— Эзра…
— Я даю тебе неделю. Потом просто украду тебя и всё, — грозит. Я улыбаюсь, воспринимая его слова как шутку. Но парень не разделял моего веселья.
Кажется, он воспринял всё слишком серьезно. У него уже планы и много-много дел. Но я-то, ещё ничего не решила. Точнее решила, но совсем не то, чего ожидает мужчина.
Я промолчала на его слова, а затем решила поменять тему.
— Останешься? — спросила.
Он довольно улыбается и кивает.
Эту ночь мы тоже провели вместе.
* * *
На следующий день, я опять проснулась без Эзры, а на комоде вновь красовался букет цветов. Только на этот раз белые лилии.
Я вновь радостно улыбаюсь, прячу цветы на балкон, а потом, переделав все утренние процедуры, спускаюсь вниз.
В гостиной меня ждала мама. Она сидела на диване и что-то там клацала в мобильном телефоне. Когда я вошла она подняла взгляд и спрятала телефон в карман.
— Последнее время ты что-то долго спишь, — подметила она. — Ты случайно не заболела?
— Нет, — отрезала, пытаясь пройти мимо нее в кухню, но она меня задержала.
— Присядь, — просит, похлопав рядом с собой ладошкой.
Я нехотя направляюсь к ней, и размещаюсь рядом.
— Что?
— Если будешь много плакать, и поздно ложится спать, под глазами появятся темные круги и морщины, — сказала она, потрепав меня по щеке. Я недовольно закатила глаза к потолку и отстранилась. Мама грустно улыбнулась. — Я знаю что ты обижаешься на меня… Но разве я виновата?
— Ты моя мама. Мама! А что делают хорошие матери? Они заступаются за своих детей, действуют в их интересах, помогают, прислушиваются! — бросаю сердито.
— Значит, я плохая мама, — говорит она грустно.
— Так помоги мне и будь хорошей, — настаиваю.
— Что ты предлагаешь? Пойти против отца? — говорит она сердито.
— Да! Мам, да! — чуть ли не кричу. — Хотя бы раз, не будь овощем против него!
— Алессия, следи за языком! — сердится мама, бросив на меня недовольный взгляд. — Отец выбрал для тебя не самую худшую участь. Он нашел тебе достойного мужа. Твоя жизнь будет беззаботной и шикарной…
— А любовь?
Мама грустно улыбается.
— Пока ты её не испытала, трудно говорить о любви, — ответила она, посмотрев мне в глаза.
Я запнулась. Просто не знала что сказать. Ведь я уже люблю. Но это секрет.
— Я все равно не выйду за Энзо Герра, — настояла на своем. — Всё сделаю для того, чтобы он сам от меня отказался… Всё!
— Не говори глупостей! За любую выходку, отец жестоко накажет тебя! Сотрудничество с Энзо, очень важно отцу…
— Так вот значит, как это называется? Сотрудничество? — бросила ненавистно. — Продали меня ради собственной выгоды…
— Я уже говорила что наша семья на мели… Фирма отца в убытке… Если бы не деньги Герра, пришлось бы продать дело всей нашей жизни и Уго ничего бы не досталось…, - говорит мама так, словно это в порядке вещей. Уничтожить одного ребенка, чтобы поднять второго…. Для Уго мне ничего не жалко, но не такой ценой. Моя жизнь рушится. — Ты должна принять то, что уготовила для тебя судьба… Всё будет хорошо, вот увидишь… Тогда ты отцу ещё спасибо скажешь…
Я горька рассмеялась.
— Никогда! — выпалила сердито. — Однажды ты уже потеряла одну дочь своим бездействием… Теперь у тебя нет и меня! Я не прощу вам этого! — добавила, вскакивая на ноги.
— Алессия…, - попробовала остановить меня мама, но я просто ушла.
Глава 11
Вечером, когда я собиралась уже ложиться спать, мой мобильный телефон зазвонил. На экране высветился незнакомый мне номер. Обычно я не принимаю вызов от незнакомых мне номеров, но на этот раз я сделала по-другому.
— Алло…, - сказала осторожно, поднеся телефон к уху.
— Привет, малышка, — услышала знакомый голос, и улыбнулась.
