смотрела на него, неспешно взмахивая хвостом.
— Ты как? — Ян протянул руку и почесал шейку, дракончик зажмурилась.
Зевнула и осмотрелась. Звяканье и шум в сокровищнице смолкли. Дракончики запрыгнули на стол. На синей была корона, — великовата для головы, поэтому висела на шее, наподобие колье. Неудобно же, наверное? Ян улыбнулся. Темная спрыгнула на пол.
«Есть хочу».
«На кухне, мясо…»
«Не вкусно».
«Все равно. Хочу».
Пошлепала по коридору. Пешком, не темной тропой. Ян и остальные дракончики, двинулись следом.
На кухне было светло и шумно. Стоя посредине, Митька размахивая руками, вещал.
— А какого я страху то натерпелся… Вот те крест, Васька, я ж ни в жизнь…
На коленях у Меуса сидела красный, вся в золе, но живая, — последний, осторожно кормил ее кусочками мяса.
— Смотрю, получилось? — голос прозвучал равнодушно, на эмоции сил уже не осталось, но Ян был счастлив, — И как?
— Как?! — Митька встал в позу, глаза загорелись, видимо, кот так себе слушатель, — Сейчас расскажу… Влетаем мы в кузницу, и этот злодей сразу к печи, да маленькую внутрь… У меня ж чуть сердце не остановилось, а он кричит: «Меха раздувай!». Я значиться дубинку то покрепче обхватил, думаю, сбрендил маг совсем… А он опять орет: «Дурак! Так надо!». А от печи то жар уже пошел… И тут, вдруг, кто-то чихнул… Из печи. Я туда. Заслонку открываю, а оттуда на меня два красных глаза смотрят…
Митяй шумно отпил из кувшина, утерся рукавом и продолжил.
— Сердце то вниз и сбежало, ну думаю, сейчас как полыхнет, и в строну. А из печи что-то черное выбирается, и искры сыплются… Меус подскочил, запрыгал, а она как полыхнет, я же только и успел что отдернуть. Спиной его загородил, да и говорю, мол, он теперь нам помогает, ну вроде как… Не поверила, шипы подняла, смотрит так … хм, сердито. Ну, думаю, все… пропал Митька, и перекрестился… А она чихнула, пепел с себя стряхнула и сидит, смотрит. Вот и пришлось ей все объяснять. В кухню вернулись, а на столе корзинка, ну ту, что я в деревне собрал, вот только кто принес, не видел…
«Та самая корзинка» — уже лежала на боку, опрокинутая драконами, те с удовольствием ели мясо и сырые яйца. Поросята. Но сегодня, он даже ругаться не будет.
* * *
Чувство опасности взвыло. Ян проснулся, быстро скатился с дивана в сторону, а потом уже открыл глаза и вскочил на ноги. Там, где только что была его голова сидела дракончик. В лапах сжимала плюшевого мишку, — местами разорванного, с измочаленным ухом, — и довольно смотрела на него. Ян выдохнул и медленно досчитал до десяти.
— Опять темной тропой?
Дракончик счастливо улыбнулась, показав все свои прекрасные клыки, и исчезла, мишку оставила ему. Ян вздохнул, взял двумя пальцами за лапу, и отнес к сундуку в углу комнаты. Таких «подарков» там было уже не мало: серебряная шкатулка, подвеска с янтарем, ритуальный кинжал, старое зеркало… И откуда она их только таскает? А уж у кого и как отбирает, он даже думать не хотел…
— Зря Вы так, — от стеллажа с книгами слышалось шуршание, Меус снова перебирал его книги, — она же поздороваться пришла. От сердца оторвала любимую игрушку…
Ян косо посмотрел на мага. За последние пару недель тот обжился в замке. Подружился с драконами. Малый оказался неплохой и весьма полезный. В первые дни, удивлялся и постоянно восхищался их необычной дружбе. И настойчиво требовал дать драконам имена. Ян отшучивался, менял тему…
Тогда Меус рассказал ему притчу о царице Саломее, которая своим танцем околдовывала мужчин. Вроде как все ее считали драконом, — рассказывали о кошачьих глазах, и татуировке, в виде чешуи на спине. Мрачная и кровавая, — как и все старые притчи, — но рассказал хорошо, и потом заявил, что темной имя очень подойдет. Ян только пожал плечами, ну так не ему же имя носить, и отправил Меуса к дракону. О чем они беседовали, осталось тайной, но теперь темная, носила имя Саломея, — вроде ей нравилось.
После того страшного приключения, пару дней совсем от него не отходила. По вечерам сидела на коленях. В первый вечер даже поссорилась с зеленым, но потом вроде договорились. Саломея отвоевала себе его колени. Зеленому досталась спинка кресла и его плечо. Остальные двое заняли весь оставшийся диван, вальяжно раскинувшись и поглядывая на подруг снисходительным взглядом. А Меус рассказывал им про драконов, скромненько пристроившись на стуле. Из его историй, Саломея и узнала о темной тропе много нового. Стала надолго пропадать и таскать трофеи, которые потом дарила ему.
По коридору, с жутким эхом, прокатился грохот. Меус подпрыгнул. Ян осторожно выглянул.
— Вроде снизу? Ты лабораторию то запер?
Меус снова подпрыгнул, и резво сорвался с места. Видимо нет. Ян пошел следом.
Из лаборатории валил дым, слышалось слабое поскуливание, и ласковый голос Митьки:
— Кензи стой, Кензи… Да замри ты уже!
— Кензи? — Ян заглянул внутрь.
Повсюду битое стекло, покореженная аппаратура. Потерянный Меус, схватился за голову — убытки видимо считает. В углу Митька, пыхтит и пытается достать дракона из раскуроченного сундука, и как она туда залезла… То, что они тут вместе даже не удивительно. Красный дракончик стала часто заглядывать на кузню, а печь, так вообще — любимое место. По вечерам, Митька восторженно, показывал новые ножи, и хвалил своего помощника…
— Эх, ну потерпи чуть-чуть, — дело видимо продвигалось, — зачем ты сюда забралась то? Неужто порошок искала? Так можно же было и потом, я же так для информации рассказал…
— Митька! — Меус, наконец, очнулся, — Какой порошок?! Вы же мне… всю аппаратуру… дорогое стекло…
— Ну, так это, прощения просим…, — Митька наконец закончил пыхтеть и развернулся, дракончик выползла и осмотрелась, — Мы же не со зла… А порошок, ну такой черненький, мне как-то алхимик давал, по металлу рисунок выжигать. Я и рассказал. Ну, кто же знал, что она искать полезет?
Меус сел на пол. Дракончик виновато посмотрела, и тихонько поползла к двери. Ян подвинулся, и она пулей выскочила в коридор.
— Митька? А почему «Кензи»?
— Кензи? — Митька почесал лоб, — Собаку у меня так звали, в детстве.
— Собаку!? Митя, ты назвал дракона как собаку!?
— Так всяко лучше, чем как Вы, — по цветам, — на всякий случай он отодвинулся, Ян усмехнулся, — да и ей вроде нравиться… А чего? Собака же даже лучше человека. А уж, какая умная была…
— Не сомневаюсь, — Ян покачал головой, и обвел взглядом в комнату, — Кензи, тоже умнее тебя, сбежала вовремя, так что все шишки тебе, и уборка.
