по середине. Дом был из светлого камня, с чёрной крышей, что было и воздушно и монументально одновременно.
Машина остановилась, и мы вышли. Нам на встречу выбежали дети и взрослые. Несколько темноволосых мальчишек от двух до шести лет бегали в одних коротких штанишках. Девочка, которой было, наверное, от силы год, ёрзала на руках матери, но увидев Милу закричала и потянулась к ней.
— МИ-и-и-и!! — и начала плакать, не переставая, пока та не взяла её на руки.
— Янор, у нас гости? — вперёд вышла черноволосая женщина в длинной цветастой юбки.
— Да. Внимание, семья! Этот молодой человек, — Янор хлопнул меня по спине так, что я чуть не полетел в объятия его семьи. — спас нашу Милу! Его зовут Нэбирос и он, наш почётный гость!
Вперёд вышел старик с тростью. Его можно было назвать немощным, но глядя в его глаза, понимаешь, что этот человек даст фору некоторым молодым. Осмотрев меня с головы до ног, старик вынес вердикт.
— Принимаю. — покивал головой. И уже обращаясь ко мне. — Станешь нашим гостем. Но если пришёл со злом и горем в наш дом, то лучше признайся и выбери быструю смерть! — он поднял трость к моему горлу, и я заметил клинок, спрятанный отверстии.
— Клянусь Богами, что не принесу зла членам вашей семьи. — проложив раскрытую ладонь к сердцу, чуть склонил голову и прикрыл глаза. Давая понять, что полностью доверяюсь его руке и приму любую участь.
— Кхех… Молодец. Не побоялся. Раз так, то проходи и раздели с нами стол. — удовлетворённо крякнув, старик отошёл от меня.
— Старейшина принял нашего гостя! — громко прокричал Янор и его поддержали его родня.
Ну ничего себе традиции!
— Милка! Ты привезла кота? — удивлённо воскликнул какой-то рыжий мужчина.
Кто он для Милы? Ведь все её родственники черноволосы. Даже дед и тот без единой седой прядки. У них всех только цвет глаз различен. А этот двухметровый бородатый бугай кто? Я уже был готов зарычать, отстаивая своё право на пару. Но Сеер сказал, что это брат Милы. ОН?
Сеер же грациозной походкой отправился к рыжему. Боднув его в бедро, он зубами приподнял поводок, показывая, чтобы тот его снял. Рыжий поняв, что от него хотят, не только отстегнул поводок, но и снял с груди конструкцию, на которой он крепился. Довольный Сеер потянулся, внимательно наблюдая за нашей парой. Но не учёл, что следить нужно было не за Милой. Подкравшийся сзади малыш, хорошенько дёрнул его за хвост. Не ожидавший такого вероломного нападение на самое дорогое, после яичек, Сеер подпрыгнул на добрый метр и округлившимися глазами смотрел на детёныша.
— Игать киса!
— Михель, с кисой играть можно, но дёргать за хвост — нет! — Мила с девочкой на руках присела на корточки и поцеловала в макушку мальчика. Потрепав за ушами Сеера, проговорила. — А ты терпи. И не дай бог ты поранишь детей. Их родители из твоей шкуры коврик сделают, а мясо раздадут собакам.
Поцеловав шокированного и возмущённого оборотня в нос, она хотела подняться. Но ей не дала девочка, что вцепилась словно клещ за ухо новой игрушки. Сеер же умильно закатил глаза и начал вылизывать лицо крохи. Громко взвизгнув, девчушка заливисто рассмеялась. А мой друг окончательно поплыл. Разжав пальчики малышки, Мила всё-таки смогла подняться. Осмотревшись вокруг, мы заметили, что стоим тут одни, не считая двух малышей.
— Михель, дай ручку дяде Нэбиросу и пойдём, найдём вашу маму.
Подойдя ко мне, мальчик не спешил протягивать руку. Присев перед ним на корточки, протянул её первым. Он словно того и ждав, не стал за неё браться, а обняв за шею, решил отправиться ко всем на ручках. Подхватив Михеля, пошёл следом за смеющейся Милой.
Сеер отправился следом, кидая ревностные взгляды на малышей. В нашем мире редко стали рождаться дети. Даже мальчики. Всех, кто рождаются, защищают и берегут, как самое бесценное сокровище. И встретить их считается чуть ли не чудом. А тут столько детей, да ещё и девочка! Я сам, держа сейчас малыша в своих объятиях, не мог поверить, что это действительно так. А ведь, я встретил свою истинную. Значит, я смогу подержать на руках и своего ребёнка! Поделившись этими мыслями с побратимом — тот чуть не запрыгал от радости.
Обойдя большой дом мы вышли на поляну, где стояло несколько столов накрытые как на праздник. Тут было много мужчин и женщин. И если первые не вызывали никаких эмоций, то следя за каждой леди, удивлялся, что их так много. Посчитав, пришёл к выводу, что у здешних женщин по одному мужчины. Что же тогда делать нам с Сеером. Что если она не примет какого-то из нас? А если в нашем мире у неё появятся ещё истинные? Друг, видимо, пришёл к тем же выводам, потому что с каким-то угрюмом лицом прошел к столу и лёг в ногах нашей Милы, прижимаясь как можно теснее. Меня же усадили ближе к главному месту.
Через какое-то время Мила ушла. Сеер не пошёл следом, его оккупировали дети и пытались накормить кашицей из песка. Пытаясь уворачиваться от протянутых мисок, он валил малышей и начинал вылизывать их чумазые лица. Маленькая девчушка вообще восседала на нём как на ездовом животном и дрыгала ножками. Взрослые, время от времени бросали на кота взгляды, но понимая, что он не причиняет им вреда и вообще проявляет себя нянькой, приходили в умиление.
Крик.
А потом я почувствовал страх и ярость нашей пары. Подскочив со своих мест, мужчины бросились на звук. Я не отставал. А вскоре с Сеером мы уже возглавляли шествие. Оборотень на ходу начал принимать боевую ипостась и увеличиваться в размерах. Почувствовал, что у меня у самого вылезли рога и начинают пробиваться крылья.
Увидел, как нашу единственную пытаются затолкать в машину несколько уродов, а потом один из них посмел её ещё и ударить по лицу, чтобы не кричала. Зарычав словно раненные звери, мы с Сеером набросились на похитителей.
— Сеер! Не смей их убивать! Мне интересно узнать, кто посмел напасть на нашу истинную! — зарычал, нанося удар за ударом по лицам уродов, пытался хоть так вымести на них свою злость.
Глава 5
Мила Чёрная
Я отлучилась в дом по естественной нужде. Уже готовая отправиться обратно, услышала звонок в ворота. Пришлось идти открывать. Но лучше плюнула бы на правила приличия и отправилась к семье! Открыв дверь, хотела поинтересоваться, каким ветром принесло незваных. Но с довольным возгласом: «О! Дам нам сам
