Читаем без скачивания Гастарбайтер - Юрий Лисецкий

Уже понятно, что следующая встреча состоится через два дня. Работаю, таким образом, неделю подряд, скоро в анабиоз, надо попытаться объяснить аборигенам вынужденную задержку. Вроде получилось вразумительно. Итог недели - сто восемьдесят грамм и еще шесть жемчужин в заветной бутылке. Модуль выдал итог добычи, всего получилось 322 грамма. Остаток - 678 грамм. Есть шанс вывернуться из ситуации раньше времени. Решение созрело. Но пока в анабиозную ванну. Здоровье дороже всего.

Ситуация несколько поменялась. Выйдя из Модуля, прямо кожей почувствовал на первый взгляд незаметные изменения вокруг, незначительные следы, перемены в обстановке, чуть-чуть сдвинутые предметы. Все-таки в мое отсутствие была проведена глубокая разведка с тщательной ревизией. Все, правда, оставили на месте. Сам же им сказал, что два-три дня меня не будет. Молодцы, успели, справились. Хотя, на их месте, я скорее всего поступил бы также.

Меновая торговля продолжается плодотворно. Алебарды осьминогами забракованы, зато на пики и ножи теперь повышенный спрос, совки для песка принимаются без особого удовлетворения.

Наступил момент появления большого старого до блеклости осьминога с охраной аж из пяти здоровенных, вооруженных моими же пиками охранниками. Те трое, что приходили торговать до сих пор, находятся на удалении. Старый и блеклый внимательно молча меня разглядывал минут двадцать. Мне даже шевелиться в это время не хотелось, мысль, что я справлюсь с таким количеством аборигенов ко мне близко в голову не приходила. Надежда была, что не драться они сюда все хором пришли, босс в первых рядах на драку никогда не приходит. Наконец-то в полном молчании прокатилась по всей внутренности черепа мощная по силе и красивая по оформлению мысль:

- Кто ты?

Мда. На это вопрос не могли ответить и наши земные философы. Пытаюсь оформить ответную мыслеформу. С моей скудной практикой, это все равно, что детский лепет на лужайке нести. Немного кривовато, но вполне правдиво.

- Друг. Партнер. Торгую. Меняюсь. Хочу быть понятым и принятым.

Главный озадачил еще более:

- Друзей на суше нет, друзей на небе нет. С неба и суши - всегда беда.

Да. Это не папуасы, это посерьезнее будет. Начинаю предельно внятно определять себя в данном месте и в данное время:

- Наемник, наемный рабочий, работаю не на себя, на других, зарабатываю на жизнь, могу помочь.

Вроде негатива и угрозы нет в последовавшем десятиминутном молчании.

- Чем можешь помочь?

Ну, я не гуру, что я им предложу такого кардинального:

- Могу делиться своими мыслями, меняюсь товаром, нужным вам на необходимый мне, могу рассказывать истории и сказки из своего мира.

После осмысления, на предмет сказок, наступила некоторая заинтересованность.

- Покажешь, что умеешь, и после продолжим.

Делегация важно и не торопясь, подалась вглубь пучины океана, оставив меня с дикой головной болью после такого способа ведения разговора. Иду в Модуль, внутри все горит огнем. Да, остаток до конца контракта - триста двадцать грамм.

Туземные будни

С началом нового дня круто изменилась моя жизнь. Помимо троих постоянных клиентов появился относительно маленький осьминог, который выполз на песок и начал в паре метров от меня крутиться вежливо, но настырно. Он неустанно наблюдал за мной и пытался копировать мою речь, возгласы и движения. Получалось комично, но его целеустремленность и трудолюбие вызывали уважение. Маленький доползал даже до примусов и керогазов, пока я не убедил его, что техника безопасности действует и в отношении аборигенов включительно. Тяжело объяснить понятие огня существу, живущему всю свою сознательную жизнь в воде. К исходу дня маленький пропадал, и вновь появлялся утром. Остальная троица находилась на некотором удалении постоянно.

Просил Модуль подкорректировать мне уши и гортань, на что Напарник виртуально развел руками и сообщил, что задачи переделывать меня в киборга не получал. Вроде как сам же потом и пожалею.

Неделей позже маленький как-то вдруг изменил тональность на более низкую и медленно, но уверенно начал копировать мою речь. От такого поворота стало тревожно и не уютно. Слышать спустя полгода после перемещения с Земли невнятный русский язык, доносящийся из чужого клюва - ох... не к ночи будь сказано.

