отозвал Аякса в сторону. Они вышли из дома на террасу. Аякс нервно курил и раз за разом нажимал на сотовом телефоне кнопку автоматического набора.
— Можете не беспокоиться. — Бунзен пристукнул носком ботинка по мокрым обгоревшим листьям на полу. — С вашим начальством мы уже связались.
— Каким образом? — спросил Аякс, чуть опешив.
— Самым обычным. По официальному каналу.
— По поводу?
Лейтенант потер переносицу под очками.
— Не буду скрывать — по поводу согласования решения о вашем аресте.
— Вы знаете, — сказал вполголоса Аякс, — что я сию же минуту, прямо сейчас могу уехать из города, и вы не вправе меня задержать?
— Знаю, конечно.
— Зачем тогда вы мне говорите об этом?
— Рассчитываю на ваше благоразумие, — улыбнулся Бунзен.
— То есть?
— То есть, какая разница, где вас задержат — здесь или в столице?
— А вы уверены, что меня вообще задержат?
— На время предварительного расследования — обязательно. Вы и сами об этом прекрасно знаете. Знаете вы и о том, что ваш поспешный отъезд из города может создать о вас не самое адекватное впечатление у вашего же начальства.
Аякс спрятал телефон в карман.
— Я понятия не имею, как кровь оказалась у меня в доме, — пробормотал он, — но вы же сами видите, что улики подброшены. Если я убийца, зачем мне, во-первых, сваливать их у себя и, во-вторых, звонить после этого в полицию?
— Тем более не вижу причины терять голову, — пожал плечами Бунзен.
Аякс бросил окурок и наступил на него каблуком.
— Между прочим, кровь в подвале — вряд ли это кровь потерпевшего, — заметил лейтенант.
— А чья же?
— Обычная бычья, скорее всего. Та самая, которую добавили под тело. Кстати, спасибо вам за подсказку. Не знаю, куда только глядели олухи из отдела экспертизы. Если бы не сообщение капрала Вернера и ваши снимки, мы до сих пор были бы уверены, что убийство совершено на руднике.
— Вот еще неувязка. — Аякс продолжал втирать окурок в землю. — Зачем мне было указывать на постороннюю кровь, когда, если бы вы не заметили ее, то и эта бутафория в подвале не стоила бы ломаного гроша?
— Если хотите знать мое мнение, — ответил Бунзен, — то я думаю, что вы, хотя и причастны к убийству, но никоим образом не совершали его.
— Это как — причастен, но не совершал?
— Я, может быть, неверно выразился. Причастны — невольно, косвенно. Вы ведь и сами не можете этого отрицать. Ну, скажем, как если бы девушка покончила с собой из-за неразделенной любви к вам.
— Да, — вздохнул Аякс, — очень наглядный пример.
— Так вот — главной задачей преступника было не столько подставить вас, сколько напугать, шокировать.
— Вы серьезно?
— Абсолютно серьезно. Дежурный, когда сообщил мне о вашем вызове, сказал, что вы звонили на грани срыва. Могу представить ваше состояние, когда вы увидели полную крови машинку. На нее до сих пор смотреть страшно.
— А зачем меня пугать, не выдвинув никаких условий?
— Хороший вопрос. — Бунзен подал знак полицейским и судмедэкспертам поторапливаться. — Не знаю. Но уверен, что вы заинтересованы в ответе ничуть не меньше моего.
— То есть мне лучше оставаться на месте?
— Повторяю, вы сам себе хозяин.
Лейтенант Бунзен направился к воротам, и обернулся, встав в калитке:
— …Впрочем, полагаю, не далее чем до завтрашнего утра.
— Почему до утра?
— Курьер с визой вашего ведомства вряд ли поспеет раньше.
Бунзен пропустил впереди себя капрала Вернера и судмедэкспертов.
— В местной тюрьме практикуются пытки? — сказал Аякс.
— В Столовой Горе нет тюрьмы.
— А где же меня будут пытать?
Лейтенант, почти закрыв за собой калитку, вновь распахнул ее:
— Под домашним арестом. Но это в пиковом случае.
— А не в пиковом?
— Скорее всего, возьмут подписку о невыезде. Да… — Бунзен постучал по наличнику дверной ручки. — Советую сменить замки. И тут, и в доме.
— Спасибо за совет.
— Всего хорошего. — Калитка закрылась.
* * *
Аякс замывал в подвале кровь, когда зазвонил мобильник. Встряхнув мокрой рукой, он подхватил телефон и приложил к уху двумя пальцами.
— Молчи, — раздался из трубки железный голос Рихтера, — ни слова. Твое направление прозванивается. Я в курсе всего. Управление санкционировало только подписку о невыезде. С утра переходишь на городское довольствие. Пусть думают, что утерли нам нос. Приказ о твоем назначении остается в силе. Ищи Хассельблада. Старую сим-карту уничтожь, мой номер выброси из головы. Все.
После того как из трубки послышался сигнал отбоя, Аякс опустил телефон в ведро с грязной водой, пнул в сердцах дверь подвала и умыл руки.
Остаток дня он провел на террасе в шезлонге, а к ночи напился водкой.
* * *
Утром, стоя под душем, он вспомнил сон, от которого его похмелье разыгралось еще сильней: к нему в спальню по лестнице опять поднимается замотанная в мантию фигура. На этот раз он стреляет в незваного гостя из пистолета, после чего фигура в мантии растворяется в воздухе.
Поднявшись в спальню, Аякс увидел на ступеньках лестницы крошку осыпавшейся штукатурки, а в стене, как раз повыше этого места — пулевое отверстие. Он взял свой пистолет, который оказался не в кобуре под подушкой, а лежал в изножье поверх одеяла. Ствол с досланным патроном еще разил порохом, в обойме оставалось шесть патронов. Стреляная гильза валялась у прикроватного столика. Аякс, чувствуя слабость в ногах, присел на кровать. Обеими руками, в одной из которых продолжал сжимать пистолет, он недоуменно, как после удара, потирал голову. Долго, будто сложнейшую задачу, он пытался решить, что являлось для него наихудшим вариантом объяснения происшествия — воплощение кошмара с фигурой в мантии, либо галлюцинации, отягощенные лунатизмом, — но так и не пришел ни к какому заключению. Сейчас у него просто не было на это сил.
* * *
В полицейском участке он вполглаза прочел завизированное Управлением постановление окружного суда — это было решение об избрании ему меры пресечения в виде подписки о невыезде — и подмахнул все необходимые бумаги. Лейтенант Бунзен поставил перед ним стакан воды и попросил сдать служебное оружие.
Аякс отдал ему свой пистолет.
— А если неслужебное? — спросил он шутя.
— Неслужебное я бы вам настоятельно рекомендовал приобрести, — ответил без тени иронии Бунзен. — В сложившейся ситуации это совсем не лишнее. — Он с сомнением осмотрел пистолет и понюхал затвор у экстрактора. — Вы что, сегодня стреляли из него? В кого?
Аякс медленно выпил воду и отер губы.
— Понятия не имею.
— Ясно. — Лейтенант спрятал бумаги и пистолет в сейф. — Лекций о вашем изменившемся правовом статусе я читать не буду. Думаю, что все и так…
— Почему ж? Просветите.
— Первое:
