять в руки меч вдвое меньше. Если мы так придём в город, конфликта не избежать. Я уверен в силе вашей армии. Мы сможем легко уничтожить Кошла и его компанию. Даже если он решится со всей своей армией спрятаться во дворце. Но разве нам нужен этот конфликт с короной?
Хан Лонлейс строго отрезал любые возражения:
– Нужен. Второй раз семья Лонгдин слишком близко от короны. Если с первого раза он не понял, значит, возможно, старику пора отойти на покой. Пусть бремя правления несет молодой наследник.
Кангрот Сайлог кивнул.
– Я вас понял. Позвольте внести коррективы в указанный состав армии, для более наглядной демонстрации силы?
Хан Лонлейс подумал и позволил.
– Доверяю твоему опыту.
Кангрот Сайлог покинул помещение, и Хан остался наедине с Аминореэль.
– Об этом ты предупреждала, когда рассказывала об избрании наследника? – поинтересовался он.
Аминореэль вежливо проговорила:
– Именно.
Марон позволил себе сбросить личину Хана.
– Амин... Разве два брата не могут стать надёжной опорой друг другу?
Аминореэль отрицательно покачала головой.
– Лишь тогда, когда они вместе взойдут со дна к солнцу, – ответила она. – В остальных случаях не выйдет искоренить зависть, не сломав одного из них. Не сделав одного слугой другого.
– Но Амин, разве так сложно разделить богатства поровну?
Аминореэль говорила, как и шестьдесят лет назад, когда учила его грамоте, голосом, направляющим ребенка на правильный путь:
– Марон... Ты можешь взять монету, сломать её пополам и дать двум братьям. Но сколь равны ни будут половинки, ты посеешь раздор. Каждый брат будет считать, что он заслуживает чуть больше. Каждого коснется
