слышал. — Это место хранения, увеличенное за счёт "пространственного шага". Называется кейс-кром. Сюда поместится двести наименований предметов любой величины и веса, плюс весь твой гардероб, вместе с обувью. Достаточно подумать о нужной вещи и опустить руку в эту сумку, необходимое само попадёт в ладонь.
— Вот это технологии, — так же шёпотом восхитилась я.
Это же та самая, вожделенная всеми женщинами, "Сумочка Гермионы". Да, я смотрела вместе с сыном сагу о мальчике, который выжил, правда, он заинтересовался только первой частью, а вот я с удовольствием иногда пересматриваю всю серию фильмов.
В торговом центре мы ещё успели приобрести странного вида ювелирные украшения и даже некоторые мелочи для ухода за собой. Марк сам командовал этим "парадом", а я только диву давалась: как хорошо он осведомлён о женских мелочах. Возможно, у него есть девушка или даже жена. При этой мысли я поймала себя на том, что завидую неизвестной мне женщине. Однако, долго об этом думать не пришлось. Едва мы закончили дела в торговом центре, как Марк переместил нас в большую уютную квартиру.
— На этой планете будем обитать здесь, по крайней мере пока. Месяц нам предстоит работать в плотном графике, поэтому не вижу смысла разъезжаться по разным территориям, — сказал Марк, провожая меня вглубь жилища.
Пройдя несколько метров по коридору, мы попали в первую комнату. Она была странной формы — стена с окном будто бы слегка дугообразная — выпуклая в сторону улицы. Взглянув на вид за стеклом, я поняла, что мы опять находимся на приличной высоте. Та же панорама города, что я наблюдала в ресторане. На минутку я замерла, рассматривая мелкие детали, а повернув голову, заметила, что Марк очень пристально разглядывает моё лицо, будто изучает.
— Что? — спросила я, смутившись от ощущения неловкости.
— Ты каждый раз любуешься видом из окна, как впервые, хотя город один и тот же.
— Но точки обзора же разные, — возразила я. — Да и город для меня пока что слишком диковинный. Возможно, я и через год буду смотреть в окно с таким же интересом, — пожала плечами и пошла обследовать эту "квартиру" дальше. Не знаю, можно ли называть это квартирой, ведь комнат тут было точно больше десяти: пара разных гостиных, несколько спален, два кабинета, спортивный зал, помещения непонятного для меня назначения, три ванные комнаты и просторная кухня. Кстати, о кухне стоит сказать отдельно: когда я вошла в это царство минимализма, сразу даже не поняла, что же меня смущает… А потом до меня дошло: тут не было ни раковины, ни плиты, ни духовки. Отсутствие холодильника ещё можно было объяснить встроенным размещением за дверцами кухонного гарнитура, а вот об остальном я решила поинтересоваться у Марка.
— Смотри, — улыбнулся он и провёл ладонью над столешницей: под его рукой отъехала панель и показалась, судя по всему, раковина.
Она быстро наполнилось водой, и Марк демонстративно вымыл руки. После открыл какую-то дверцу кухни и показал ничем не примечательный шкафчик — я обратила внимание лишь на то, что стенки у него были не белые, а тёмно-синие и матовые, в то время как пара других были полностью белыми: и корпус, и фасады.
— Это "трок" — шкаф для готовки. Я знаю, что в вашем времени есть разные приспособления и техника, но мы собрали все функции в один предмет. Ещё есть шкаф для очистки, но я не стал его устанавливать — всё равно всегда покупаю очищенное. Тут даже трок стоит "на всякий случай" — я не готовлю.
— Так это твой дом? — спросила я Марка.
— Да, правда, я не часто здесь бываю, — как-то странно оглянулся он и вернул своё внимание мне. — Идём, покажу твою спальню.
Глава 9. Берлога дикого зверя, или этот медвежонок слишком милый
Марк
Не знаю, как это получилось, но я не только притащил Мари в свою "берлогу", но и поселил в своей спальне. Это вышло само собой, и я скорее удивился своему порыву. Наверное, просто слишком уж хочу, чтобы Мари была рядом не только во время работы, но и за её пределами. Кто знает, может быть уже завтра мы будем спать на этой кровати вместе. Вообще, эту квартиру я приобрёл и обставил ещё когда учился в Высшей школе Райхмара. Даже тогда моих доходов от случайных авантюр хватало на серьёзные покупки. В берлоге был только Крайт — мой лучший друг. С тех пор многое изменилось, и меняется до сих пор: я привёз к себе женщину и мечтаю проводить с ней время на своей территории — старею, не иначе.
Мари так мило смущалась и так живо реагировала, что мне захотелось чаще её удивлять. Осознание того, что ей понравился дизайн моего дома, который я когда-то сам и придумал — подняло моё настроение на пару пунктов. Вообще, всё, что касалось Мари, становилось важным, и дело не в предстоящей важной для меня и моей семьи работе — дело в ней, в моей девочке. Пока она не знает, что моя, но уверен, скоро сама всё поймёт.
— Это твоя комната, ближайшая ванная тоже за тобой. Я займу спальню напротив и ванную за углом, — кивнул я в нужную сторону.
Пробежался глазами по полкам — вроде бы ничего здесь явно не выдавало моего постоянного присутствия, иначе не сомневаюсь: Мари задала бы об этом вопрос. Кинув взгляд на кровать, представил, как она будет в ней спать и внутри разлилось неведомое доселе удовлетворение. Как будто всё на своих местах, хотя нет: всё будет на своих местах, когда и я буду здесь спать, вместе с Мари.
А может плюнуть на всё и предложить ей… А что предложить? Что принято предлагать в её времени? Пошлёт меня куда подальше, невзирая на регалии. Кстати, любая девица моей планеты даже без намёков сама бы прыгнула в постель, а Мари и бровью не повела: ещё ни разу не попыталась пофлиртовать, исключительно деловой тон общения. И смешно, и обидно.
Мари
— А вот это самое интересное: у вас таких технологий нет, и после магазина ты, думаю, оценишь, — Марк указал на знакомую мне платформу в углу комнаты за странной полупрозрачной ширмой. — Это преобразователь, им можно управлять мысленно, в отличие от тех, что стоят в магазинах. Представляешь любую одежду из своего кейс-крома, главное, чтобы хранилище находилось не дальше десяти метров, и одежда появляется на тебе. Механические обычно привязывают к помещению, но это не так удобно — вдруг ты решишь переодеться вне
