— Шамиль, такой вечер хороший, а ты грубишь. Мы с Лилей расстались, у меня новая девушка. Я уж и не помню, почему Лили не было на празднике в прошлом году.
— Знаю, что вы расстались. Отца твоего утром видел. Правда, про Нику он ничего не знает.
— Тридцать первого узнает.
— Не хочу тебя обидеть. Не знаю, откуда ты взял эту Нику, не надо ни в чем признаваться, но не твоя она. Слишком спокойная, пресная, обычная. Хоть и красавица. Лилька-то огонь была, до сих пор поди ночами плачешь, Артурчик.
Друзья заржали, а Каширин насупился. Он был самым молодым из них и самым малоопытным в бизнесе. Да и правду сказал Шамиль. Одно дело привести подставную девушку, а другое — врать прямо в глаза партнерам. Но на этом, к счастью, разговор закончился. Остаток вечера Ника так и провела с персоналом, а Каширин — с партнерами. Не стал ее дергать — не для кого этот спектакль играть.
В двенадцатом часу Артур и Ника попрощались со всеми и поехали домой. Сегодня и после праздника девушка выглядела довольной. «Ну, конечно», — зло подумал мужчина. — «Развлекалась весь вечер в свое удовольствие».
— Шамиль попросил у меня твой телефон.
— Зачем? — Ника тут же насторожилась.
— Он понял, что ты подставная. Сказал, что заинтересован. Позвонит, когда мы закончим.
— Зачем ты мне это говоришь? Я больше не планирую соглашаться на подобные авантюры.
— Ему не авантюры нужны. Он, Ника, очень богат и очень любит все красивое. Сможешь его впечатлить и получишь билет в другую жизнь — без съемных квартир и работы официанткой.
— Спасибо, обойдусь, — зло выплюнула Ника. — Уверена, наше соглашение не подразумевает разглашения моих личных данных. Как юрист ты должен это понимать.
— Ты против?
Каширин был озадачен такой реакцией. Многие на ее месте мечтали бы о подобном покровителе. Ведь уже почти все сделано, они знакомы, и Шамиль ясно дал понять свои намерения.
— Да, против.
— Хорошо, я не дам ему твой телефон. Но это неважно, он сам в состоянии найти все, что пожелает.
— В таком случае объясни ему, что мне это не интересно! Мне не нужны проблемы, Артур!
Ника начала выходить из себя от этого отвратительного разговора. Чем больше девушка злилась, тем сильнее выдыхал Каширин. Не побежит, не побежит от него к его партнеру за красивой, сытной жизнью. И правда, не такая, как все. Уникальная, принципиальная недотрога.
— Ладно, Ник. Извини. Что-то меня занесло. Мороженого хочешь?
— Хочу! — вдруг заявила девушка неожиданно даже для самой себя.
Остановились у круглосуточной кафешки. Ника не пожелала взять предложенную руку, вышла из машины сама и первой направилась к входу. Каширин только пожал плечами. Кажется, обиды как в настоящих отношениях в их соглашение тоже не входили. Ничего, завтра уже тридцатое, а там с утра прямо к родителям ехать. Потерпеть друг друга всего несколько дней осталось.
Заказали мороженное и кофе, сели за столик. Ника старательно отводила глаза. Девушка выглядела то ли обиженной, то ли расстроенной.
— Ника, я все понимаю. Мы оба устали. Мне тоже непросто. Я вообще-то с девушкой расстался, которой в Новый год предложение собирался сделать. Мой план оказался не таким чудесным, как я себе представлял. Дурацкая идея, ты была права. Но надо довести это до логического конца. А он наступит не раньше тридцать первого. В доме родителей бывшая точно появится. А после можно и закончить со всем этим. Потерпи еще три дня. На твоей оплате это не отразится, так же как и на возможности стажировки в ресторане.
— Хорошо. Я не возражаю, даже если это и отразится на оплате. Хочу закончить со всем этим поскорее и забыть как страшный сон. На стажировку не претендую.
Слова Ники Каширина удивили и огорчили. Не ожидал, что откажется и от денег, и от повышения квалификации. И что так сильно устала от него, что не хочет после иметь ничего общего, тоже не ожидал.
— Договорились, — ответил сухо.
