Читаем без скачивания Приключения Ломтика - Лейла Берг

— Ну и повезло же тебе! — сказал Ломтик. — Ведь у часов нет предохранителя. Правда, Майк? Думаю, что нет, — часы с предохранителем стоят очень дорого. У мамы были такие часы, и, когда она однажды сидела на верхней ступеньке стремянки и раскачивалась, чтобы узнать, сколько времени можно удержаться в таком положений, она упала. Часы остались невредимы, а мама ушиблась. А у папы были водонепроницаемые часы; один раз он забыл их снять и лёг в ванну со льдом. Папа чувствовал себя отвратительно, а часам хоть бы что! Во всяком случае, твои часы, очевидно, очень хорошие и очень крепкие.

Мальчики начали искать, обо что споткнулся Майк, и увидели на тротуаре пакет. Зацепившись за него носком ботинка, Майк порвал обёртку, и из пакета высыпался сушёный горошек.

— Странно! — сказал Майк. — Подумай только, кто-то потерял пакет сушёного горошка. Давай возьмём его с собой и сварим гороховый суп. Он гораздо вкуснее, чем томатный.

Мальчики подняли пакет и пошли дальше. Не успели они отойти немного, как увидели на тротуаре большой пакет пшеничных хлопьев. А немного подальше лежал свёрток с двумя тонкими кусочками грудинки.

— Знаешь что? — сказал Ломтик. — По-моему, идёт дождь из продуктов.

— Дождь? — повторил Майк. — Дождь бывает только из мокрой воды и ни из чего больше.

— Нет, не только, — возразил Ломтик. — Иногда бывает дождь из лягушек. Папа рассказывал, что бывает. Очень сильный ветер поднимает из пруда тритонов и лягушек, носит и кружит их некоторое время, а потом они падают где-нибудь совсем в другом месте. А ещё бывает «кровавый» дождь: иногда ветер вместо лягушек подхватывает миллионы мелких красных червячков. Когда они снова падают на землю, это похоже на кровавый дождь. Если бы я подумал хорошенько, то, наверное, вспомнил бы ещё что-нибудь в этом роде; но я ужасно голоден, а это всегда мешает мне думать.

— Что ни говори, — сказал Майк, — всё это сплошной обман. Дождём называется только то, что падает прямо из облаков. Кроме того, я никогда не слышал, чтобы шёл дождь из пшеничных хлопьев или из грудинки. Да и ты не слышал, бьюсь об заклад! Знаешь что, Ломтик? По-моему, кто-то сбрасывает продукты с самолёта. Самолёт, наверное, перегружен и не может лететь как следует, вот лётчики и выбрасывают всё ненужное. Вслед за продуктами, вероятно, начнут выбрасывать пассажиров. Нам бы следовало разложить на земле подушки, чтобы люди не ушиблись.

Ломтик считал, что подушки не помогут. Вот если бы что:нибудь, что пружинит! Только Ломтик хотел это сказать, как вдруг мальчики увидели миссис Спригз.

Собственно говоря, увидели они не её, а только верхушку её шляпы.

Мальчики узнали шляпу миссис Спригз по большому жёлтому перу. В своё время перо принадлежало Гоулди, попугайчику мистера Смита. В один прекрасный день Гоулди непонятно почему начал выдёргивать себе перья. Мистер Смит никак не мог его остановить. Наконец он догадался перевесить клетку на сквозняк. Тут Гоулди сразу понял, что перья ему всё-таки нужны. Мистер Смит, конечно, намазал Гоулди мазью, и перья опять выросли. Гоулди чуточку простудился, но, если бы мистер Смит дал ему выдрать все перья, он бы, конечно, гораздо сильнее простудился и, возможно, даже умер бы. Уж лучше было повесить клетку на сквозняке, хотя сначала мистеру Смиту казалось, что он поступает слишком жестоко.

Из выдранных перьев мистер Смит выбрал самое красивое и подарил его миссис Спригз. Он знал, что она не в состоянии купить себе новую шляпу — ведь шляпы очень дороги, — а благодаря новому перу старая шляпа будет выглядеть очень элегантно. Кроме того, он знал, как миссис Спригз любит Гоулди. Он решил, что ей приятно будет носить что-нибудь напоминающее о Гоулди, да и Гоулди тоже это будет приятно.

Теперь вам понятно, почему Ломтик и Майк угадали, что шляпа, которая двигалась по улице, принадлежала миссис Спригз. И действительно, под шляпой оказалась сама миссис Спригз.

Миссис Спригз несла целую охапку пакетов, и они совсем закрывали её лицо. Она всё время приговаривала:

— Разрази гром мою новую шляпу! Я потеряла пакет с грудинкой.

Или:

— Растолките меня в ступке! Я потеряла пшеничные хлопья!

Или:

— Раздавите меня бисквитом! Я потеряла фунт гороха.

Время от времени из кучи пакетов падал ещё один. Миссис Спригз вскрикивала и говорила:

— И он упал! Какой нахал! Он вслед за братьями удрал!

