Читаем без скачивания Код расплаты - Евгений Сухов

Но о самом банке особой информации не прочитал, за исключением витринных мероприятий: в первом случае речь шла о юбилее заместителя президента банка, во втором – об усиленной капитализации, которую проводил банк в последнее время…

А это что такое? Пролистывая газету «Нью-Йорк пост», взгляд Никодима невольно споткнулся о строчки:

«…В настоящее время в банке «Империал» усилены меры безопасности. Всех служащих банка проверяют самым тщательным образом как на входе здания, так и на выходе. Между этажами и у лифтов также дежурят сотрудники службы безопасности банка. Прежние пропуска аннулированы, и для каждого отдела введены новые допуски. Для передвижения по зданию требуются дополнительные разрешения руководства. С чем связаны подобные меры усиления охраны, остается только догадываться. Наши корреспонденты будут следить за развитием событий…»

Автором заметки оказалась некая Сара Керк, специализирующаяся на разоблачительных статьях. Дважды она выдвигалась на Пулицеровскую премию, но все как-то пролетала мимо. Видно, журналистка была из той породы людей, что непременно забирала причитающееся. По всему видать, в усилении охраны она видела какой-то заговор темных сил и не успокоится до тех самых пор, пока не доберется до истины. В банке у нее имеются собственные оперативные источники, остается только ждать, когда горячий материал выскочит из-под печатного станка. В погоне за Пулицеровской премией все средства хороши, а такие, как Сара Керк, способны на подвиги.

Из прочитанного следует однозначный вывод: банк «Империал» прекрасно осведомлен о проникновении хакеров в операционную систему и делает все возможное и немыслимое, чтобы сохранить в тайне пропажу денег.

Никодим Панкратов зло усмехнулся: «Господа, вы думаете, что я оставлю вас в покое? Даже не надейтесь на это!» Осталось подумать, под каким именем войти в банк. Ага, лучше всего под Меркурием, трепещите! Пусть думают о том, что обладатель знаменитого имени грозит им кулаком с того света.

Штаб операции не прекращал свою деятельность ни на минуту. Были опрошены все хакеры, хоть раз преступившие закон, но как выяснилось: никто из них не был причастен к электронному проникновению в банк «Империал».

Привлекались все новые специалисты по компьютерной защите – из Министерства обороны, Пентагона, НАСА, – но в конечном счете и они оказывались беспомощными против неведомого взломщика. За прошедшие четыре дня видоизменялись и усиливались программы. Были учтены все прежние ошибки при определении политипа безопасности; поменялись шифры и программные коды. Однако неизвестный хакер, будто бы надсмехаясь над собранной командой, беспрепятственно проникал в самые потаенные места программного обеспечения, затрудняя работу головного компьютера, чтобы потом вновь беспрепятственно переводить деньги на неведомые счета.

Неизвестный хакер представлялся настоящим дьяволом, беспрестанно подглядывающим через плечо, неизменно опережая программистов на несколько шагов. Едва была составлена вирусная программа, способная обнаружить киберпреступника, как он поставил на ее пути защиту и всевозможные ловушки и, заманив, уничтожил, после чего продолжил скачивать личные данные пользователей банка. Едва они обнаруживали закладку с заложенными в нее вредоносными вирусами, как тотчас разбегались по операционной системе и принимались мимикрировать и подстраиваться под другие программы, а порой становились их составной частью. Эта была настоящая гонка, в которой программисты всякий раз находились в роли догоняющих.

Неведомый хакер был умен, если не сказать, что талантлив; невероятно изобретателен, обладал гибким мышлением, а еще он был невероятно наглым, если сумел проникнуть в одну из самых защищенных банковских компаний мира. И все-таки война велась не с бестелесным духом, а с конкретным человеком, состоящим из плоти и крови. Важно понять, как он выглядит, что чувствует, о чем думает, знать, что прячется у него за душой, чтобы впоследствии суметь предвидеть его дальнейшие шаги. Хотелось бы знать, что именно испытывал безвестный хакер, проникая едва ли не в самое защищенное место на планете, и какими именно целями руководствовался. Вот это предстояло выяснить. Полчаса назад команда пополнилась еще одним человеком, доктором психологии Бернардом Майклсоном, чья работа состояла в том, чтобы составлять психологические портреты преступников. И вот сейчас, перешагнув кабинет Анри Обрайна, где, собственно, и располагался штаб, психолог сдержанно поздоровался и, аккуратно повесив плащ, устроился на стуле.

– Вы знакомы с материалами дела? – спросил Анри Обрайн, сразу переходя к делу.

– Да, я познакомился с ним в малейших деталях, – и, едва улыбнувшись, добавил: – И нахожу его весьма любопытным.

