Читаем без скачивания Билет в один конец - Егор Седов

Тем же, кого встретил сегодня Ник, была бы отведена, скорее всего, роль рабов.

На самом деле и у одних, и у других положение было незавидным – ни хозяев, ни рабов ничего хорошего в будущем не ожидало. Ник достаточно читал, чтобы догадаться, как и чем расплачиваются после с исполнителями такого рода приказов о «зачистке».

Но далеко не все хозяева Плацдарма одобряли такие «зачистки». Иначе как предположить, что информация просочилась – совершенно непостижимым образом – к Георгию, а уж от него – к Игорю, Сигурду и другим старшим групп. Так началась экспедиция № 2 – на континент, который пока еще охраняется от уничтожителей природы и зарождающегося разума. Надолго ли хватит такой охраны – неясно, скорее всего – ненадолго.

От тех, кого выбирали старшие, никто и не думал утаивать информацию. Да, воевать придется – скорее всего, с различными малоприятными тварями, а затем – кто знает? – и с двуногими отморозками. Или – их потомками. Но победа означает мир. И жизнь. Жизнь, в которой будет отведено место и работе, и отдыху. Жизнь, в которой не будет места ни бензиновым парам, ни промыванию мозгов при помощи телевизора, ни страху перед гопотой, ожидающей в подъезде, ни житью от зарплаты до зарплаты… Не останется, правда, и удобств, но за эти удобства люди платят собственной свободой.

Ник до сих пор не догадывался, почему выбор Сигурда пал именно на него. Ну ничем же он не примечателен! А ведь для экспедиции подбирались люди с особыми способностями и умениями. Хотя… Может быть, когда-нибудь Ник и займет свое место в дружине Сигурда? Ведь Игорь подтвердил – да, годен.

Черный шатер ярла и в самом деле сложно было не заметить. Он возвышался над остальными палатками, как замок над крестьянскими домами. Зеленое знамя с черным летящим драконом развевалось на ветру, и, глядя на него, Ник испытал гордость, хотя формально в дружине он не состоял. Пока.

Около шатра беседовали о чем-то двое воинов из отряда, не замечавшие Ника до тех пор, пока он не подошел к ним почти вплотную. Оба – рослые, плечистые, и, насколько знал Ник, были они друзьями. Но как же непохож был голубоглазый, одетый в славянскую кольчугу Асбранд на широкоскулого Корвина в татарской шапке с меховой опушкой, вооруженного кривой саблей!

– О, Ник, живой?! – искренне удивился и обрадовался Асбранд. Корвин лишь едва заметно кивнул, внимательно оглядывая лагерь прищуренными карими глазами, словно в любую минуту надо было ожидать нападения.

Ник вкратце рассказал о том, что с ним случилось, на что Асбранд ответил, что весь отряд, в котором был Ник, раскидало, а двоих так и нет еще до сих пор. Сигурд молчит, но ходит мрачный и злой, – плюнь – зашипит. Недавно отошел к Игорю и Георгию – договариваться насчет дозоров, а вся дружина около леса тренируется на мечах, чтобы время зря не терять.

– Понятно, – сказал Ник, выслушав Асбранда, отошел в тень от шатра и приготовился к долгому ожиданию.

Напрасно – не прошло и пяти минут, как показался Сигурд. Он шел спокойно, не глядя по сторонам, но люди, как будто влекомые неведомой силой, поспешно расступались, давая ему дорогу, так что предводитель не задевал никого даже краями длинного черного плаща.

Если в Георгии при первой же встрече можно было распознать настоящего аристократа, то походка и движения Сигурда выдавали в нем воина. Не актера, окончившего курсы сценического фехтования и привычно размахивающего мечом на потеху окружающим, а самого настоящего бойца – сильного и опасного. Внешность Сигурда соответствовала званию.

Высокий, черноволосый, с роскошными усами – а в уголках губ навсегда затаилась лукавая усмешка. Резкие черты лица и быстрота движений делали Сигурда похожим на ястреба, а цепкий взгляд черных глаз проникал, казалось, в самое сердце.

Ник встал и слегка склонил голову, следя за приближающимся Сигурдом, но тот не выказал ни злости, ни удивления.

– Привет! Рад, что ты добрался. Георгий сказал, что принесенное тобой – бесценно, так что – гордись. Не ты один, кстати, потерялся. Что-то случилось с этими порталами – какой-то сбой, больше никто ничего не знает.

– А кого пока нет? – спросил Ник.

– Архаэль и еще двух наших людей. Они – ребята опытные, неглупые, должны добраться. Но если и к завтрашнему вечеру они не появятся…

Сигурд не стал продолжать, но Ник и без того все понял.

– Тебя хоть покормили? – сменил тему Сигурд.

Ник покачал головой. Асбранд с Корвином тотчас же съежились под неодобрительным взглядом ярла.

