— Сейчас поднимусь.
Вольнов поднялся наверх, но сначала обошёл с боцманом палубу и лишь затем стал подниматься на мостик.
— Ну и что мы имеем на данный момент! — он посмотрел в бинокль. — Понятно… Красивая штука! Нам бы такую!.. А?…Старпом? Что молчишь? — он говорил, не отнимая бинокль от глаз.
— Такая посудина, пожалуй, подороже, чем мы вместе с нашими деревяшками.
— А ты почём знаешь?
— Афанасич!!! — Ковалёв изобразил на лице удивлённую мину. — Я ведь родился и вырос на море… и при том, на Чёрном.
— Ладно! Ладно! Знаю я… Похоже дрейфуют… Посигналь ещё.
Вой сирены вновь прокатился над морем.
— Да-а-а… Говорят, что утренний сон самый крепкий, а если ещё и… — Ковалёв улыбнулся и легонько хлопнул себя по шее, — да и в обществе русалок…
— Непохоже, чтобы там кто-то спал… Да и спальный район что-то выбрали слишком далеко от берегов.
— А что! На такой красавице и в кругосветку не грех сходить!
— Ладно! Давай команду на «стоп» и готовь шлюпку. Посмотрим, что это за «Летучий голландец». — Лесовоз сбавил ход и стал медленно подходить к яхте. — Смотри, не расколи эту скорлупу!
— Всё в порядке, капитан! — улыбка скользнула по лицу Ковалёва. — Сейчас мы их разбудим!.. Боцман! Шлюпку на воду!
Минут через десять шлюпка плавно опустилась на воду и, вслед за ней, за борт змейкой скользнул штормтрап. Ковалёв взял с собой четырёх человек.
— Осмотри там всё… Особо не ковыряйся! Рацию не забудь!
Несмотря на то, что расстояние между лесовозом и яхтой было не более пятисот метров, грести пришлось почти полчаса — яхта быстро дрейфовала.
— Вот чёрт! — выругался Ковалёв, когда они подошли к яхте. — Попали на течение!.. — кроме этого, было видно, что будут проблемы и с поднятием на борт. У них не было с собой никаких снастей. — Заходим с кормы! Попробуем через моторный отсек.
Утренний ветерок раскачивал яхту на волнах и им только с третьей попытки удалось подняться на борт. Двое остались в лодке, а сам он с двумя другими стали осматривать яхту.
— Давай к штурвалу! — подтолкнул он одного из них, — а ты спустись в машинное. Посмотри, что там.
От бортовой качки, дверь в рубку то открывалась, то закрывалась, издавая при этом протяжные и скрипучие звуки. Необходимо было развернуть яхту по ветру, чтобы их не уносило от лесовоза. На двери Ковалёв заметил небольшую бронзовую пластинку с какой-то надписью. Надпись была сделана на английском.
— «БИГ МУН» — вслух прочитал он. — «БОЛЬШАЯ ЛУНА». Красивое название!
Яхта действительно была выкрашена в нежный, золотисто-жёлтый цвет. Матрос попытался открыть дверь рубки шире, чтобы войти, но что-то мешало изнутри. Она упиралась во что-то мягкое и отходила назад. Он зашёл сбоку и заглянул внутрь. Прямо за дверью ничком лежал человек.
— Старпом!!! — крикнул он. — Иди сюда! — Когда Ковалёв подошёл на крик, тот показал ему на окно. — Смотри!
Лежавший за дверью человек был небольшого роста, со смуглой кожей лица и слегка вьющимися, чёрными волосами. На нём была тёплая куртка и голубого цвета рубашка. Она вылезла из брюк и вместе с курткой оголила спину почти до лопаток. На спине были видны большие, синие с лиловым оттенком пятна. На полу плескалась вода. Они с силой надавили на дверь. Тело скользнуло по мокрому полу, и они протиснулись в рубку. Ковалёв перевернул мужчину на спину и увидел на правом виске рваную, с ещё сочившейся кровью, рану. Он огляделся вокруг. Ему хотелось увидеть, что могло в рубке нанести такую рану. Однако ничего подходящего на глаза не попадалось. Он приложил руку к шее мужчины. Пульс не прощупывался. Стоявший рядом матрос спросил:
— Ну, что?
