Читаем без скачивания Звёздный «Кентавр». Первая ступень - Геннадий Ангелов

— Извините, но меня ждёт врач, так, что как-нибудь сами, без моей помощи.

В зале воцарилась тишина, и было слышно, как на столах гудят мухи.

— Ну, ты попал земляк, теперь тебе точно к врачу придётся идти. Перелом руки гарантирую.

На шее здоровяка от злости вздулась вена, он медленно поднялся и направился ко мне. По пути потрескивая костяшками пальцев. Народ молчал, и ждал с интересом продолжения. Я имел опыт уличных драк, и хотя испугался не на шутку, решил дать отпор.

— Значит так, пацан, с этого дня ты мой личный помощник. Будешь стирать носки, трусы. Одним словом проходить курс молодого бойца. Врубился дятел?

Он хотел взять меня за ухо и потянуть, но я отбил руку и со всей силы заехал обидчику в челюсть. Удар получился такой силы, что шкаф плавно качнулся и свалился с грохотом на пол. А я сжал кулак и начал его трясти. Боль была невыносимая. В одно мгновение кисть правой руки опухла. Человек пять вскочило и бросилось ко мне. Я был готов продолжать драться, хотя правая рука болталась как плеть.

— Отставить, что тут такое!

В дверях показался среднего роста сержант, и сразу бросился к лежащему на полу бойцу. Похлопав несколько раз того по лицу, и убедившись, что он жив, сержант встал и оглядев меня с ног до головы спросил:

— Твоя работа?

— Моя, — ответил я и ещё сильнее сжал правую руку.

— Это ты сегодня был на присяге?

— Так точно, я!

— Считай, что вступительный экзамен для прохождения службы с «Кентаврами», ты прошёл. Поздравляю!

Он улыбнулся и дружески похлопал меня по плечу.

— А на вид и не скажешь, что столько в тебе здоровья. Но дух боевой на лицо, нам в роте такие солдаты нужны. Это для всех вас урок бойцы. Дедовщина в армии не нужна, сколько вам повторять. Тут все равны и нет особо приближённых к командиру части.

Он грозным взглядом обвёл солдат. Те стояли с опущенными плечами и молчали.

— Берите пример, кстати, как твоя фамилия боец?

— Суворов Алексей.

— Вот вам пример, каким должен быть боец «Кентавра»! Не в спортзале, на мягких матах, а в реальной обстановке. Когда от одного выстрела, или удара, зависит не только твоя жизнь, но и остальных.

Шкаф на полу приходил в себя, и что-то бормотал. Из носа у него текла кровь, которую он растирал по щёкам.

— Ну как Петров, получил на орехи? Я тебя всегда предупреждал, что рано или поздно, но найдётся человек, который тебя поставит на место. А ты мне не верил. Поднимите этого незадачливого спортсмена.

Трое солдат помогли подняться Петрову. Тот плохо соображал, однако пытался оправдываться.

— Два наряда вне очереди, и если ещё раз такое с твоей стороны повторится, я буду вынужден написать раппорт на отчисление. Проводите его в санчасть.

Солдаты повели Петрова, и обстановка приняла обычную атмосферу. Народ молча лопал борщ, и бегал за добавкой, иногда бросая в мою сторону любопытные взгляды.

— Как рука? — спросил у меня сержант.

— До свадьбы заживёт, — ответил я, с трудом унимая дрожь в голосе.

— Ладно, — махнул рукой сержант, — у нас ещё будет время для разговоров. Дуй к врачу, и ни кому не слова, о том, что произошло. Не люблю сексотов, и прочих жополизов. Держи Суворов язык за зубами, если врач спросит за руку, скажи, споткнулся в столовой.

Я отправился к врачу, в душе жалея о случившемся инциденте. В своей правоте я не сомневался, но это всего лишь первый день в армии. Что же будет дальше? Почесав затылок, я постучал и открыл с волнением дверь. Доктор сидел на прежнем месте, и что-то записывал в журнал. Медсестры не было. Он поднял голову и снял очки, наблюдая существенные изменения в моём поведении. Я продолжал сжимать руку, периодически растирая запястье.

— Проходи, и показывай руку. Что уже успел зацепиться за стул?

— А, как вы догадались?

Я с благодарностью улыбнулся и уселся на стул.

— У нас такие случаи часто происходят, покажи руку.

Я протянул руку, и доктор тщательно прощупал её.

— Перелома нет, сильный ушиб. Тебе повезло, Суворов.

Он встал и открыл большой стеклянный шкаф. Покопавшись в нём, достал тюбик с мазью и протянул мне.

— Мазать утром и вечером, можешь прямо здесь и приступать.

Я открыл мазь, с противным запахом лимона, и сморщил нос.

— Ничего, что так воняет, потерпишь. Зато через день, два, будешь как огурчик. Не передумал служить? А то мало ли, можно ещё не один раз ногами цеплять стулья, лестницы.

Он с теплотой улыбнулся и слегка дёрнул правым плечом.

