Читаем без скачивания Войны охотников за головами-2: Корабль невольников - К. Джетер

Боба Фетт даже не оглянулся.

— Информацию нужно либо знать, либо нет, — наставительно произнес он. — Тебе — не нужно.

Денгар вдруг почувствовал себя очень старым и разбитым.

— Мне казалось, будто мы напарники. Помнишь еще?

Фетт что-то обдумал и сменил на пульте положение нескольких тумблеров.

— Мы напарники, — подтвердил он. — Мы заключили сделку, я всегда держу слово.

— Не похоже все это на партнерство, вот что! — буркнул кореллианин; язык прилипал к гортани, но злость придала сил. — Не похоже! Решения ты принимаешь единолично, а у меня сложилось впечатление, будто у нас равноправие. Похоже, я здорово ошибся, да?

Вот теперь-то Фетт не просто оглянулся, он даже пилотское кресло развернул от пульта. Лучше не стало; вместо человеческих глаз на Денгара холодно и равнодушно смотрела маска цельного мандалорского шлема.

Комок, застрявший в горле, превратился в булыжник и под собственным весом провалился мимо сердца прямиком в желудок.

— Не ошибся. Просто недопонял.

Отсутствие эмоций пугало больше, чем угроза и крик.

— Будешь упорствовать в своем мнении, вынудишь меня не согласиться с напарником. Мы — не ровня друг другу. Не мечтай.

— Н-ну…

Холодная дыра в животе высасывала тепло всего тела, Денгар съежился под взглядом невидимых за визо-ром глаз. Он чувствовал себя жуком под чьим-то тяжелым ботинком.

— Вообше-то я не совсем то имел в виду…

— Хорошо. Мне ненавистна мысль, будто я неправильно оценил напарника.

Слушая негромкий сипловатый голос, рвано и немного неправильно выговаривающий фразы, трудно было поверить, что Боба Фетт способен на ненависть. Зато угрожать он умел — будь здоров!

— Мы по-разному стоим, Денгар. Ты спас меня в Дюнном море, я помню. Но ты здесь, и ты мой напарник не из моей благодарности, не думай так. С этим чувством я не знаком.

Ты и о других-то понятия не имеешь, горько подумал кореллианин. Под одеждой между лопаток текли струйки пота Денгар уже сто раз пожалел, что затеял разговор.

— Мы полезны друг другу, — продолжал Боба Фетт. — Очень. Другая основа для партнерства мне не известна. Ты считаешь иначе?

Денгар заставил себя взглянуть прямо в узкую полосу визора, пытаясь вспомнить, какие глаза за ним скрыты. В голове было пусто, ни слов, ни мыслей.

— Нам нужно расторгнуть соглашение? Хочешь?

— Нет… — для верности кореллианин помотал головой. — Я же не это… да я вообще не о том!

— Дам тебе совет. Придумай желание. Боба Фетт склонил голову к плечу.

— Если мы не напарники, — сказал он, — у нас другие деловые отношения.

Он играет со мной… Только что сделанное открытие — оказывается, вопреки собственному заявлению Боба Фетт способен что-то чувствовать, — почему-то не принесло облегчения. Денгар, сдавая позиции, поднял обе руки.

— Нет, — торопливо сказал он. — Все в порядке. Я на все сто доволен, как идут дела. Делай все, что хочешь и как хочешь. Спорить больше не буду.

Боба Фетт молчал, наверное, целую минуту, потом едва заметно кинул в знак признательности.

— И никакой путаницы, — удовлетворенно произнес он.

— Ни малейшей! — горячо заверил его Денгар, который только что выяснил, какое это счастье — снова дышать.

Фетт вернулся к пульту.

— Хорошо, — сказал он. — Я принимаю решения, ты их выполняешь.

Последнее замечание озадачило кореллианина.

— Так, к слову пришлось… что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Придет время, захочу многого. Свою часть сделки ты выполнишь, не тревожься. Сейчас., почему ты не можешь быть спокойным? Расслабься.

Ты еще скажи: отдохни, на солнышке позагорай… Сейчас! Денгар фыркнул.

— Радуйся покою и тишине, — посоветовал Боба Фетт, опять воюя с навигационной системой; определенно он кого-то цитировал. — Пока можешь. Там, куда мы летим, этого товара маловато.

— Как скажешь, — Денгар отлепился от переборки, — Тут ты хозяин…

— Практически, — согласился охотник в мандалор-ском доспехе. — Иди вниз, скажи Ниелах: пусть пристегнется. И ты тоже. Через несколько минут прыгаем в гиперпространство.

Денгар не поинтересовался координатами прыжка. Какие бы цифры ни ввел Боба Фетт в навигационный компьютер, они не были вынесены на всеобщее обсуждение. Вот оно… напарники тоже мне… Денгар повернулся, вышел из рубки и стал спускаться по трапу в крошечный пассажирский отсек. Пройдет какое-то время, и «Гончая» доставит их в некий сектор Галактики, такой неприветливый и недружелюбный, что даже такой подонок, как трандошан Босск, туда не суется. Мысль об этом несколько примиряла с тем, во что превращались деловые отношения с Бобой Феттом.

