Позволю себе небольшое отступление. Мы на каждом своем семинаре, при каждой встрече пытались поддерживать эту линию на открытость. Подчеркивали, что ТОС не должен замкнуться в себе самом, превратиться в небольшой междусобойчик, он должен быть ориентирован на формирование сообщества. Задача ТОСа в том, чтобы создавать связи в деревне, способствовать вовлечению сельчан в дело, пробудить их. Для этого ТОС должен быть открытой системой, быть ориентированным не внутрь себя, а вовне (хотя и внутреннее развитие группы тоже забывать не надо, группу надо «выстраивать»). Эта направленность изнутри наружу, направленность на людей — одно из ключевых условий успешной деятельности группы.
И то, что тогда, в ноябре, для такого большого количества жителей Ёркино судьба ТОСа оказалась важной, в какой-то степени свидетельствовало, что эти новые отношения здесь начали выстраиваться. Люди стали понимать, что ТОС делает, начали верить ему, стали включаться.
Разговор тогда получился серьезный и доброжелательный. Из Кушкополы приехал сельский глава А. Г. Козьмин, который самым серьезным образом поддержал ТОС. Поддержали и пришедшие на собрание ёркинцы. Да, были какие-то ошибки. Но и Петр Первый сражения проигрывал, а потом собирался с силами и добивался побед. Членам ТОСа было, по сути дела, сказано: «Вы нужны! То, что вы начали, для деревни важно. Верьте в себя и продолжайте свою работу».
Как рассказывала потом Марина Кликунова, «все встало на свои места. Мы успокоились. Было радостно получить такую поддержку. И все пошли дружно работать в наш дом». Собрание имело для ТОСа существенные последствия: он вырос численно, пришли, правда, в основном женщины. Теперь они постоянно, многие ежедневно, собираются в Марфином доме.
Прекрасные женские лица. И мужикиТОС в Ёркино имеет сегодня женское лицо. И работа держится в значительной степени на женских плечах. Сама возможность каких-то проектов и развития обусловлена тем, что есть несколько женщин, которые начали менять деревню.
Конечно, успех ТОСа во многом связан с тем, что есть такой человек, как Марина Кликунова, руководитель ТОСа. Есть человек, которому все это время почему-то было нужно тащить на себе эту ношу. Несмотря на то что она порой бывала неуверенной и растерянной, в целом это очень мужественный человек.
Родилась Марина в Ёркино, здесь же закончила школу. Как и мама, всю жизнь проработавшая в местной школе, поступила в педучилище в Каргополе. Там вышла замуж и начала работать. Но в 1993 году вернулась в Ёркино и решила из родных мест больше не уезжать. Мужа сюда перетянула. Устроилась в школе учителем начальных классов.
На вопрос, почему взялась за ТОС, отвечает: «Не знаю, хотелось чего-то интересного, хотелось чего-то добиться. А сейчас уже не могу бросить, ответственность, что ли, чувствую».
Из отзывов о ней в деревне:
— Она настырная, будет добиваться своего. Старается довести начатое до конца.
— Умеет людей убеждать, может свои идеи передавать людям. Признается в ошибках. Недостатки? Прямолинейная. Иногда скажет прямо в лоб.
Сегодня в Ёркино не станут спорить, что Марина — лидер. Она пользуется здесь доверием. Но Марина ничего бы не сделала, если бы вокруг нее не было группы поддержки, ее подруг и сподвижниц Тани Первушиной, Надежды Заварзиной, Тамары Порошиной и других. Они люди скромные, о себе говорить не любят. Если речь заходит о них, машут руками: «Да мы то что…» Но на самом деле успех был сложен из множества небольших частей, и каждый внес свой вклад, даже те, кто потом отошел. Без них ТОС был бы не таким, каков он есть. Или, может быть, совсем бы не состоялся. И, бог даст, они еще внесут свой вклад в будущем.
В последнее время в ТОС пришло немало женщин старшего поколения. Они тоже часто говорят о себе: «Да что мы-то тут… Надо молодым дела делать». Я возражаю: чтобы привлечь молодых, необходимо участие старших. Так всегда было, только прежде это были мужчины, а сегодня в основном женщины. Но и мужчины Ёркино постепенно втягиваются в орбиту развития. Тот же мост — его ведь мужики строили. Некоторые потом заходят в Марфин дом, совет какой дадут или еще чего. А Николай Афанасьевич Дрочнев — активный член ТОСа. Безработный, но грамотный человек Приходит с планами развития в Ёркино своего малого производства: тот же картофель, обработка шкурок зверей, пошив из них изделий.
