Размышления эти были ни к чему – Курт это осознавал; заниматься, как верно выразился Ланц, ловлей чудовищ в шкафах начальство ему не позволит: майстер обер-инквизитор Вальтер Керн верил в способность своего подчиненного находить в деле мелочи, на которые никто не обращает внимания, доверял его интуиции, однако всему есть пределы. Да и сам он понимал, насколько в глупом положении окажется, если явится в дом Мозера с подобными идеями. Все, что у него было, – это испуганные глаза мальчишки, его бледное лицо и жалобный шепот – «помогите мне»…
Быть может, впрямь стоит попытаться надавить на отцовскую любовь и уломать Мозера-старшего спалить этот шкаф от греха, и пусть парень успокоится…
– Так я и думал, что найду тебя здесь, – гулко отражаясь от камня стен, послышался голос помощника за спиной; Курт медленно обернулся, пытаясь по лицу Бруно понять, какие новости его ожидают и для чего понадобилось его разыскивать. Подопечный прикрыл дверь за собою, войдя и остановившись у порога, и кивнул через плечо назад: – Что-то, похоже, нешуточное случилось: из магистрата прибежал солдат – весь в мыле. Сказал, что тебя там ожидают.
– Меня? В магистрате?
Этого Курт не мог и предположить – со светскими властями он никогда не общался, это было и обязанностью, и даже в некотором роде долгом Вальтера Керна; никого лично майстер инквизитор там не знал, лишь был весьма поверхностно, едва ли не просто в лицо, знаком с бюргермайстером, знал его по имени, но это и все…
Бруно в ответ лишь пожал плечами:
– Сказал – тебя. Он, кстати, ждет внизу, в приемной зале, так что все свои вопросы задавай ему.
– Не нравится это мне… – пробормотал Курт, спешно собирая листы со стола, и, рассовав их торопливо по местам, распахнул дверь.
Подопечный шагал за ним молча, ничего не говоря и ни о чем не спрашивая, – его постоянное присутствие рядом в последнее время все чаще подразумевалось, если не было необходимости в особых указаниях; и когда, сойдя вниз, Курт приблизился к курьеру магистратской службы, в ответ на его настороженный взгляд он лишь отмахнулся:
– При нем можно говорить все.
А при них? – спросил несчастный взгляд курьера, когда, словно тени или призраки, неведомо откуда за спиною майстера инквизитора возникли оба его старших сослуживца; вслух, однако, тот ничего не сказал, лишь вздохнув и переступив с ноги на ногу.
– Мне, собственно, добавить нечего, – выговорил посыльный, стараясь изъясняться четко и смешиваясь под взглядами служителей Друденхауса, – только то, что я уже сказал вашему помощнику. Бюргермайстер Бертольд Хальтер просит майстера инквизитора второго ранга Курта Гессе прибыть в здание магистрата и, если это будет возможным, незамедлительно. Все, что мне известно и что позволено сообщить, – это то, что встреча со следователем Конгрегации есть просьба заключенного, арестованного этим утром.
– Lepide[9]… – пробормотал Ланц за спиной, и Курт нахмурился.
– Заключенного? По какой причине и что за заключенный?
– Простите, – почти жалобно отозвался курьер, – я лишь гонец, большего я не знаю и не могу сказать. Бюргермайстер ожидает вас в любое удобное для вас время, однако же его просьба, если возможно, поспешить, ибо дело весьма важное. Это все, майстер инквизитор.
– Хорошо, я явлюсь в течение этого часа, – кивнул Курт и, когда курьер, раскланявшись, удалился, обернулся к сослуживцам, глядя в их непонимающие глаза таким же не понимающим ничего взглядом. – Что б это могло означать?
– А за минуту до его прихода, – тихо заметил Бруно, – в рабочую комнату к майстеру Керну вошел агент из магистрата… Я его ненароком увидел, – пояснил он в ответ на строгие взоры окружавших его следователей. – Так вот, я и думаю: не зайти ли тебе к нему? Ведь все равно придется доложить о такой новости, как приглашение инквизитора в магистрат, если я верно помню все ваши запутанные предписания.
– После расскажешь, в чем дело! – крикнул ему вдогонку Райзе, когда Курт, молча развернувшись, через ступеньку побежал по лестнице наверх, на сей раз велев подопечному остаться на месте.
К начальству он вошел попросту, без стука, чем заслужил недовольный и гневный взгляд, однако, как и ожидалось, в присутствии агента отповеди Керн себе не позволил – лишь нахмурил морщинистый лоб, сдвинув седые брови к переносице, и исподволь изобразил кулаком удушение.
– А вот и он, – сообщил обер-инквизитор, как Курту показалось, несколько устало, и стоящий напротив человек обернулся, чуть склонив голову и торопливо поздоровавшись. – По твою душу, – пояснил Керн. – Как раз намеревался послать за тобой, а ты, как тот волк в басне… Ну, – вновь обратясь к своему посетителю, вздохнул он, – повтори теперь все, что сказал мне.
– Хорошо, – с готовностью кивнул агент, снова поклонившись одной головой, и развернулся к Курту – четко и ровно, словно солдат на плацу. – Сегодняшним утром был арестован некто, по не ведомому мне пока обвинению, и препровожден в магистратскую тюрьму. Из слухов известно, что взяли его за убийство, и слухи подтверждаются тем, что в подвал внесли небольшой куль, сквозь полотно на котором проступают кровавые пятна. Солдаты молчат, но выглядят… плохо.
– Что значит – плохо? – уточнил Курт, и агент замялся.
– Плохо – значит… им плохо. Бледные и… и молчат. Мне не удалось узнать, что произошло. Но зато я знаю, что этот заключенный едва ли не с первых минут требует встречи с инквизитором, причем не просто с кем-то из следователей Друденхауса, а именно с вами, майстер Гессе. Его, насколько мне удалось понять, пытались допрашивать, однако вместо ответов он требует вас.
– Знаю, – кивнул Курт, и на него уставились две пары удивленных глаз – начальства и агента; два мгновения висела тишина, а потом Керн тяжело поднялся, кивнув замершему напротив человеку и молча указав узловатым пальцем на дверь.
Агент отступил, переводя взгляд с одного собеседника на другого; во взгляде явственно читалось, кроме оторопи, откровенное разочарование никчемностью его информации, наверняка добытой с большим трудом. За дверь он выскользнул тихо, запамятовав даже попрощаться, и Курт сочувственно усмехнулся:
– Бедолага. Ведь, наверное, усердствовал угодить…
– Первое, Гессе, – оборвал его сердитый голос, и он невольно вытянулся на месте в струнку. – Прекрати врываться ко мне без предупреждения.
– Виноват, Вальтер, простите; я узнал, что у вас агент, и торопился, чтобы…
– Второе, – вновь не дав ему договорить, продолжил Керн. – Сегодня ты что-то слишком много знаешь. Колись, Гессе. Что происходит?
Глава 2
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