– Нам тоже так показалось, – припустил Обрайн в сказанное толику яда. – А прежде вам приходилось заниматься киберпреступниками?

– Да, я имею некоторый опыт. Не хочу вас особенно обнадеживать, но в этом году я участвовал в трех аналогичных делах. Последнее было особенно сложным.

– Где оно случилось?

– В Детройте. Хакерам удалось проникнуть в компьютерный процессор «Дженерал моторс». Были скачаны новые технологии, которые впоследствии были проданы японским компаниям. Поначалу предполагалось, что взломала защиту большая группа программистов, на что указывали компьютеры, расположенные в разных районах Детройта. Но мне удалось доказать, что почерк взломщика был одинаков во всех случаях. А следовательно, действовал один человек. Впоследствии я составил его психологический портрет, которым обозначил круг подозреваемых. А дальше было проще. Выявилась закономерность, когда именно хакер заходил в Сеть, с какой периодичностью, как долго пребывал в Сети, его действия при атаке на компьютерный процессор. Все это как отпечатки пальцев, такое никак не спрячешь, даже если очень захочешь. Это уже характер! Судьба! После чего из круга подозреваемых удалось выявить хакера. Но я не хочу загружать вас подробностями, давайте лучше вернемся к вашему делу, на мой взгляд, оно куда более сложное.

– Можно вопрос?

– Я вас слушаю.

– Вы знакомы с компьютерным делом?

– Да, по своему первому образованию я программист, окончил Чикагский технологический колледж.

– И что вы можете сказать об этом деле?

– Существуют три группы киберпреступников, – охотно продолжал Бернард Майклсон. – Это собственно хакеры, для которых важно в первую очередь прорвать защиту и доказать всему миру, что они чего-то стоят. Скажу так: это игроки, которые вместо рулетки избрали телекоммуникационные сети. Они делают некий вызов той организации, в которую проникают. Дескать, вот я какой, попробуйте поймать меня, если сможете!

– Интересное наблюдение, что же, по-вашему, представляют вторые?

– Это уже откровенные преступники. Их не интересует идея, они не подвержены тщеславию. Их волнует только материальная составляющая. Иначе – деньги, которые хранятся в банке. И свой талант, которым их наградил Господь, они ставят на службу собственному обогащению и ради этого, как и всякий преступник, готовы рискнуть по-крупному.

– В таком случае из каких составляющих третий тип?

– Эту группу преступников я называю разрушители! Если хотите, они откровенные вандалы. Дикари! Такой хакер входит в операционную систему только для того, чтобы нанести организации как можно больший ущерб. Чаще всего это происходит из-за большой обиды. Его могли как-то недооценить, обидеть, уволить. И таким образом он дает о себе знать.

– И кто в таком случае, по-вашему, нынешний преступник?

– Скорее всего, это какой-то смешанный тип. Уверен, что это выдающийся хакер, Кибервзломщик с большой буквы, какие рождаются один раз в десятилетие. Он очень яркая и заметная личность, хотя внешне может выглядеть даже очень заурядно. Думающий, способен на сильные поступки. Весьма ответственен за принятые решения. Этот человек невероятно трудоспособен, сравнительно молод. Думаю, что ему где-то около двадцати пяти лет. Может, немногим поболее… Весьма честолюбив и нетерпим к разного рода насмешкам. Знает себе цену, и потеря социального статуса для него будет очень много значить. – Сделав небольшую паузу, как если бы хотел подчеркнуть главное, Бернард Майклсон продолжил: – Вместе с тем он очень щепетилен в дружбе, держит людей на расстоянии. Возможно, его деньги интересуют в том плане, что без них вообще очень трудно жить! Но это не главное… В нем присутствует какая-то определяющая идея. Меня здесь настораживает другое, – задумавшись, произнес психолог.

– И что же?

– Оказавшись в банке, хакер действует как самый настоящий вандал. Отсюда встроенные закладки с огромным количеством вирусов, которые он прячет едва ли не в каждой программе. Разрушает расчетно-платежную систему, идет на уничтожение и переупорядочивание всех сообщений, идущих по цепи. Воздействует на Сеть таким образом, что нарушает порядок штатного функционирования. В общем, делает все, чтобы вывести процессор из строя или причинить ему максимальный урон. Получается, что в одном человеке собраны две ипостаси: великолепный хакер, мыслящий творчески, неординарно, который ставит перед собой задачи и осуществляет их выполнение, и разрушитель, варвар, который, проникнув в систему, сметает на своем пути все! У меня создается впечатление, что ему чем-то очень досадил этот банк, вот поэтому он ведет против него самую настоящую войну. Вы не пробовали искать этого хакера среди вкладчиков?