class="p1">— Конечно.
— И что у тебя нет ушей, тоже признаешь?
— Вообще-то есть.
— Есть уши? Ага! Так ты все-таки утверждаешь, что ты эльфийка?
— Если у меня есть уши, это не означает, что я эльфийка.
Я прямо-таки умилилась терпению моей внученьки. Стоит, слегка пошатываясь, чудо мое пьяненькое, и пытается вразумить наш общий глюк. Прелесть, какая дивная картинка!
— То есть ты признаешь, что ты не эльфийка, — опять завела свою пластинку розовоухая.
— Да, именно так.
— Значит, ушей у тебя нет!
— Есть.
— Опять! Ну-ка, давай еще раз. Ты утверждаешь, что не эльфийка?
— Именно так.
— Но при этом ты утверждаешь, что у тебя есть уши.
— Да!
— Ага! Вот ты и запуталась в собственной лжи!
Я окончательно утратила нить разговора. Катерина, судя по выражению лица, тоже мало что понимала, и, кажется, ее нервировали эти торжествующие "ага!", периодически выкрикиваемые девицей. деться
— С чего ты взяла, что я лгу? — спросила Катерина, и я в очередной раз убедилась, что безграничное терпение ей досталось от дедушки. От Теринчика моего то есть.
Девица сложила руки на груди и, одарив Катерину торжествующим взглядом всенародного обвинителя, пояснила ход своих мыслей:
— Ты утверждаешь, что у тебя есть уши, но при этом не признаешь, что ты эльфийка.
— Но у тебя тоже есть уши, — вмешалась я, присмотрелась, и с удивлением закончила, — целых четыре. Два человеческих и два… хм… кошачьих?
Девушка поспешно стянула с головы ободок, к которому крепились кошачьи ушки, и стала более похожа на человека.
— Дурацкий косплей! — проворчала она, отшвырнула это странное украшение и снова устремила на Катьку такой взгляд, будто та была виновата во всех грехах этого мира. — Итак, ты утверждаешь, что не являешься эльфийкой.
— Да.
— Ты этого не отрицаешь.
— Нет.
— Но уши у тебя есть.
— Конечно.
— Покажи! — взвизгнула она, в азарте подскочив на месте.
Катерина пожала плечами, очевидно решив, что с сумасшедшей лучше не спорить, и убрала волосы, продемонстрировав левое ухо.
— Вот. Убедилась? У меня есть уши, но…
— Почему ты сразу не сказала, что у тебя человеческие уши? — возмутилась девица. — Еще скажи, будто не знала, что у нас с тобой речь шла об эльфячьих ушах!
— Это каким же образом я должна была догадаться, о чем ты там бормочешь? — Катерина начала закипать.
— Итак, подводим итог, — мрачно изрекла розоволосая, игнорируя вопрос Катерины, — ты не эльфийка. Ты плохая актриса, а подруга твоя и того хуже — сразу видно, что никакая не эльфийка и даже не волшебница, а какая-нибудь секретарша из второсортного офиса, напялившая на себя нелепый костюм. Вот что это у тебя за фигня? — она ткнула пальцем в направлении моего магического предмета, — волшебный башмачок типа, да? Типа весь в бриллиантах, да? Очень смешно! Три раза "ха". Можете передать Ленке, что шутка удалась, я вся обхохоталась, но ни на секунду не поверила, что стала попаданкой. А теперь будьте добры, скажите, где я нахожусь, чтобы я могла вызвать такси.
Во время этого ее монолога я только и могла, что открывать рот как рыба, выброшенная на берег. Я даже протрезвела от неожиданности, потому что поняла, что никакая это не сумасшедшая и не глюк, а гостья из моего мира. Могла бы и раньше догадаться, когда она заикнулась про косплей. Сама я в такие игры не играла, но слово мне знакомо. С ума сойти, что творится! И как же она тут оказалась?
Я у нее так и спросила.
В ответ на это землячка велела мне перестать строить из себя дуру и разразилась обличительной речью в адрес своей давней подруги Ленки — идиотки великовозрастной, которая увлекается дурацкими аниме и ее пытается в это безобразие втянуть. И будь проклят тот день, когда она согласилась на уговоры Ленки участвовать в фестивале и косплеить какую-то ушастую дуру с розовыми волосами.
Под конец своей гневной речи наша новая знакомая завертелась на месте, поймала себя за розовый хвост, который я вначале не заметила, и, отстегнув его, торжественно зашвырнула в кусты.
— Больше никогда в жизни не соглашусь на подобную глупость. А ты, — палец ткнулся мне в грудь, — можешь передать Ленке, что она мне больше не подруга! Напоила какой-то гадостью, завезла сюда, бросила и разыграла, подослав вас.
— Мы не знаем никакой Ленки, — заверила я.
— Ага! Ври больше! Что на вас одето? Что, я спрашиваю?
— Одежда.
Да, я тормозила от удивления, ну и просто не знала как себя вести. Такого никогда еще не бывало, чтобы к нам кого-то случайным образом заносило из другого мира. Да еще и из того, в котором я родилась. Вот как сказать этой девочке, что она действительно попаданка и это не розыгрыш?
— Вот именно! — указательный палец опять устремился в небо. — Вот именно, одежда! Но какая? Вы наверняка на том же фестивале косплеили. Это Ленка вас подговорила меня разыграть. Она что думала, я дурочка наивная и поверю, что попала в другой мир, если мне подсунуть двух ряженных девчонок, одна из которых кстати не может даже толком изобразить эльфийку!
— Я не эльфийка! — терпение Катерины лопнуло, и она перешла на крик, — и изображать из себя эльфийку мне ни к чему!
— Тогда почему ты так одета?
Все, пора прекращать этот балаган.
— Ну, хватит! — рявкнула я. Это сработало, обе девушки обратили внимание на меня, и я продолжала. — Развели тут дискуссию на ровном месте. Слушай сюда, жертва косплея, это не розыгрыш, ты действительно попала в другой мир. Только не надейся, что будешь здесь счастливой героиней, вроде тех, о которых пишут в фэнтезийных романах. Хрен тебе по всей морде, а не уютные покои в королевском дворце и пьянки с прекрасными принцами. Сейчас найдем Терина, и он перенесет тебя обратно в твой мир. Я понятно выражаюсь? Ты меня понимаешь? Потому что, как я вижу, язык за те шестьдесят лет, что я не была в том мире, не изменился.
— Прекрати пытаться меня разыграть! — завизжала девушка, топая ногами. — Неужели не ясно? Шутка не удалась. Я требую, чтобы мне сказали, где мы находимся. Если я к утру не попаду в Омск и не появлюсь в институте, меня отчислят. Этого я Ленке никогда не прощу!
— О, землячка! — искренне обрадовалась я. — Я тоже из Омска. Как там сейчас? Город растет? Наверно изменилось все с 2009 года?
— Сейчас 2009 год вообще-то, — рыкнула девушка, — и прекращайте уже, это даже не смешно.
— Это как это 2009? Я в 2009 сюда попала, и уже шестьдесят лет прошло. Кать, разве время в этом мире и в
