Барбаган и Лестер стремились лишь к своему собственному величию и, несмотря на разительное отличие характеров, в этом стремлении были едины. К старшему брату Волай испытывал гораздо более теплые чувства, чем к среднему. Он всегда был честным и прямым парнем, не чурался того, чтобы взять на себя инициативу, порой взваливал на свои плечи даже больше того, чем было необходимо, всегда готов был прийти на помощь братьям. Он был старшим, и, наверное, подспудно чувствовал свою ответственность за них. Все это так, но тот же самый Барбаган, помимо этих положительных качеств, обладал еще и поистине ослиным упрямством. Если уж он чего решил, то ничто не могло свернуть его с выбранного пути. Лестер ухитрялся каким-то образом влиять на старшего брата, Волаю же этого не удавалось никогда. Вот и сейчас тоже. Барбаган уже спланировал, каким он видит будущее Лироса, даже не спросив его мнения.
Что же касается Лестера, то он был истинным сыном Ассаана нынешнего, погрязшего в интригах и внутренней борьбе за власть. Он был талантлив, гораздо способнее того же самого Барбагана, но ленив и избалован. Лестер обожал комфорт и праздное времяпровождение, и таким, наверное, видел и тот мир, который достался ему во владение. А в том, что своим изворотливым умом он склонит на свою сторону и старшего брата, Волай не сомневался. Совместными усилиями они превратят Лирос в некое подобие Ассаана, развратят подачками и праздностью его народы и, в конечном счете, просто погубят его окончательно. Мир, лишенный внутренней силы, не жизнеспособен, любая серьезная встряска приводит его к катастрофе, и Волай отлично понимал это. Именно потому он и ушел от братьев, но вот что собирался делать дальше, пока не знал. У него не было ничего, кроме этих пятерых волчат.
За размышлениями Волай закончил работу над корзиной, уложил в нее уже немного окрепших щенков и двинулся дальше. Вскоре на горизонте показались невысокие горы, а часа через три пути он вышел на берег быстрой, каменистой речки и пошел вдоль нее вверх по течению. Вода весело журчала между округлых валунов, берега становились все круче, пока не превратились в живописный каньон, в конце которого уже проглядывался красиво низвергавшийся с высоты водопад. Волай подошел к нему, поставил корзинку с волчатами на плоский камень, после чего разделся по пояс и ополоснулся в леденящих кожу струях. Холодный душ взбодрил его, придал новых сил и даже поднял настроение. Одевшись и подхватив корзину, он легко вскарабкался по камням к верхней точке водопада и огляделся по сторонам.
Взору Волая предстала обширная долина, со всех сторон окруженная горными вершинами. Самые высокие, в ее дальнем конце, даже имели ледяные шапки и сверкали в лучах скудного осеннего солнца, словно драгоценные камни. Здесь было удивительно тихо и красиво.
-Вот мы и пришли, - вслух сказал Волай, обращаясь, то ли к самому себе, то ли к волчатам. - Здесь отныне будет наш дом.
Одного за другим он вытащил своих "попутчиков" из корзины.
-Все, ребята, приехали! - весело подбодрил он их. - Теперь топайте за мной своими собственными лапами. Ну а я попробую найти что-нибудь, похожее на жилье. Зима ведь скоро, и нам необходимо найти место, где можно будет укрыться от стужи и ветра.
Волай двинулся вдоль горного склона, внимательно осматривая его. Волчата весело бежали за ним следом, походя устраивая возню, и то и дела затевая игры. Несколько раз он останавливался, обнаружив пещеру или расщелину, но ни одна из них пока не удовлетворила его полностью. Пещеры неизменно оказывались тесноваты, некоторые из расщелин, хоть и глубоко врезались в горную толщу, но не имели укрытия сверху. Только ближе к вечеру Волаю наконец-то повезло. Найденная им пещера имела узкий, приземистый вход, но, протиснувшись внутрь, он просто остолбенел от неожиданности. Такой роскошный подарок судьбы мог преподнести только Лирос!
Перед ним распахнул свои просторы настоящий пещерный замок! Идеально отполированный пол, могучие колонны, поддерживающие высокие своды и покрытые великолепной резьбой, мягкий, струящийся откуда-то сверху свет. Сомнений не было - замок являлся творением искусных рук гномов, некогда во множестве обитавших на Лиросе. Сейчас он был заброшен, но это-то как раз и устраивало Волая больше всего. Он искал не шумной компании, а только уединения, чтобы спокойно разобраться со своими мыслями и более детально продумать план дальнейших действий.
Наскоро покормив волчат, Волай занялся изучением своего нового жилища. То помещение, которое так восхитило его, оказалось не более, чем обыкновенным холлом. Сам же подземный замок распространялся далеко вглубь горы и имел множество залов и комнат. Все они отличались великолепием отделки, но на этом сходство и заканчивалось. Каждая, пусть даже самая небольшая комнатенка имела свой собственный облик, свой стиль, свой декор. И хотя все это убранство несло на себе печать времени, но по-прежнему восхищало глаз.
Но все это, к сожалению, касалось только стен, да еще сводчатых потолков и полов. Все же прочие детали интерьера: мебель, предметы быта, канделябры, великолепные ковры и роскошные драпировки, все это исчезло бесследно. Гномы покидали свой дом не в панике, под натиском какого-то неведомого внешнего врага, а просто планомерно переселялись в какое-то другое место. Куда именно? Об этом сейчас уже сложно было сказать.
В самом дальнем конце пещерного замка Волай обнаружил мастерские гномов. Больше всего его порадовала кузница. Хотя большинство инструментов отсутствовало, сам горн сохранился отлично, а изготовить недостающее не составило бы для него такого уж большого труда. Вот только для кого стараться? Чья рука возьмет в руки кузнечный молот? Чьи голоса наполнят жизнью эти пустынные залы? Кому Волай сможет передать все свои знания? Ему нужен был свой народ, а вот его-то пока как раз и не было.
В мрачной задумчивости, Волай вернулся в комнату, которую избрал для своего проживания. Там, свернувшись клубочком на его брошенном на пол плаще, безмятежно спали волчата. Он не стал им мешать, сел на корточки, прислонившись спиной к стене, и продолжил свои размышления.
-Барбаган ясно дал понять, что намерен подчинить себе все народы Лироса, - думал он. - Если я начну переманивать кого-то из них на свою сторону, то это может привести к ссоре, даже к открытому противостоянию с ним. Нужно ли мне это? Барбаган - сильный бог. Сильный и решительный. Ну а если они объединяться с Лестером, их силы не удвоятся, а утроятся, поскольку каждый будет компенсировать недостатки другого. Что смогу противопоставить их совместным действиям я? Вообще-то многое! Я всегда был способнее их обоих, о чем неоднократно говорили мне и Мэлвин, и мать. Только вот стоит ли идти на конфликт с братьями из-за такой мелочи? Да, Лирос был отдан не одному Барбагану, а нам троим, и он не имел никакого права присваивать верховную власть над ним себе, отведя нам роль подручных. Боги ведь сильны теми, кто им поклоняется, а, лишив нас поддержки снизу, он ограничил и наши возможности. Но как же тогда поступить?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