— Эзра… — шепнула на выдохе. Уже скучала. — Откуда у тебя номер моего мобильного? Мы ведь не обменивались, — подметила. Как-то было не до этого…
— Было трудно достать… Но когда очень надо, всё возможно, — сказал он с весельем в голосе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Очень надо? — повторила я. — Это означает, что сегодня ты не придешь? — догадалась. В телефоне раздавался не только голос Эзры, но и приглушенная музыка…
— К сожалению… Сегодня, я на работе. И завтра тоже не смогу… Но в воскресенье, обещаю что приеду, — говорит огорченно.
— Я всё понимаю и буду скучать. Очень-очень, — шепнула, плашмя падая на кровать.
— Я буду звонить…
— Боюсь, это слишком рискованно, — отвечаю грустно. — У меня нет подруг, с которыми я могла бы общаться по телефону… Если ты позвонишь и это услышат родители, возникнет много нежелательных вопросов…
— Я буду писать сообщения, — не огорчается он. — Каждую минуту…
Я улыбаюсь.
— Хорошо… Я тоже…, - обещаю. — Нужно заканчивать иначе нас могут услышать… Родители ещё не спят.
— Скоро это закончится, и мы будем вместе, — обещает. — Я постоянно буду думать о тебе, — добавляет и выбивает вызов.
Боже… Как же я его люблю…
Я радовалась этому и боялась.
Мы не совместимы… Между нами огромнейшая разница в статусе и нам нельзя быть вместе, но я не могла без Эзры… Не могла его не любить, поэтому игнорировала все запреты…
Как бы я хотела, чтобы мы действительно были вместе…
Как бы я хотела, чтобы это было так просто…
Но опять-таки… Мой отец… Герра… Мама… И другие проблемы. Нам не позволят воплотить мечты.
Как же всё сложно…
* * *
Два дня прошли мучительно долго. Эзра писал… Очень много писал мне сообщений, в которых были нежные и ласковые слова, стихи и обещания…
С каждым днем… С каждым часом и минутой, я влюблялась в него всё больше и это мучило меня, терзало. Потому что я не видела выхода, как всё устроить в свою пользу: остаться с Эзрой и чтобы отец не убил меня и его.
Я боялась, что когда-то, о наших встречах кто-то узнает и тогда будет настоящий Апокалипсис… Мой Апокалипсис. Потому что тогда я или отстою свою любовь, или умру…
В воскресенье, ближе к десяти вечера, Эзра легонько постучал в дверь балкона. Я уже ждала его, оделась в джинсовый костюм, сделала прическу, макияж… Думала сегодня мы тоже куда-то поедем, и весело проведем время.
Но когда я открыла балконную дверь и заключила мужчину в нетерпеливые объятия, он напрягся всем телом и зашипел от боли.
— Привет, маленькая, — шепнул он, пытаясь скрыть тот факт, что мои объятия принесли ему боль.
Я отстранилась, и посмотрела на лицо парня. Под его левым глазом был небольшой синяк, на переносице рваная рана, губа разбита, а скула счесана… Судя по реакции на мои прикосновения, у него были раны и на теле.
Я окинула Эзру взволнованным взглядом, от лица до ног и задержала свое внимание на его руках. Костяшки пальцев мужчины были ужасно разбиты.
— Что?.. — я запнулась. — Что произошло?
— Упал, — ответил он равнодушно, осторожно обнимая меня.
— Упал? — повторила ошарашено. — А похоже на то, что тебя поезд переехал…
— Поезд был огромным и массивным, — пошутил он, поцеловав меня. — Я скучал…
— Эзра… Скажи мне что произошло, — взмолилась.
— Ничего не произошло. Всё нормально. Упал с мотоцикла…
Я не поверила ему, но докапываться до истины не стала, поскольку знала, что он ничего мне не скажет. Для допроса у меня есть Уго, и я обязательно расспрошу у него, что произошло с Эзрой.
— Тебе больно… Ты был в больнице? Зачем ты вообще ехал ко мне, в таком состоянии? — запричитала я.
— Скучал…, - отвечает коротко, игнорируя все другие мои вопросы. — Поедем на наше место? — спрашивает.
— Никуда мы не поедем! — бросила сердито, толкнув его на кровать. — Сиди здесь и не двигайся, — командую, а сама быстро покидаю спальню и ухожу за аптечкой.
Рискую, знаю… Но я не могла оставить его в таком состоянии. Было очевидно, что о ранах Эзра совсем не заботился. Они до сих пор кровоточили и выглядели ужасно.