Ковалёв покачал головой.
— Мёртв.
Они вышли из рубки. Матрос снова спросил его.
— Ну, что будем делать?
— Что ты занукал!?… Сейчас осмотрим, а там видно будет!.. Давай вниз. Здесь должно быть с десяток спальных кают, а может и больше… Яхта здоровая… Кстати, ты заметил, — Ковалёв почесал подбородок, — когда мы подходили, на борту не было имени яхты?
— Я же кормой к ней сидел, старпом! — улыбнулся матрос.
— Ладно! Иди вниз, а я посмотрю.
Он прошёл на нос яхты и, перегнувшись через леера, посмотрел вниз. Вдоль всего правого борта шли глубокие волнистые царапины. На том месте, где было крепление букв, лишь зияли рваные дырки. «Похоже, досталось тебе красавица! — подумал он. — Кто-то крепко тебя приложил!.. А, может, специально оторвали?»
Внизу действительно оказалось десять двуспальных кают. Их разделял довольно широкий коридор. Все они, кроме одной, оказались открытыми. Когда Ковалёв спустился вниз, наверху раздался голос второго матроса:
— Старпом!.. Где вы?
— Давай вниз, в каюты! — и увидев его, спросил. — Что там с машиной?
— Да, дело дрянь! Движок вроде в порядке…. а аккумуляторам капец. Всё залито водой.
Вода плескалась и в каютах. Засучив штанины, они медленно двинулись вперёд. Первые три оказались пустыми. Рундуки были открыты и залиты водой. В следующих они обнаружили скомканные постели. По полу катались бутылки и плавали банки из под пива. Не обнаружив ничего интересного, они уже собирались подниматься наверх, когда Ковалёв тронул ручку последней, закрытой каюты. Он слегка надавил на неё, но дверь не поддалась. Толкнув плечом, услышал, как щёлкнул замок и внизу захлюпала хлынувшая в каюту вода. Матросы уже поднялись наверх, и что-то обсуждали, стоя у трапа.
— Мужики! Подождите!.. Здесь что-то есть! — Когда они спустились вниз, старпом уже стоял в каюте. У противоположной стены, прямо под иллюминатором, скорчившись, лежал высокий, светловолосый мужчина. На нём была тёмно-коричневая в клетку «шотландка» и синие джинсы. Он лежал спиной к двери. Подойдя ближе, Ковалёв нагнулся к нему и, слегка тронув за плечо, заглянул в лицо. Увиденное, заставило его отшатнутся. Лицо лежавшего было неестественно жёлтого цвета с хорошо видимыми прожилками сосудов. Широко открытые глаза, казалось, не вмещали глазные яблоки, и те должны были вот-вот вывалиться наружу. Цвет их был почему-то красным. Из перекошенного рта тонкой струйкой на расстёгнутый ворот рубашки вытекала красноватая пена. Пальцы рук были сжаты в кулаки и подтянуты к животу. — Вот… это… натюрморт! — медленно произнёс он и сделал шаг назад. Обвёл взглядом каюту и заметил на постели скомканный блестящий тюк. — Посмотрите, что там.
Один из матросов развернул тюк.
— Смотри, старпом!
— Гидрокостюм?
— И не просто костюм!.. Это норвежский! В нём можно до сотни метров спускаться.
— А ты откуда знаешь?
— Я действительную служил водолазом… Нам показывали такие. Здесь должен быть электроподогрев… Да…, вот всё есть! — Он задел дверцу шкафчика, разместившегося за дверью каюты, и она открылась.
