его удивление на лице. И оно было искренним.
Мне даже захотелось использовать чутьё боевого мага, чтобы понять: а не заблуждаюсь ли я?
И да, я не заблуждался.
— Что скажете на этот счёт, Александр Константинович? Почему Проклятый приходил ко мне в астральном сне?.. и почему я начал себя иногда хреново ощущать, кричать на своих же, а⁈
— Скоро всё закончится, — коротко ответил Беляев старший.
— Не сочтите за грубость, но эти непонятные ответы меня уже бесят! — повысил я голос. Хотя сам не хотел этого делать. Со мной точно что-то не то происходит. И от этого негативные энергии лишь разъедают меня изнутри. — Что Вы имеете в виду⁈ Скоро закончится что́ — такое моё поведение, или вся эта хрень с Вашими недомолвками… или вообще вся хрень с Проклятым⁈
Беляев Александр Константинович подошёл ко мне.
— Дай свою правую руку, — спокойно сказал он.
Я дал.
Мужик что-то на ней высматривал.
А потом выдал:
— Проклятый хочет завладеть твоим телом. И самое страшное, что у него вполне это может получиться. Но если бы ты послушал меня, то всё бы стало на свои места. И я сейчас говорю про наше коллективное собрание в столь необычном месте. Надеюсь, здесь мне будет легче удерживать контроль от своего прапрапрапрадеда.
Хм. Начинается.
Ну что ж, я слушаю. Говори, мужик.
— Я собрал вас здесь, чтобы ещё раз напомнить: ни при каких обстоятельствах не делайте ничего, что может ухудшить ваше положение, — продолжил Беляев старший. — Это очень важно. Даже если вас хотят убить, вы всё равно продолжаете делать то, что я просил — собирать артефакты и побеждать в боевом фесте. Когда всё закончится, а оно уже закончится очень скоро, вы поймёте, что ваше бездействие — это лучшее оружие против Проклятого.
Беляев старший посмотрел на меня.
— Что касается тебя, Александр, то ты и сам видишь, что Проклятый нарушает все Законы Вселенной. Он вторгается в твою душу уже не по твоему согласию.
— Охренеть! То есть раньше он вторгался в души других людей по их согласию, да⁈ — хмыкнул я.
Сука, нехорошо. Меня уже даже такая мелочь начинает выбешивать.
Кристина прижалась ко мне.
— Саш, всё хорошо. Пожалуйста, не злись.
Твою мать, ещё эта девушка начинает доводить.
И я пока что осознаю, что не хочу этого, но не могу никак этому противостоять.
— Почему тебя всё бесит, Александр? — прямо спросил император Старой Магической Москвы.
— Откуда мне знать. Но я чувствую, что все вокруг тупят дико. И каждый какую-то дичь несёт. Вы не можете даже нормально ответить на мои вопросы! Сука, почему вы все такие дебилы⁈ Разве я многого прошу⁈
— Напарник, ты чего⁈ — наехала блондинка.
Твою мать, ещё и Соня меня предаёт. Хотя она и так дура. Но я не люблю, когда дуры рядом со мной. Надо бы её выбросить из гарема. Да и ту красноволосую выбросить, а то улыбается.
— Чё ты лыбишься, дура⁈ — схватил я Лизу. — Смешно⁈ Ты не видишь, что мне…
И тут передо мной темнота.
Похоже, меня поглотил Проклятый через мой же негатив, который вызвал совсем не я, а сам Проклятый.
Видимо, это и есть то самое, про что говорил император Старой Магической Москвы — только бездействие может убить Проклятого.
Но как бездействовать? Как перестать излучать негатив, когда он сам выплёскивается не по моей вине?
Честно, я не хотел ни на кого злиться. Оно само.
И это не оправдание.
Просто от того, что я не могу на это повлиять, вводит меня ещё в большее бешенство. И ничего не делать и полностью расслабиться — это не про меня.
Для меня это очень сложно.
А тут ещё темнота.
Я будто бы резко провалился в сон.
Меня настиг ледяной холод, сковывающий движение даже пальцев рук. И всё та же темнота, из которой я впервые попал в Новую Магическую Москву на боевую арену, где сражался с Кристиной против сестёр Морозовых.
— Ну что, Кейн Волнберг⁈ — пронёсся едкий голос плешивого старика.
Проклятый в образе летающей разорванной чёрной мантии в два метра ростом проявился передо мной.
Он дважды облетел вокруг меня.
И если до этого моё тело сковывал ледяной холод, которому я не мог ничего противопоставить, потому что магия не работала, то сейчас я вообще не мог даже моргнуть. Казалось, что глаза взорвутся и я ослепну… навсегда.