На верхней ступеньке трапа Денгар обернулся. Напарник так самозабвенно был занят делом, будто напрочь забыл о присутствии кореллианина.

Вот именно, подумал Денгар. Если раньше и существовали какие-то сомнения в истинной природе их отношений, сейчас все разъяснилось. Так или иначе…

Спускаясь по трапу, он намеренно громко топал, чтобы напомнить Галактике о своем существовании.

Ниелах не поверила своим ушам. То, что она только что услышала… Нет, не так. Правильнее: то, что она подслушала, так как сумела подключиться к внутренней системе «Гончей» с терминала в жилом отсеке. Ка-ютка была обставлена в трандошанском стиле: переборки занавешены гобеленами, поверх тощего спального матраса брошены мятые покрывала. Ковры предусмотрительно и надежно прикреплены на случай, если откажет искусственная гравитация. На гобеленах были запечатлены великие и переломные мгновения истории планеты Трандоша, а также сцены из мифов и легенд. То есть на каждом кто-то кого-то жрал, разрывал на куски и обгладывал. Возясь с компьютером, Ниелах благодарила судьбу, что прежнего хозяина «Гончей» нет на борту.

Благодарность пошла на убыль, когда удалось подслушать разговор в рубке. Сначала Ниелах не понравилось, что из-за простого вопроса о Денгара вытерли ноги. Нет, с ним не договоришься, с отвращением подумала девчонка. Если дело дойдет до разлада, к чему все идет, нет никакой разницы, на чью сторону встанет Денгар. Боба Фетт без помех уничтожит обоих.

Сейчас ответ лежал на поверхности, а ведь раньше Ниелах не задумывалась, почему Денгар так рвется бросить охотничье ремесло. Девица презрительно оттопырила губу. Дй он же трус! Кишка у него тонка, вот и все. Вот у Фетта с внутренними органами все в порядке — плюс полное отсутствие нервов. А старому кореллианину действительно лучше положить бластер на полку, забросить амбиции куда подальше и обосноваться на какой-нибудь захолустной планетке со своей разлюбезной красоткой, пока его кто-нибудь не убил или он сам не загнулся от страха.

У Ниелах были кое-какие соображения, куда заведут их события, и теперь уверенность лишь окрепла. Надо что-нибудь предпринять. Куда бы ни направлялась «Гончая» и что ни ожидает их на финише, надо браться за дело самой и спасти жизнь и себе, и Денгару, потому что лишенным эмоций, равнодушным голосом Боба Фетт только что объявил, что не станет рыдать над их могилами. Пусть Денгар по старческому маразму верит в дружбу и искренность чувств; она лично дешево не покупается. Напарники? Полный бред! Она действует в одиночку и заботится лишь о собственной шкуре. Так надежнее.

Оставалась единственная проблема: по-прежнему неизвестно, кому же в действительности принадлежит эта самая шкура. Я не знаю собственного имени… И всего, что следует из него: истории, друзей, врагов; у кого можно попросить помощи, а кто вспорет ей брюхо, узнав, что она жива и сбежала с Татуина. В голове у девчонки мелькали лишь подозрения и обрывочная информация. Кто же спрятал меня во дворце Джаббы Хатта? Кто бы он ни был, его следует опасаться. Или их — во множественном числе; неизвестный недоброжелатель мог быть не один. Мало ли в Галактике заговоршиков и злоумышленников? Ведь существовали причины стирать память, выскабливать из головы прошлое, делать из Ниелах танцовщицу и прятать в крепости у могущественного преступника. Наверное, Джабба Хатт знал подробности, но какой в этом прок? Древний склизень погиб и все тайны унес с собой.

В памяти сохранился единственный образ. Не голос, не слова, не какая-то информация, пусть даже осколки. Нет, кто бы ни приказал уничтожить воспоминания, распоряжение выполнили на совесть. Было бы лучше, если бы стерли все, так девчонке было бы легче, потому что единственным приветом из прошлого оказалось воспоминание о лице склонившегося над ней… человека? Теперь-то Ниелах знала, что это был человек, а тогда она видела — нет, не лицо. Маску. Серо-зеленый глухой шлем, потрепанный в давних боях, перечеркнутый темным узким визором и скрывающий живое лицо.

Она видела его потом, во дворце Джаббы Хатта; каждый раз ей становилось страшно, и каждый раз она при этом сердилась. Ниелах чувствовала, что охотнику за головами плевать на свои новые обязанности, хотя Джабба был одним из немногих богатеев Галактики, кто мог позволить себе такого телохранителя. Фетт не столько охранял нанимателя, сколько без зазрения совести занимался собственными делами. Он постоянно куда-то исчезал — то по таинственным поручениям Джаббы, а чаще по собственному почину, — но ухитрялся оказываться в нужное время и нужном месте, когда требовали обстоятельства. Ниелах помнила, как во дворец заявился убезийский охотник и привел с собой пленного вуки. Начался торг, который чуть было не перешел в бойню. Ниелах тогда сбежала из комнаты и подглядывала с галереи, она видела, как Боба Фетт за долю секунды вскинул бластер, готовый стрелять, пока остальные охранники метались по залу в поисках укрытия ненадежнее.