Оля подавленно молчала, изредка поглядывая на спину Жени. Парень что-то быстро записывал в тетради. Когда в классе появились Власов и Филимонов, Женя даже голову не поднял. Зато парни, заметив Потупчика, оживились.
– Опана! – громко проговорил Вадик. – Смотрите, кто выздоровел!
Оля с напряжением следила за ребятами, от волнения теребя провода наушников. Егор, оглядевшись по сторонам, закрыл дверь в класс, что тоже не очень понравилось Воробьевой. Остальные притихли и следили за двумя лидерами.
– Чем болел, Затупчик? – усмехнувшись, спросил Филимонов.
Женя поднял голову и выдержал тяжелый взгляд одноклассника.
– Ты ко мне обращаешься? – спросил он у Вадика.
– К кому ж еще? – снова хмыкнул Филимонов.
– Ты перепутал. У меня другая фамилия.
Дверную ручку кто-то дернул. Затем раздался настойчивый стук.
– Кто там стучит? – насмешливо выкрикнул Вадик.
– У нас тут один стукач! – кивнул на Женю Егор.
– Ребят, открывайте, не смешно! – подала голос Рина. – Это Алла Кирилловна. Сейчас звонок уже будет!
Егор еще раз сердито взглянул на Женю и открыл дверь. В класс быстрым шагом вошла раздосадованная физичка.
– Что это еще за шутки? А, Власов? Прямо перед моим носом закрываться!
– Простите, Алла Кирилловна! – буркнул Власов. – Я вас не заметил.
Егор вместе со звонком на урок уже было двинулся к своей парте, как физичка его остановила.
– Власов, куда? Раз уж ты у доски, с тебя и начнем. Параграф учил? Закон сохранения механической энергии.
Егор остался топтаться на месте, посылая злобные взгляды Жене. Но рыжеволосый сидел с самым невозмутимым видом и крутил в руках карандаш.
– Ох, попал Потупчик! – прошептала Рина, покачав головой.
– Почему? – испугалась Оля. – К доске ж вызвали Егора.
– Я не об этом! В прошлом году от действий Женьки Власов больше всех пострадал.
– А что случилось-то? – не выдержала Оля.
Алла Кирилловна постучала кулаком по столу и выразительно посмотрела на девочек.
– Потом! – поморщилась Синицына, не сводя взгляда с учительницы. – Я параграф не учила.
Оля вздохнула и снова уставилась в спину Потупчика. Но за весь урок Женя к ней так и не повернулся.
Опубликовано в 22.44
ПРО НЕВЫНОСИМУЮ ЛЕГКОСТЬ БЫТИЯ
«Это ужасно, когда ты не можешь быть с человеком, который тебе искренне нравится. Ты поняла, что он тебе нужен больше всех на свете, в вашу первую встречу. Именно тогда, при знакомстве с ним так сильно сжало грудную клетку… Сошла с ума с первого взгляда.
Как хочется наплевать на все правила и предрассудки и просто быть всегда рядом.
От этой любви одни проблемы! Рыдаю, как дурочка.
Глубокий вдох и выдох. Все проходит, как утренняя изморозь на коре».
(K): Если хочешь быть с человеком, просто будь с ним! В чем проблема?
(S): Ты так считаешь?
(K): Конечно! Забей на всех! Смотрела «Клинику»? «Кому какая разница, что думают другие? Загляни в свое сердце и делай то, что поможет стать счастливее».
(S): Спасибо! Я подумаю.
(K): Только знай: я в это время тут буду мучиться, страдать, ревновать…
(S): Бедняга)))
…
(S): Почему молчишь?
(K): Искал перчатки…
(S): Это правильно. С завтрашнего дня обещают похолодание.
(K): … чтобы вызвать его на дуэль!
(S): Шутник))
(K): Я не шучу! Серьезно. Может, все-таки увидимся, и ты поймешь, что и я могу сводить с ума с первого взгляда?
…
(K): Ты где?
(S): Теперь я искала перчатки) Говорю ж, на улице холодно. Как я без них завтра в школу пойду?
(K): Своим равнодушием ты разрываешь мое сердце на куски ((
(S): Перестань! Ты знаешь, как я к тебе отношусь. После твоих слов мне становится теплее.
