как завтра война?
Тут ужас обуял Ивана Лукича. Мысль о том, что не готовы, заставила его вскочить с постели — позвонил министру обороны и приказал срочно собрать заседание командного состава. Министр спросонья ничего не понял:
— Бомбардировщики в воздух поднимать?
«Похоже, ему тоже сон приснился, но не такой, как мне. Поэтому и готов шашкой махать без всякого разбору».
— Ужо доберусь я до тебя, тогда всё популярно объясню, на всю жизнь запомнишь! Чтоб через час со всеми замами был у меня!
— Так ведь погода нелётная, Иван Лукич, вон как за окном метёт! А если на поезде, разве что к вечеру прибудем в Питер.
«И то верно — все министерства по-прежнему в Москве, поскольку ещё не успели переехать. Ну можно ли воевать в таких условиях?»
— Тогда видеоконференцию проведём.
Тот снова за своё:
— А боевую тревогу объявлять?
«Да что ж это такое? Перепились они там, что ли?» И только тут сообразил, что сегодня День защитника Отечества. «Надо бы поздравить генералов, а я им разнос хочу устроить».
— Ладно, как-нибудь на днях обсудим, когда что объявлять и надо ли.
— А чего тогда звонил?
— Проверка связи.
«Пусть знает, что у меня всё под контролем. Только ведь для того, чтобы разобраться, всё ли у них там в порядке, надо иметь информацию из первых рук. К примеру, не пропадает ли обмундирование со складов, обеспечены ли средствами наблюдения за противником и надёжной связью. Тут самое время вызвать на доклад Трубачёва, главу Минпромторга». Так и поступил, благо тот уже приехал в Питер, чтобы поучаствовать в каком-то форуме, будто делать ему больше нечего.
Ну вот министр сидит лицом к лицу с Иваном Лукичом и ждёт каверзных вопросов. Знал бы заранее, о чём пойдёт разговор, мог бы подготовиться, скажем, представить отчёт об успехах за прошедший год, но в этой ситуации придётся чем попало отбиваться. А Иван Лукич начал как бы издали, и не понять, к чему он клонит:
— Тут вот какое дело, Макар Петрович! Сегодня День защитника Отечества, а потому хотел бы знать, всё ли мы делаем для нашей армии.
— Так ведь зарплату и пенсии повысили…
Иван Лукич махнул рукой, прервав министра:
— Я не о том. Обеспечена ли армия всем необходимым?
— Все заявки выполняем.
— Полагаете, этого достаточно?
— Иван Лукич! Так откуда же мне знать? Я и в армии-то не служил.
«Белобилетник, что ли? Да нет, судя по анкете, отец от службы в армии отмазал».
— А вот представьте, что ваш сын служит в ВДВ и ему предстоит участвовать в какой-то военной операции…
— У меня дочь.
«Ни капли фантазии у министра! Типичный крючкотвор, даже к словам президента придирается».
— Ну ладно, допустим, что это сын вашего коллеги по работе… Или у них тоже только дочери?
— Не знаю, Иван Лукич, но непременно выясню.
«Хотел сказать: когда выяснишь, тогда и приходи. Да только зачем понапрасну гонять его туда-сюда, если дело-то совсем не в этом».
— Сформулирую вопрос иначе. Если вас мобилизуют в армию…
Министр снова не даёт договорить:
— Иван Лукич! У меня незалеченная язва.
«Это какое же терпение нужно, чтобы выслушивать все эти отговорки?!»
— Тогда так. Завтра я намерен пойти добровольцем на фронт. Не важно, на какой! Как гражданин России имею право защищать интересы своей Родины даже на дальних рубежах. Вам меня не будет жалко, если окажусь в сыром окопе без сапог, в летней одежонке, не имея никакой технической возможности сообщить вышестоящему начальству, что жрать нечего, а патроны на исходе?
Министр посмотрел по сторонам в поисках подсказки и очень скоро вроде бы нашёл:
— Пусть Госдума пропишет в бюджете соответствующую строку, тогда рассмотрим вопрос на коллегии министерства. Если, конечно, Минфин не будет против.
Сил вразумлять бюрократа уже не оставалось, поэтому Иван Лукич разговор прервал. «Пока не будет отмашки из Зимнего дворца, пальцем не пошевельнут!» И вызвал на ковёр спикера Госдумы — на следующий день тот прилетел, оставив депутатов под присмотром заместителя.
А разговор начался с вопроса:
— Кондрат Василич, вы в армии служили?
— Да нет, не довелось.
«И почему опять такое невезение? Что ни чиновник, то либо хворый, то блатной!»
— Я всё же надеюсь, что вы меня поймёте.
— Весь внимание.
— Нужно срочно подготовить проект закона, который обязал бы правительство и все подконтрольные ему органы всемерно способствовать созданию госрезерва на случай длительной войны, чтобы армия была всем обеспечена, причём по мировым стандартам.
— Иван Лукич, а где деньги взять? В бюджете такой статьи расходов нет и на моей памяти не было.
— Ну так прикиньте, что там можно сократить. К примеру, современные дороги строим, а кто по ним ездить будет, если враг нанесёт нам поражение?
Забродин замотал головой:
— Я такого варианта в принципе не допускаю. Наша армия сильна как никогда! Таких ракет, которые есть у нас, враги и за сорок лет создать не смогут.
— Смогут или не смогут, это, Кондрат Василич, бабка надвое сказала, а подстраховаться нужно. Нельзя исключать, что будет окопная война, вот и надо о солдатах позаботиться. Ведь тогда без мобилизации нам не обойтись. Или не согласны?
— Да что вы, Иван Лукич? Как можно? Только ума не приложу, какие статьи нам сокращать, — и после короткого раздумья: — Разве что пенсии урезать…
«Опять! Да сколько можно? Издеваются они, что ли?» Поэтому и не сдержался:
— Дай вам волю, пенсионеров на хлеб и воду посадили бы, авось старики как-то доживут свой век.
— Ни боже мой! О немощных и престарелых мы заботимся, а вот те, что помоложе, могли бы сами зарабатывать на жизнь. Нельзя же вечно сидеть на шее у государства.
«Вот ты как заговорил! Себе безбедную старость обеспечил, а на остальных плюёшь с высокой колокольни!»
— Ну и как определить, может человек работать или же не может?
— Мы этот вопрос уже прорабатываем в комитетах. Есть предложение ввести обязательную диспансеризацию по полной программе, то есть от пяток до макушки. А уж врачи пусть вынесут вердикт.
— То есть, если нет сил, чтобы работать, а врачи говорят: «трудись на благо Родины», этот человек должен богу душу отдать на своём рабочем месте?
Забродин поначалу не нашёл чем возразить, а потом выдал стандартную фразу — Иван Лукич слышал это от чиновников не раз:
— У нас правовое государство. Если кто-то чем-то недоволен, пусть обращается в суд.
«Так ведь результат заранее известен… Дать бы ему в лоб! Да толку-то?»
Глава 8. Жила-была золотая рыбка…
И поймала она как-то