Тем временем незаметно подходила к концу зима с ее бесконечными дождями, скоро должна была начаться весна, гм, с ее безостановочными дождями. Сырость, не смотря на адаптацию, угнетала безудержно. Хотелось привычного земного солнца, хотя хотелось его только мне одному. Для осьминогов дожди - это период раздолья. Океан стал более пресным и основные враги - змеи, отплывали подальше от берега вглубь, а птеродакли в дождь и вовсе не летают, чай не Боинги. Вода затопила половину пляжа, и все съедобное в песке становилось осьминогам лакомством. Естественные их конкуренты - местные водяные бобры или крысы - тоже откочевали подальше от этой сырости. В общем, сцена на троих: я, Модуль и осьминоги.

Маленький уже складно лопочет по-русски, правда невпопад расставляя слова в предложениях и сильно картавя клювом. А мне-то грех потешаться над ним, я еще ни одной фразы не высвистел, а при ментальном общении ощущение инсульта продолжается дня три. Или голова у меня маленькая, или откровенно не за свое дело взялся.

Но важность дел заключалась не в этом. Контакт контактом, а еще и собственную жизнь выручать необходимо. Пора и мне самому превращаться из дикого представителя чужой планеты в полноценного в понимании Содружества гражданина. Это очередная ступенька в пути возвращения к родным истокам. Выпытывая подробности у Модуля, уяснил для себя, что у Напарника стоит защита информации от таких любопытных особей как человек, а в целом - это ходячая база данных их университета с некоторыми индивидуальными правами на полевом выезде. Очень любопытно стало, и к этому заветному разговору я готовился всерьез и долго. При подведении итогов зимы выяснилось, что я в расчете по контракту, и теперь могу не работать, а он будет меня, тунеядца, кормить остаток отмеренных контрактом лет. Купить камни он у меня не может, поскольку не уполномочен, да и не на что. Но осталась щелочка между полномочными установками от имени института, которые пропустили впопыхах военные, и которая не нарушала установочную логику приказов Модуля.

- Модуль, какова действительная цена этого жемчуга?

- Не берусь сказать, поскольку данный вид жемчуга в виду своей уникальности в открытую продажу не поступал и используется только в интересах правительства Объединенного мира. Искусственных аналогов нет, не получается их создать.

- Модуль, а если тебе, как полноправному представителю института молодых цивилизаций, я предложу пожертвование в институт, скажем в пределах ста грамм жемчуга, на что я могу рассчитывать?

Кто сказал, что в искусственном мозге не может наступить внезапное возбуждение? Постановка такого вопроса возвышала его положение с неполноценного расходного прибора до уважаемого интеллекта института.

- В данном случае ты можешь рассчитывать на звание почетного члена научного общества института. Но ты туземец и вовсе не гражданин Содружества.

- Модуль, а ты не знаешь случайно, где в Содружестве, при взносе в развитие глобальных планетных проектов, к примеру, в размере 200-300 грамм жемчуга, правительство планеты предоставит бедному туземцу гражданство без всяких разговоров? С обязательным условием, что ты назначаешься посредником и единоличным представителем, пишешь протокол договора, и остаешься хранителем имущества с обязательством передать его строго по назначению.

... Тут Модуль начало коротить. Из предположительно заранее списанного утиля, он становился довольно-таки значительной фигурой. Причем, не нарушая ни одного наложенного на него, как наковальня, ограничения. После длительного, не свойственного Модулю молчания, родилось семя нового, независимого, искусственного разума:

- Я знаю такую планету, я знаю такое правительство. Я работал там некогда в составе группы при приеме планеты в Содружество. Твое пожертвование обязательно даст возможность получить гражданство. Фактически, ты его получишь при передаче жемчуга на мой депозит. Есть одно условие - для получения гражданства ты обязан знать язык и законы государства.

- Модуль, например, при передаче жемчуга грамм на 100, ты бы согласился стать моим репетиром в изучении необходимой для моего существования на другой планете информации?

- Непременно и охотно!

О, да! Мои акции резко пошли вверх! С этого момента энтузиазм захлестнул меня с головой, и мне перестало хватать времени на все.

Легко в учебе, нелегко в труде

Свой запас в девяносто грамм я, как говорится, не отходя от кассы отдал Модулю. В моей жизни оформилась чёткая цель, и ковать, вернее, отливать, надо было, пока горячо. С местными было всё понятно. Один из аборигенов изучает язык, трое активно изучают меня, главные на сцене еще не появлялись. Рутина с прессовкой, перегонкой и отливкой перешла на машинальный тип действий. Фоном крутилась одна мысль, которая сопровождала меня повсеместно. Я нашел путь домой, и идти мне по этому пути относительно недолго. Время пролетит быстро, а надо все успеть. Надо было срочно заработать полкило жемчуга, и после этого начиналось репетиторство.