(K): Правда? И перчатки не нужны?) А теперь представь, что я смотрю на тебя, держу крепко за руку и нежно напеваю: «All my loving»[1]…
(S): Звучит очень уютно! :)
(K): Оля, я тот, кто всегда с тобой.
Глава четвертая
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На следующий день Женя Потупчик не пришел на первые два урока. И Олю все это время разъедала тоска. На первом уроке она прослушала новый материал, и в конце занятий, когда все перешли к практике, не решив ни одной задачи, сдала на проверку пустой лист. На втором уроке снова погрузилась в мрачные мысли, нагрубила Синицыной… Соседка по парте смертельно обиделась и ушла в столовую без Оли. Но ссора с Риной мало взволновала Воробьеву. Больше беспокоило отсутствие Жени на уроках. Ведь он только выздоровел. Может, не пришел в школу из-за Оли? Зря она вчера его избегала весь день. Нарочно на переменах была все время рядом с Синицыной, чтобы Женя не мог к ней подойти, а после уроков первой бросилась в гардероб и из школы убегала, на ходу наматывая шарф…
А если Женя решит, что Оля не общается с ним из-за того, что наплела Рина? А что, разве дело не в этом? «Глупости! Плевать, что думают о Жене остальные, – внушала себе Оля. – Я избегала парня, потому что глупо вышло с этим выдуманным именем… Что он обо мне теперь думает? Что я девочка с кучей комплексов? Не нужно было называться Цветолиной!»
После второго урока Оля сидела в столовой одна, лениво ковыряя вилкой разваренные макароны. Рина расположилась за соседним столом и что-то бурно обсуждала с Яной Пучковой. В сторону Воробьевой даже не смотрела. Оля только тяжело вздохнула. Дурацкий день! Еще и на улице это обещанное похолодание. Небо серое, сильный ветер с дождем с самого утра. Вот и сейчас за окном поливает. Девочка почувствовала себя такой одинокой среди этих гудящих веселых подростков, которые знают друг друга с первого учебного дня.
– Привет! – раздалось над самым ухом.
Оля растерянно подняла голову.
– Привет, Женя! – пролепетала она.
– Сяду с тобой? – спросил парень.
– Да, конечно! – смущенно отозвалась Оля.
Женя поставил на стол свой поднос. Воробьева машинально взглянула в сторону Синицыной и тут же встретилась с ее укоризненным взглядом. Рина нахмурила брови, показывая всем своим видом недовольство. Потом заладит: «Я же тебе говорила!»
Женя сел рядом и как ни в чем не бывало принялся есть. Оля только искоса на него поглядывала. Потом решилась задать вопрос:
– Ты не был на первых двух уроках, потому что…
– Ага, – прожевав, кивнул Женя. – Проспал!
– Проспал? – немного разочарованно откликнулась Воробьева.
– Ну да, – пожал плечами Женя. – А что?
– Да ничего…
Женя внимательно посмотрел на Олю, а потом улыбнулся. И верхняя губа снова коснулась металлического колечка в носу. Оля как завороженная смотрела на его улыбку.
– А ты решила, что я из-за тебя в школу не пришел?
– Нет! Нет! – запротестовала Оля, покраснев. Вот же какой проницательный!
– Я – сова, – пояснил Женя. – Вообще не могу поднять себя к первому уроку.
– Понятно.
Ребята замолчали.
– Слушай, Женя… Я тебя вчера избегала не потому, что… – Оля снова примолкла, а Женя нахмурился.
– Что про меня наплела Синицына?
– Ничего, – пискнула Оля. Хотя она сама прекрасно слышала, как с Женей разговаривают Власов с Филимоновым.
Парень, будто прочитав ее мысли, сказал:
– На тех двух клоунов внимания не обращай. Они с чего-то решили, что все должны воспринимать их всерьез и считать за главных. Бред!
Женя усмехнулся и потянулся за хлебом. Оля осторожно огляделась по сторонам. На них с Потупчиком уже поглядывали многие десятиклассники. Может, для начала стоит узнать, что натворил Женя, попав во всеобщую немилость? Но не разговаривать же об этом с самим парнем. Неудобно. Воробьева набрала побольше воздуха в легкие и выдала:
– Я не общалась вчера с тобой, потому что мне ужасно стыдно, ведь я представилась Цветолиной!
– Кстати, а зачем ты это сделала? – снова улыбнулся Женя той улыбкой, от которой у Оли сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Это колдовство какое-то!