— Нет, — сказал я решительным тоном. — С каждым может случиться…

— Хорошо, — сказал доктор, — так на чём мы остановились? Ах, да я тебе рассказывал о женщинах роботах. М-да, — протянул он. — Эта неприятная история, сейчас уже стала притчей. Мне самому не верится, что когда-то такое было.

Он говорил об этом совершенно спокойно, не меняясь в лице. Казалось даже, что это происходило не с ним, а с другим человеком.

— Так вот, ты человек, и повторяй это как можно чаще. Словно молитву, особенно в трудные минуты. Я ознакомился с результатами твоих тестов и скажу, что для прохождения службы в «Кентаврах», ты полностью пригоден. Ты не глуп, здоровьем не особо блещешь, но это поправимо. Электроника не твоё занятие, но вот принимать решения ты способен, не раздумывая. Взгляни.

Он взял не большой пульт в руки и нажал на него. В углу комнаты появился монитор, на экране которого возникло изображение столовой. Я чуть со стула не упал. Доктор смотрел, и часто моргая глазами улыбался. Драка была записана на камеру. У меня язык прилип к нёбу, и я прокашлялся.

— У нас везде стоят камеры, заруби на носу, сам понимаешь, это не институт в котором воспитывают дипломатов. Это военная база «Циклон», тут всё под контролем. Ты правильно поступил с Петровым, но впредь мой тебе совет, старайся такие проблемы решать мирным путём. Моли Бога, чтобы об этом не узнал командир части.

От доктора я вышел в подавленном состоянии, мне не понравился тотальный контроль, за людьми, который царил в «Циклоне». Хотя может это и правильно? С бумагами в кармане я нашёл комнату сержанта. Тот сидел на стуле и читал газету. Подняв глаза, он отложил её в сторону и встал.

— Давай бумаги, Суворов. Как рука? Врач выписал лекарство? Моя фамилия Карпов, Игорь Николаевич, теперь ты полностью мой.

Его маленькие карие глаза пробежали оценивающе. Лицо сержанта было плохо выбрито, особенно на бороде торчала пучками щетина. Большой рот и широкий морщинистый лоб подчёркивали наличие интеллекта. Он хитро прищурился и принялся с напряжённым вниманием изучать документы.

— Давай лапу Суворов, я сделаю из тебя настоящего мужика. Или ты погибнешь, не выдержав нагрузок. «Кентавры» — это гордость армии, элита. Пойдём, я познакомлю тебя с твоими будущими товарищами и покажу часть. Сегодня твой первый день, будем считать его выходным, хотя с твоей рукой…

Он покачал головой и скривился.

— Неделю придётся отсиживаться, изучать материальную часть.

Мы вышли и направились по длинному коридору. Везде стены были выкрашены белой краской. У выхода стояла тумбочка с дежурным. Спортивный зал, в котором мы оказались, впечатлял. Там стояли тренажёры на любой вкус. На полу лежали широкие маты.

— Вот здесь и проходит у нас физическая подготовка. Этому уделяется большое внимание, и нормативы сдаются солдатами каждый месяц. Кто не справляется, дополнительно занимается с инструктором, — сказал сержант. — Ты спортом не занимался?

— Нет, не особенно хотелось, если честно.

— Здесь придётся тебе Суворов полюбить спорт, иначе дело табак. А драться где научился?

— Драться? С ребятами на улице приходилось…

Я замолчал, вспоминая наши вылазки в ночной город за одинокими прохожими, и квартирные кражи.

— Пойдём, я покажу тебе остальные классы.

Мы поднялись на второй этаж, и так практически до вечера я знакомился с частью, переходя из одного кабинета, в другой. На ужине в столовой, сержант познакомил меня с остальными «Кентаврами». Ребята оказались такими же щеглами в армии, как и я. У всех подготовка занимала не меньше полгода. В регулярные войска проходили те, кто выдерживал первые полгода и показывал выполнение всех нормативов. Уже перед отбоем я решил выйти и прогуляться. В части никого не осталось, только дежурный офицер, и ещё пару человек.

— Вечер добрый, — услышал я знакомый голос. Повернувшись, увидел сержанта, с которым встретился, в первый раз.

— Ты ещё здесь? — спросил он удивлённо. — Не думал, что останешься. Куда взяли на службу?

— В «Кентавры»! — ответил я с гордостью.

— Ага, — физиономия его расплылась в широчайшей улыбке. — Не пойму чему ты радуешься? «Кентаврами» затыкают все дырки в нашей Галактике. Им не приходиться отсиживаться в тылу. Я никогда им не завидовал. Смелые ребята, хотя трусов среди них тоже хватает. И бегут они как крысы с корабля, при серьёзной драке. Поверь, что свои нашивки я заслужил, будучи на передовой. Ох, и жарко там бывает. На «Кентаврах» держится русская армия, но умников там хоть отбавляй. Бывают, натворят в пылу атаки, что потом пехота целый месяц разгребает. Но и привилегий у них достаточно. Вот хотя бы новые роботы, бабы… Красота, да и только.