Безусловным признаком роста ТОСа является то, что здесь стали учиться распределять нагрузки, функции. Председатель ТОСа Марина Кликунова старается передать другим членам ТОСа полномочия, чтобы не тащить все на себе. И у них начинает получаться.
Наши встречи и дискуссииПосле того как Марфин дом был сдан в эксплуатацию, наши встречи с ёркинскими тосовцами стали гораздо более обстоятельными. Разговор в новом уютном доме, да еще за чашкой чая, складывался как бы сам собой, становился задушевнее. Хотелось поддержать тосовцев, вселить в них силы и уверенность. Но это не были умильные беседы. Как раз наоборот. Нередко это были и острые дискуссии, и жаркие споры. Порой мне приходилось просто протестовать против позиций некоторых членов ТОСа. Слышу, как в разговоре начинает все чаще повторяться: «Вы должны нам… Вы нам… Нам бы от вас…» — и начинаю понимать, что теперь вот я оказываюсь тем «дядей, который должен». Это значит, что ответственность за происходящее плавно стали перевешивать на меня. Вслед за этим открываются взгляды некоторых членов ТОСа, что для того, чтобы появилось что-то хорошее, надо, чтобы его кто-то дал.
Одна из женщин отстаивала эту позицию очень упорно: «Вы как хотите доказывайте, но пока кто-то не даст, оно само не возьмется. Вот если бы нам кто-то дал, мы бы дальше-то пошли в гору».
Конечно, эти взгляды разделяются не всеми, но все же они есть. Ведь вновь приходящие люди приносят свои убеждения, свои представления о жизни. Они не могут не оказывать влияния на группу. Вроде бы это уже пройденный этап, тосовцы здесь уже столько сделали. Но выходит, что желание сгрузить на кого-то ответственность, быть ведомым — это серьезное искушение. Оно может порой появляться даже у вполне активных и ответственных. Но это точно не путь развития. Я делаю все, чтобы «вернуть» тосовцам чувство ответственности за их дело. А заодно пытаюсь прояснить наши с ними отношения. Да, мы существуем для того, чтобы помогать, и, конечно, будем это делать. Вопрос в том, что значит «помогать»? И что ТОС может сам? И растет ли со временем его самостоятельность? Что будет, если мы помогать перестанем? И вообще, о чем лучше говорить: о помощи или о партнерстве? И в чем заключается наше партнерство? Этот разговор людей озадачивает. Не на все вопросы мне могут дать ответы. Кто-то заметил: «Как это вы не хотите брать на себя ответственность? Но это вы, ваш институт взбудоражил нас. Да мы вам и благодарны за это». И все же в конце мы соглашаемся: ответственность за развитие в деревне лежит на людях в деревне, на ТОСе. Она должна быть внутри деревни, а не на ком-то вовне. Это одно из базовых условий развития.
Несколько раз мне приходилось подчеркивать то, что мне казалось серьезной слабостью ёркинского ТОСа. Он явно в недостаточной степени нацелен на то, чтобы задействовать местные ресурсы. Проекты были больше ориентированы на то, чтобы потребить ресурсы, приходящие со стороны. Тем самым ТОС попадает в зависимость от внешней помощи. Конечно, позитивные изменения происходят, но они могли быть большими при включении местных возможностей. А они не включены. И не потому, что их нет. Скорее, в силу традиционного желания получить все со стороны, потому что так легче. Но если все останется на этом уровне, то где здесь развитие? Кто то добрый дал, мы потребили. Дальше опять надо, чтобы дали.
Выплескивались в разговорах и накопившиеся сомнения, и растерянность, и неверие. Казалось бы, ТОС кое-чего достиг. И все же есть целый ряд «но», которые сдерживают развитие. Люди по кругу делятся своими мыслями:
— Нет средств. Что бы мы ни делали — нужны средства. Конечно, какие-то средства ТОС получает, но мы их в проекте истратим — и их опять нет.
— Нет точки, от которой могли бы оттолкнуться. То, что сделано, уже сделано, а как подступиться к чему-то новому — не хватает понимания. Есть какие-то мысли, но как их реализовать? Не знаем, за что схватиться.
— Не хватает уверенности в своем будущем, потому что пока нет тех результатов, которых хотелось бы. То, что достигнуто — это больше результаты «для души».
— Все-таки очень мало активных людей. Многие не хотят браться за какие-то дела, знают, что надо будет очень много работать. И они говорят: «Мы всей душой, но мы за это не возьмемся. Хорошо бы кто-то взялся».
Со всем этим стараемся разобраться не торопясь. Я пытаюсь помочь людям обрести уверенность и точку опоры. Да, есть проблемы. Да. их немало. Но это нормально.
