у нас автоматического оружия. В следующий раз так и сделаем, но сейчас мне жутко хочется понять, с чем же таким мы столкнулись.
Начал с простенькой «Огненной стрелы», в которую закачал всего два процента маны от моего полного резерва. Скастовал и отправил в ствол дерева, планируя перебить его пополам.
Занятно, корни растения отреагировали и на магические эманации. Они попытались взмыть из-под земли, перекрывая доступ заклинанию, но не успели. Сгусток пламени вонзился в дерево, с лёгкостью пробил кору и практически полностью перерубил ствол, вызывав возгорание древесины.
— Твою мать, — пробормотал я в следующий момент, на чистых инстинктах делая несколько шагов назад. Эти же действия повторили и остальные гусары, которые столпились вдоль поляны, как бараны, и собирались посмотреть за интересным шоу.
Едва моё заклинание перерубило дерево, как из-под земли вверх вырвались сотни, если не тысячи корней. Они с бешеным исступлением начали молотить по воздуху, пытаясь то ли сбить огонь со своего основного тела, то ли зацепить наглеца, который ранил хозяина.
Для того, чтобы описать масштаб этой картины, достаточно просто упомянуть, что толщина подавляющего большинства этих самых корней раз в пять превосходит ширину ствола самого дерева. Пусть мне и не приходится напрягаться, чтобы отслеживать мельтешение корней, но вот остальные гусары не могут похвастаться такой же быстротой реакции, как у меня. Поэтому и матерятся вполголоса, отходя назад и вспоминая, что они тут не на прогулке.
Сразу же нашлись и те, кто должен быть в качестве тылового охранения. Теперь они куда внимательнее начали смотреть себе за спину, понимая, что подобная хреновина может и сзади напасть.
Агония этого растения длилась всего около двух минут, после чего корни резко опали, превратившись в мёртвое напоминание о некогда существовавшем тут монстре.
— М-да уж. Стойте тут, проверю, точно ли эта фигня сдохла, — многозначительно хмыкнул я, бесстрашно ступая на поляну.
Почему не боюсь? А тут всё просто, пусть и довольно интересно. В тот самый момент, когда корни начали опадать, я почувствовал сигнал, который сопровождает человеческую смерть. Да, он ощущался слегка иначе, но магия разума упорно твердит, что речь идёт о гибели живого существа.
«Ну вот, неужели теперь природу действительно можно считать живой?», невпопад подумал я, приближаясь к обугленному остову дерева. Мне, честно говоря, вообще плевать. Я собирался тихо и мирно пройти мимо, а эта фиговина явно на меня напала бы. Если бы кто-то из людей так сделал бы, я бы не церемонился, что мне до какого-то дерева.
«Ага, а как бы ты сам отреагировал, если бы в тебя бросили гранату?», не, эта совесть реально задолбала уже. Хватит уже мешаться в моей голове, неужели она реально считает, что у меня была возможность мирно пройти мимо?
После этого вопроса совесть стыдливо замолчала, свалив обратно в глубины моей души. Вот-вот, пусть там сидит и не мешает, а то уже надоела до жути.
Что-то в строении дерева мне показалось неправильным, но появившиеся угольки мешали рассмотреть, что конкретно. Пришлось немного поработать дровосеком, благо, что в моём рюкзаке нашлось даже место небольшому топорику.
— Ага, вот только не говорите мне, что это — малиновое или клубничное варенье, — пробормотал я, когда вполне реально добился до истины.
Нескольких ударов топором хватило, чтобы пробиться вглубь ствола, который не успел окончательно запечься. Оттуда тоненькой струйкой начала выливаться тёмно-красная жидкость, которая ну очень сильно похожа на практически свернувшуюся кровь. В фильмах, конечно, видел, как гениальные детективы обмакивали палец во всё им непонятное, а потом тянули в рот, пробовать на вкус. Я же не настолько умный, поэтому откажусь от подобной практики, мне и так хватает того, что я вижу. Уже исходя из этого могу сделать логические выводы.
Уверен, это — не кровь самого растения, а то, за счёт чего вся эта система вообще функционирует. Всё, что попадает на эту поляну оказывается в цепких корнях данного магического монстра, а потом отправляется к нему на прокорм.
«Чёрт возьми, а ведь это мы лишь на десять километров от города отошли, что же дальше будет?», слегка задумчиво попытался почесать подбородок, но пальцы наткнулись на шлем. Снимать не стал, ну его в болото, ещё вылетит что-нибудь непонятное, пробьёт мою защиту, наплевав на неё, да прикончит наглого князя. Спасибо, не так уж он и чешется.
Дальнейшее наше продвижение замедлилось чуть ли не до минимальной скорости. Если до этого места мы добрались примерно за часок, переходя иногда на бег трусцой, то после этого чуть ли не на корточках красться начали, всматриваясь в любое дерево.
Поделился информацией со своими подчинёнными, рассказав, каким образом я умудрился понять, что с этим местом что-то не так. Поэтому теперь мы все вместе всматриваемся в каждое растение, в любую веточку и травинку, пытаясь найти что-то, что будет выбиваться из общей картины.
«Впереди шум, сто пятьдесят метров. Что-то приближается!», предупреждает один из гусар.
«Рассредоточиться, занять оборону! Не забывайте посматривать по сторонам и назад!», реагирует десятник. Хорошо, что не стал моих команд ждать, ибо я и не планировал ничего говорить.
Несколько секунд — теперь и я услышал шум, который нарастал с каждым мгновением. Что-то весьма крупное рвётся в нашу сторону, даже не собираясь маскироваться и двигаться тихо. Что ж, скоро и узнаем, что за столь наглая хреновина валит в нашу сторону.
«Ещё один континент, который я начинаю ненавидеть», пролетело в моей голове, едва я увидел, что за тварь к нам приближается.
Фантазия у меня хорошая, но пришлось довольно сильно напрячься, дабы в предках этого создания узнать крокодила. Вот только общего у них с его родственниками столько же, сколько у миленького и маленького «Запорожец» с премиальным и огромным «Роллс-Ройсом».
Начну с того, что эта тварь крупнее любого крокодила, которого я видел по телевизору, раз в десять. Длинные косолапые ноги больше напоминают конечности какого-нибудь варана. Его пасть закрыться не может, мешает несколько рядов клыков, чья длина примерно с мой указательный палец. Хвост же самого монстра раза в три длиннее, чем у крокодила. Прямо на наших глазах он лёгкими ударами валит довольно крупные деревья этим отростком лишь из-за того, что они преграждают ему путь. Кстати, таких созданий я брошюре не видел, что навевает на некоторые печальные мысли…
Этот крокодило-монстр явно не любит сворачивать с той траектории, которую он сам себе и установил. Проблема, ибо его путь проходит прямо по тому месту, где стою я.
Да, падать на землю смысла не видел, ибо эта скотина
