потом и свергнут.
— Да, но это было бы справедливо, — заметил Петя, — Если ты помнишь, изначальный проект Конституции Полётова, тот самый, который подписал настоящий Саша, предполагал запрет ЧВК даже для магократов. Вот только мы их сохранили...
— Само собой, мы их сохранили, — раздраженно ответила Таня, — Ибо этот пункт, про запрет частных армий магократов, я просто из Конституции вычеркнула. Вот этой самой рукой!
Таня помахала ладошкой у Пети перед носом.
Потом тяжко вздохнула:
— Да пойми ты, Петя... Мы не просто сейчас связаны Конституцией. Нас банально МАЛО. Большинство кланов навсегда потеряли свою магию, когда Саша отключил весь солярис. Так что АРИСТО сейчас на планете осталось процентов десять от того числа, которое было при Павле Вечном.
Ты сам все это отлично знаешь. Просто не хочешь понять. И купцы нам никакие не друзья. Они вообще хотят отстранить магократов от власти. Шаманов только на прошлой неделе разгромил какую-то партию республиканцев, которые намеревались устроить государственный переворот и свергнуть тебя.
А знаешь, чем они мотивировали свои планы? Не знаешь? А я вот знаю, потому что я читала их документы! В них говорится, что царь-то ненастоящий, что ты не Крокодил и не Саша Нагибин... Конечно, Шаманов заткнул им всем рты. Но вот только он не сможет заткнуть рты всей Империи, если люди начнут болтать.
Вот почему для нас предельно важно, чтобы ты был Сашей Нагибиным, Крокодилом, великим героем. Не хочешь быть им для Империи? Ну так будь им хотя бы для меня, для своей сестры! Я лично прошу и умоляю тебя, Петя. Пойдем! Эфиопы ждут. Я хочу начать с ними полноценную космическую программу, я даже планирую запустить в космос первого человека уже через год...
— Первым человеком в космосе был Саша, — напомнил Петя, — То есть я...
— Вот это уже разумные речи, — Таня улыбнулась, — Ну что, идём, Ваше Величество? Космическую программу я буду обсуждать с эфиопами сама. А ты — просто изображай Крокодила. И всё. Как обычно, ничего сложного. Все знают, что великий герой и спаситель мира государственные дела не любит, это слишком мелко для него. Но люди должны тебя видеть, Петя. Иначе — катастрофа.
Петя еще немного помолчал. Потом кивнул:
— Ну ладно...
— Умничка!
Таня чмокнула брата в щечку. Потом помогла ему одеться. Теперь Петя был похож на Сашу, каким его запомнили при жизни — тот же плащ, черные очки, даже перчатка на руке...
На ладони под перчаткой у Пети даже был шрам в форме Крокодила, ему его по приказу Тани выжгли Жаросветовы.
На груди плаща Пети красовался значок археодендра восемьдесят восьмого ранга. Хотя на деле ранг у Пети был только вторым...
Но это все было неважным. Важным было то, что Петя был похож на Сашу, как одна капля воды на другую. И этого было достаточно.
Мир не знал о Танином подлоге, лишь мелкая группа заговорщиков была в курсе, и все они были Таниными людьми и занимали высшие должности в Империи.
А если кто-то догадывался и начинал болтать — то быстро встречался с Имперской службой защиты Конституции, которую возглавлял генерал Акалу Шаманов.
Конечно, Полётовская Конституция отменила и запретила Охранное Отделение. Но никто не мешал это Охранное Отделение просто переименовать, что Таня и сделала...
Когда Император и канцлер вышли из дворца, Таня с наслаждением вдохнула пьянящий весенний воздух.
Дворец полностью отстроили, восстановив его в строгом соответствии с первоначальным видом, который здание имело при Павле Вечном. Так что теперь огромная, но воздушная постройка в античном стиле снова украшала самый высокий холм парка.
Над дворцом развевался на ветру громадный флаг династии Рюриковичей-Бонапартов. На черном полотнище были изображены белоснежный сокол, падающий на добычу, зеленый листик хмеля и две Бонапартовские золотые полоски.
В Париже сейчас реяли такие же флаги, они реяли по всей Евразии и Америке.
Танина Империя охватывала эти два континента почти полностью, если, конечно, забыть про Швейцарию и Нидерланды. Обе эти страны были такими мелкими, что на карте их не сразу можно было и увидеть, среди закрашенных золотом земель Священной Империи.
Еще, конечно, османы до сих пор торчали на Ближнем Востоке и в Малой Азии, и по слухам даже готовили очередную войну. Тем важнее для Тани было сегодня заключить стратегический союз с Эфиопией...
На деревьях уже появилась первая зелень, в небе ярко светило Солнце, всегда напоминавшее Тане о её брате Саше, а еще больше о Саше напоминал памятник в центре площади перед дворцом.
Этот громадный монумент, высотой метров в двадцать, воздвигли по приказу Тани на месте бывшего памятника Павлу Вечному, который взорвали либеральные масоны.
Новый бронзовый монумент назывался «Тысячелетие магократии», в его нижней части были изображены все правители России за тысячу лет...
Где-то в середине памятника даже можно было разглядеть безумную рожу Царя Дмитрия, сжимавшего в руке меч. Царь был сделан по описанию очевидцев, видевших его лично.
Но на вершине памятника стояли вместе три фигуры других правителей — величайших монархов в истории страны.
Павел Вечный был в треуголке и опирался на трость, Рюрик в шлеме мрачно вглядывался вдаль, будто созерцал неведомые северные моря, ему трость заменял огромный варяжский меч. А третьим был Александр Рюрикович — в плаще, черных очках и одной перчатке, он держал в руке Солнце, а возле его ног свернулся зубастый крокодил...
Эфиопы уже ждали возле памятника. По протоколу сегодняшней встречи Император должен был показать эфиопскому принцу восстановленный после войны с Либератором парк.
— Что там с Перводревом? — неожиданно спросил Петя.
Петя спрашивал о Перводреве чуть ли не каждый день. Он вроде надеялся, что если вкусит его — то сможет исцелить свои поврежденные чакры, и тогда наконец перестанет быть инвалидом.
Но Тане нечем было утешить брата.
— Ничего, как и всегда. Прости. Но если найдем его — ты откусишь от него первым, я обещаю.
Впрочем, Таня не верила, что Перводрево когда-нибудь обнаружат. Местоположение Древа знала лишь Алёна Оборотнич, и она унесла это знание с собой в могилу.
Шаманов, конечно, искал Перводрево по приказу Тани, в Имперской службе защиты Конституции даже существовал отдельный департамент, занимавшийся исключительно поисками потерянного Перводрева...
Вот только искали они уже три года, и к цели так и не приблизились.
— Император Российский и Французский Александр Солнцеборец Рюрикович, — провозгласил тем временем камердинер, уже подбежавший к эфиопам и теперь озвучивающий гостям титул и