– Да, вот еще что. Чтобы не гонять тебя зря и не дергать. Как ты понимаешь, в дружину тебе пока рано – только через год ты сможешь стать оруженосцем. А пока… Ты ведь всегда ладил с животными – я же помню, когда ты к нам в конную школу приезжал. Не хочешь ли ты стать Мастером зверей при дружине? Вот и старший считает, что тебе это не помешает. Будешь ухаживать за боевыми конями, собаками… Первый жеребенок, который появится здесь, станет твоим. Ты сам вырастишь его. А если кто-то обзовет тебя просто конюхом – голову откручу, – добавил Сигурд, бросив мгновенный взгляд на подчиненных.

Ярлу и в самом деле хотелось сейчас открутить кое-кому голову – не дружинникам своим, конечно, а, например, тем, кто устроил сбой в портале под Питером. Сигурд не сомневался, это – дело рук врагов.

– Ну что, ты согласен? – спросил ярл.

Ник позволил себе несколько мгновений на обдумывание, затем кивнул. Ухаживать за животными – для него это было куда лучше, чем рубить дрова, готовить еду и выполнять кучу других нужных, но утомительных и неинтересных действий. Потом юноша благодарно улыбнулся Сигурду, тот легонько хлопнул его по плечу:

– Договорились. Тогда сейчас иди поешь, потом Асбранд покажет тебе, где и что здесь находится.

Сигурд повернулся, бросив быстрый взгляд на окраину лагеря. Тускло сверкнула на плече серебряная фибула в виде летящего дракона – брата-близнеца того, что был на знамени, и второго – на перстне. Ник понял, что Сигурда ни на секунду не оставляют мысли о тех двоих, что, может быть, все еще бредут по наполненной дневным зноем и опасностями степи.

Глава 4

Разоренное гнездовье

Больше всего Эллору сейчас хотелось лечь и – если уж не умереть, – то хотя бы заснуть. Но об отдыхе в жаркой и душной палатке не могло быть и речи. Сразу же подкатывала тошнота, а голова раскалывалась еще сильнее. В конце концов Эллор плюнул бы на приличия и завалился бы где-нибудь на свежем воздухе, если бы не опасался, что его заметит Георгий. И без того нехорошо оно все как-то получилось… а начиналось-то очень даже неплохо.

Плацдарм Эллор воспринимал как исполнение давным-давно данного Ее Величеством Судьбой обещания. Огромный новый мир – и возможность быть тем, кем он хочет, и жить так, как хочет!

Ну что бы его ждало на Земле? Тоскливая, хотя и привычная работа. Пение под гитару на корпоративных вечеринках («Да ну, все что-то не то! Ты бы лучше веселенькое что-нибудь спел бы… Под «русский шансон», или… ну, там, «Мурку», например!») Кто-то похлопает, поудивляется, кто-то пальцем у виска покрутит: «Хороший, мол, парень, только малость чокнутый, и песни у него странные».

Пение под гитару – для своих – где-нибудь на выезде или на игре. («А Щербакова исполняешь? А из ролевых что-нибудь?») Что ж, этот народ хотя бы уважительно относился к самому понятию «песня». Спасибо им.

И это – предел.

Да, можно поучаствовать в каком-нибудь песенном конкурсе – чтобы убедиться: конкурсы – только для «своих». А принести любительские записи на радиостанцию – пускай даже самую паршивую – может только совершенно безбашенный чел. Но Эллор, надо сказать, и это проделывал, и не единожды. И не столько же был послан. Радиостанциям глупые песни подавай, да и чтоб исполнитель непременно блеял козлом.

Так что перспектив у Эллора-менестреля на Земле было не слишком-то много.

…После портала Эллор добрался до берега озера без особых приключений и, очень довольный жизнью, тотчас же подключился к работе. Помог сколачивать площадки для дозорных, потом натаскал дров сразу для нескольких стоянок, а тем временем перезнакомился с кучей народа, и, конечно же, его пригласили посидеть вечерком у костра в теплой компании. А то, что Эллор будет петь под гитару, было воспринято с восторгом. Кто-то предложил отметить встречу и знакомство. И это тоже вызвало бурную радость. Похоже, вчера вообще все воспринималось с восторгом – а иначе и быть не могло.

По кругу пошла бутылка коньяка, Эллор пел, прерываясь лишь на то, чтобы смочить горло (а это требовалось довольно часто), потом девушка – дай бог памяти, как ее зовут? нет, не вспомнить! – пригласила к костру каких-то своих знакомых, прибывших сюда из Ирландии, а те притащили припасенное виски. Неплохие, кстати, оказались ребята, а один – кажется, ровесник Эллора – оказался вдобавок и его коллегой. Тоже – менестрель. Под конец Патрик – да, его зовут Патрик – стал называть Эллора не иначе как «братом».