Ломтик и Майк что было духу помчались за ней.

— Мы нашли ваши пакеты, миссис Спригз! — кричали они. — Мы поможем вам их нести!

Миссис Спригз никак не предполагала, что поблизости есть кто-нибудь. Охапка пакетов в её руках была очень высока и мешала смотреть по сторонам. Услышав голоса, миссис Спригз вздрогнула и уронила все остальные пакеты; они разлетелись по тротуару и все полопались. Манная крупа перемешалась с макаронами, сосиски валялись облепленные почтовыми марками, чернослив был залит горчицей, а морковки стали совсем белыми — они угодили в муку. Упало и яйцо, но не разбилось. Миссис Спригз очень огорчилась: раз скорлупа успела затвердеть, значит, яйцо не свежеснесённое.

— Как жаль, что оно не разбилось! — всё время повторяла она.

Втроём они кое-как подобрали пакеты и распределили между собой. Каждому пришлось нести всего по нескольку пакетов.

— А где же ваша продуктовая сумка, миссис Спригз? — спросил Ломтик. — Ведь у вас такая красивая блестящая красная сумка в белую полоску.

— Она исчезла, — ответила миссис Спригз. — В этом-то всё несчастье! Вчера я принесла в ней рыбу. Помню, как вынула рыбу и опустила её в раковину, а сумку оставила на стуле, пока вешала пальто. Когда вернулась, сумки не оказалось. Вот и таскай теперь покупки в руках! Если бы не вы с Майком, не знаю, что бы я делала. Клянусь моими бархатными туфельками! А ну-ка, поднажать надо, Ада! — Миссис Спригз поправила расползавшиеся пакеты и прибавила шагу.

— Что вы сказали? — спросил Майк. — Я всё расслышал про рыбу и про сумку, а последних слов не разобрал.

— «Поднажать надо, Ада»? — переспросила миссис Спригз. — Я просто сказала: «Поднажать надо, Ада». Прыгни ко мне в карман, Майк! Подумать только — сын мастера не знает, что значит «Поднажать надо, Ада»!

— А что же это всё-таки значит? — добивался Майк.

— Это просто значит «поднажать надо». А я ставлю на конце «Ада», чтобы было смешнее. Это значит: «Поторапливайся», или: «А ну-ка, поднажми», или ещё что-нибудь вроде этого. Я подцепила это выражение у своей племянницы. Во время войны она два года проработала на машиностроительном заводе. Там все так говорили. А сейчас пакеты, того и гляди, разъедутся в руках. Надо поскорее донести их до дому, вот я и сказала: «Поднажать надо, Ада».

Миссис Спригз опять поправила пакеты и ещё прибавила шагу.

— Поднажать надо, Ада! — повторили Майк и Ломтик.

Они тоже поправили свои пакеты и поспешили вслед за миссис Спригз.

Ломтик сказал:

— Вот что, миссис Спригз, мы с Майком пойдём пообедаем, а потом поищем вашу продуктовую сумку.

— Бьюсь об заклад, что мы её найдём! — сказал Майк. — Мы превосходные ищейки. Не дальше как на той неделе мы нашли мамин клубок шерсти в супе. По-моему, моя маленькая сестрёнка сунула его в вермишель. Она, конечно, сделала большую глупость — вместе с вермишелью шерсть попала в томатный суп и стала красной. Теперь маме приходится ввязывать красную полоску в новый белый джемпер. Но, если бы мы не нашли шерсть, мама совсем не могла бы закончить джемпер. Как видите, вам нечего беспокоиться о продуктовой сумке — мы её найдём!

— Ну что ж! — сказала миссис Спригз. — Это очень любезно с вашей стороны. А если и не найдёте сумку, всё равно буду рада вас видеть. Вчера вечером я испекла вкусный пирог, и вы получите по ломтику.

Мальчики положили покупки миссис Спригз на кухонный стол и отправились к Ломтику обедать.

Майк съел две чашки томатного супа. Он утверждал, что есть суп из чашки гораздо вкуснее, чем из тарелки, — в тарелке он всегда кажется пересоленным. Ломтик съел одну чашку. Потом мальчики съели по пять сандвичей с сёмгой и по шесть сандвичей с яблоками и сгущённым молоком. Потом по куску пирога с апельсиновой глазурью. Им бы хотелось съесть гораздо больше пирога, но больше просто не влезало. Всё-таки они отрезали и завернули в бумагу ещё кусок, решив отнести его в подарок миссис Спригз. Потом Майк выпил одну чашку какао, а Ломтик выпил две. И, наконец, они съели по марципановому яблоку.

— Как странно, — сказал Майк, — можно съесть гораздо больше, когда ешь несколько разных блюд. Не то что одно или два.

— По-моему, — ответил Ломтик, — это вот отчего: когда блюд много, мы едим быстрее — торопимся перейти к следующему.

Поев, мальчики помыли посуду, убрали всё и отправились к миссис Спригз.

По дороге Майк посмотрел на часы и сказал: