Как ни опасно передвигаться по Архипелагу чересчур быстро, быть пойманным гончими намного хуже. У меня был только один шанс, и я не хотел его упускать.
Как я бежал! Это была поэма бега! Снять бы меня в те минуты на пленку, в редакторе налепить на ноги кроссовки и пустить как рекламный ролик. Фирма-производитель озолотилась бы!
Я хотел столкнуть одно порождение безудержной фантазии Творца с другим. Ноги несли меня к Зеркальным островам. Фрагменты местности мелькают как в калейдоскопе. Каменистая почва сменяется травой по пояс. Широченный пролив между островами. Времени плыть нет! Знак Умд, в который вложен весь мой страх, — и я за считанные секунды пересекаю протоку, скользя по ледяной дорожке. В паре сантиметров от меня мелькает огромная туша семиступа, впавшего в панику. Картинки мелькают все быстрей, но я смотрю только под ноги. Не дай Творец споткнуться! Направление на Левз красной стрелкой светится перед глазами. Вот уже поднимаюсь по ступеням, краем сознания вспоминаю: их ровно тысяча. Создатели скоростных лифтов прародины удавились бы на галстуках от зависти, видя живое доказательство ущербности их механизмов. Вершина, впереди площадка с амфитеатром, внизу преодолевшие уже половину ступеней гончие, вперед! Обдирая колени, я падаю на песок арены.
В глазах туман, сердце норовит выпрыгнуть из груди. С торжествующим воем гончие влетают на арену… и натыкаются на непроницаемую стену. Я улыбаюсь. У Левза свои правила, и одно из них гласит: каждому свой противник. Можно выйти на бой группой, но только если заранее послать импульс, что я, разумеется, не сделал.
Я попросил у острова пятиминутную отсрочку, мне нужно было восстановиться. Обычно такие просьбы удовлетворялись, что, впрочем, произошло и сейчас. Усевшись поудобнее, я занялся дыхательными упражнениями, краем глаза наблюдая за астральными созданиями. Те перестали бросаться на прозрачную, нерушимую стену и спокойно ждали. Сидели, буравя меня своими взглядами. Сейчас Арена подбирает нам противников, как я уже говорил, она поумнела за последнюю сотню лет. Именно надежда, что остров выставит против гончих адекватных соперников, и привела меня на Левз.
За спинами астральных чудовищ открылись ворота. Я вгляделся, не веря своим глазам. Так и есть! Хотелось плясать от радости. Взвод Пресекающих, высших эльфов, охотников за демонами! Именно отряды, подобные этому, остановили нашествие астральных гончих сто пятьдесят лет назад.
Тогда один чрезмерно «умный» маг создал портал, ведущий во внешний свод. Беда была в том, что его сумасшествие подкреплялось недюжинной силой, и ему удалось! Итог: десятки обезлюдивших деревень. К счастью всего мира, гончих было немного, а врата открылись около эльфийской сельвы. Недавно созданные отряды Пресекающих нашли достойного экзаменатора. Гончие были уничтожены, эльфийские спецназовцы тоже. Но свою задачу они выполнили, поставив собственные жизни на пути неумолимых созданий. И вот сейчас на песке арены начнется вторая серия. Остров выставил гончим равного противника.
Я восстановил дыхание и успокоил готовые забиться в судорогах мышцы. На моей половине арены тоже распахнулись створки ворот. Противников двое: абсолютно черная одежда, ни грамма брони, стремительность и скорость — вот основные способности моих противников. Мягким стелящимся шагом ко мне неторопливо приближались вармы, охватывая меня с двух сторон. Сократив дистанцию вдвое, вампиры достали свое оружие. Кастеты-серпы — идеальное оружие ближнего боя. Плохо. То, что арена выставила против меня вармов, было уже не хорошо, но вот их оружие явно указывало, что передо мной не простые вампиры-боевики, а личные телохранители одного из повелителей. Плохо и еще хуже. Металл кастетов совсем не блестел, а его матовая чернота, как будто впитывала в себя свет. Адамантит!
Постоянно воюя с дварфами, дроу терпели поражение за поражением. Мифриловое оружие подземных жителей в разы превосходило пусть и талантливо сделанные, но обычные клинки темных эльфов. Сам мифрил для дроу недоступен, он обжигает их и причиняет боль. Но темные нашли выход. Они создали адамантит. Обычную сталь, но закаленную в крови бессмертного, в крови дроу! Оружие из адамантита если и уступало по прочности мифрилу, то лишь самую малость. Тем более что удар такого клинка наносил раны не только телу, но и его астральным и энергетическим составляющим. У адамантита был один недостаток — сковать из него можно было только оружие, при ковке чего-либо другого металл терял свои свойства. Вампы, с такой же аллергией на мифрил, скупали оружие дроу за любые деньги. И сейчас клинки из негуманного металла находились в руках моих противников. Меня передернуло. Нет, не от отвращения, оружие, выкованное дроу, прекрасно смертельной красотой, как боевые истребители прародины. Вампиры! Я позволил ненависти заструиться по венам. Слишком хорошо я помнил, как и из кого вышла эта раса.
Нас шестеро, в ярости сжимающих оружие, и девять еще людей, но уже давно перешагнувших черту. Пять тел лежат под моими ногами, они уже никогда не станут вампирами, они мертвы. Только одна мысль в голове: уничтожить мразь, но нас уже разделяет созданная Творцом стена. И только в бессильной злобе скрежещут зубы: зачем эти в новом мире? Но у межреальности исхода свои правила. И нас, тоже еще людей, и будущих вампиров ждет каждого своя жизнь — такова воля Творца. Это было почти три столетия назад, но моя ненависть не угасла. Я помнил.
Уверенные в собственной непобедимости, черные силуэты медленно кружат вокруг меня, выбирая момент для атаки. Последним лучом над вершиной кратера мелькает закатное солнце, наступают сумерки. Я сижу, опустив голову, наблюдая, как улыбаются вармы, обнажая свои клыки. Один из них пересекает воображаемую черту. Пора! Противник тоже атакует. Из неудобного, сидячего положения я посылаю свое тело вперед. Доля секунды до столкновения, оружие варма хищно целится в меня. Встречаюсь с ним взглядом. Есть! Мой противник на мгновение впадает в ступор от ужаса, а что поделать? Случившееся в межреальности навсегда осталось в памяти вампиров-повелителей. А они, в свою очередь, передали этот ужас через укус всем остальным. Обычный вампир не осознает, что внутри него живет животный страх перед моей расой, тем неожиданнее производимый эффект. Левая рука хитрым, винтовым движением отводит клинки в стороны. Правая наносит удар, открытой ладонью в грудь. Жуткий хруст, и тело противника, выгнутое под неестественным углом, падает на песок. Минут через двадцать варм восстановится и срастит позвоночник, но бой закончится намного раньше, и песок Арены поглотит проигравших. Кувырок в сторону, жаль, поднять кастеты я не успеваю, второй противник быстро отошел от шока.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