Они молча доели мороженное, которое обоим показалось безвкусным. Кофе на ночь и вовсе никто не стал пить. Домой вернулись также молча, обиженные друг на друга и на весь свет. А утром Ника снова удивила Артура. Девушка опять приготовила завтрак, хоть и общалась с прохладцей. А после попросилась с ним в ресторан. Каширин возражать не стал. А к концу дня и вовсе решил, что все забыто, настолько Ника была спокойна и вела себя с ним нейтрально.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Проблемы начались уже после возвращения домой. От вечеринки Каширин отговорился — хватит, устал. Прилег перед телевизором, надеясь, как следует отдохнуть и выспаться перед финальным этапом своего плана мести. Внезапно из гардеробной послышался полувскрик-полустон:
— Артур!
Голос девушки звучал столь жалобно, что Каширин моментально подлетел с дивана и бросился на выручку. Правда, влетев в гардеробную, он изумленно замер. Перед зеркалом спиной к нему стояла Ника. Она явно готовилась к завтрашнему вечеру — на ней красовалось сумасшедшее вечернее платье нежно-лимонного оттенка. Цвет удивительно оттенял и ее глаза, и тон кожи. Вот только выражение лица девушки было отнюдь не радостным, а скорее огорченным.
— Мы забыли про белье, — прошептала Ника замогильным шепотом, будто сообщила о какой-то непоправимой трагедии.
— Что? — Артур совсем не понял, что такого страшного произошло.
— Когда я мерила это платье в магазине, — затараторила Ника, повернувшись к мужчине. — Я была в белом бюстгальтере, в своем. Консультант сказала, что он не подойдет и нужно купить телесный, без косточек и без лямок. Артур, я совсем в этом не разбираюсь! Но у меня нет ничего подходящего!
Ника выглядела как человек, который готов расплакаться немедленно. Каширин, наконец-то, понял, о чем речь и скосил глаза в сторону проблемы.
— А сейчас на тебе какой? — спросил он, не заметив лямок.
— Никакого, — девушка смутилась и отвела глаза.
— Ну и прекрасно. Выглядит потрясающе. Да и вообще, Ника, вечерние платья такого покроя с бельем не носят.
— И почему ты так в этом уверен? — промямлила девушка.
— Вспомни, уверен, тебе предлагали мерить платье без белья, но ты застеснялась.
Ника на это лишь поджала губы.
— Ну, вот и отлично. Кажется, мы решили твою проблему.
— Интересно, чьей станет эта проблема, если на меня снова станет кто-то пялиться.
Ника многозначительно уставилась на Артура. А тот был готов поклясться, что она пытается его поддеть.
— Проблемой того, кто будет пялиться, — холодно отрезал Каширин и вернулся на диван.
Мужчина раздосадованно упал на подушки и в очередной раз подумал, что он принял правильное решение. С этим балаганом пора заканчивать. Кто его уже только не тыкал тем, что он чрезмерно опекает Нику. Теперь она и сама решила его этим кольнуть. Нет, хватит, еще навоображает себе чего-нибудь. Будет потом у подъезда плакать, в ресторан приходить.
Через часик услышал, что Ника ушла на кухню. Тяжело вздохнув, Каширин пошел за ней. Во-первых, надеялся, что накормят чем-нибудь вкусным. Кулинарные таланты девушки ему действительно пришлись по душе. Во-вторых, хотел поговорить. А в-третьих… Да плевать на это третье!
— Ник, дай номер карты. Переведу тебе деньги. Завтра с утра выезжаем к родителям. Ну и Новый год, не до того будет.
— Привязана к номеру телефона, — буркнула Ника и отвернулась к плите.
Вопреки их взаимным ожиданиям ужин прошел замечательно. Ника на скорую руку приготовила простейшую пасту, а Каширин нарезал салат. За едой они смогли отключиться от общего дела, поболтать, посмеяться. Спокойной ночи пожелали друг другу в отличном настроении и с надеждой, что все это закончится хорошо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 8.
Утром на банковскую карту девушки поступили деньги, как и обещал Артур. Действительно вся оговоренная сумма без поправок на срок сотрудничества и прочие неожиданности.
— Спасибо, — тихо прошептала девушка, прочитав смс.
Они уже были в машине. Москва только просыпалась и готовилась к марафону под названием «последние приготовления к Новому году».