— Хочешь, я избавлю тебя от этой иллюзии⁈ — проболтался Проклятый.
Если это иллюзия, то почему я не могу избавиться от неё сам?
Но да, это иллюзия, поэтому я реально не понимаю, почему не могу избавиться от неё. Ещё и приходит окончательно осознание, что я накричал на своих девочек.
Боже, какой же я урод.
Твою мать, как можно было так поступить⁈
Стихия Любви, родная моя, я знаю, что ты самая главная из всех. Пожалуйста, помоги сыну своему, Кейну Волнбергу, очиститься от иллюзий Проклятого и избавиться от оков Тьмы.
Послышался мёртвый хохот чёрной мантии.
— Глупец! — рявкнул Проклятый. — Ты не можешь ничего! Ты предал меня, а теперь спасаешь этого парня! — из мантии вылезла костлявая серая гниющая рука, которая указала на меня. — Вам всем конец!
Хм. Кажется, этот прапрапрапрадед говорит сейчас не со мной, а с Беляевым Александром Константиновичем. И отец Кристины пытается расколдовать меня.
Не люблю, когда завишу от кого-то, но прямо сейчас мой мозг никто не затуманил, поэтому я осознаю, что накричал на девочек и повёл себя стрёмно.
Надеюсь, Беляев старший объяснит моим боевым напарницам, что я это не со зла… и что это вообще не я сделал, а Проклятый, который по непонятной мне причине завладел моим сознанием на несколько секунд в определённые моменты времени.
Проклятый определённо что-то сотворил с моей настоящей тушкой. И похоже, он нашёл способ воздействовать на меня из моего же мира, используя того Кейна Волнберга, в тело которого он и попал. А это уже попахивает каким-то читерством. Потому что сильного боевого мага невозможно так просто взять и заставить делать то, что нужно кому-то.
Возле чёрной порванной мантии появилось ещё одно существо — такое же, но в серебристо-белой мантии.
Кажется, я начинаю понимать, в чём тут дело.
Это сам Беляев старший сражается за меня, а я лежу в отключке в лаборатории Королевы Марго.
Вот же срань!
Даже как-то неловко.
А ещё у этого мужика восемь колец, чего катастрофически не хватает мне.
Может, благодаря этим кольцам я смогу противостоять колдовству Проклятого.
Вообще, я и так могу ему противостоять, потому что осознаю в данный момент, насколько всё хреново, и в какую тварь я превратился за пару минут до попадания в лабораторию.
Мной точно управлял Проклятый.
Ка́к — я не знаю.
Но сейчас уверен, что никто мной не управляет. Похоже, иллюзия сброшена. Я даже начинаю дышать, двигаться, и могу говорить.
— Послушай сюда, мудак! — обращаюсь к Проклятому, который в чёрной изорванной мантии. — Твоя магия не действует на меня. И на то есть причина!
Хотя, если честно, я сам пока что не знаю, что может произойти в ближайшее время. И какая такая причина может меня спасти.
Но я должен был это сказать прапрапрапрадеду Беляева Александра Константиновича, чтобы и тот урод не думал, что может так просто взять и приручить сознание боевого мага.
За такое не прощаю. И обязательно найду способ этому противостоять до полной и окончательной победы над силами зла.
А пока что…
Проклятый в серебристо-белой мантии смотрит на меня прямо сейчас и говорит:
— Александр, постарайся не отойти в Мир Теней.
Твою мать, что⁈
Я не понял⁈
Я что, могу сейчас тоже стать Проклятым⁈
Так-с, ладно.
Раз я отошёл от иллюзий и могу говорить, а значит, моё состояние улучшилось, нужно реально «простить» Проклятого. Только это прощение будет тем, что погубит эту тварь. Пусть не сейчас, но очень скоро погубит.
Беляев Александр Константинович сказал, чтобы мы только воевали на боевом фесте, побеждали врагов и собирали кольца из артефактов, что на миссиях. Всё остальное — это то, что ухудшает положение.
Что же, ладно.
Как бы мне тяжело ни было, я постараюсь сейчас ничего не делать.
И эту суку в чёрной разорванной мантии я готов простить за её уродство.
— Я, Кейн Волнберг, прощаю тебя. — После глубокого вдоха и выдоха добавил: — Проклятый, желаю тебе получить то, что ты заслужил.
Конечно, мне хотелось, чтобы этот урод получил столько любви, что его к чертям собачьим разорвало бы. Однако здесь главное — это сохранять внутреннее спокойствие.
И у меня на какое-то время
